Тщательно отшлепанная - Тилли Коул

— Гарри, — прошептала я ему в губы, чувствуя, как из глаз скатилась случайная слеза. Это было так много: он, я и наше будущее, которое теперь лежало перед нами.

— Я люблю тебя, — прошептал он, и я разлетелась на части. Мои запястья и лодыжки дернулись, сопротивляясь фиксаторам. Потом Гарри замер и, выкрикнув мое имя, кончил, припав лбом к моей шее. После этого нам стало жарко и нечем дышать.

Один за другим Гарри снял наручники, фиксирующие меня на кресте. Когда я освободилась, он отнес меня на кровать, лег и прижал к своей груди. Собравшись с силами, я провела пальцем по его грудине, улыбаясь, когда его блестящая кожа затрепетала от моего прикосновения.

Гарри поцеловал меня в лоб и провел руками по моим волосам, полностью удовлетворенный.

— Все по-другому, — сказала я, нарушив приятную тишину в комнате. Я наклонила голову, чтобы видеть Гарри. Он встретил мой взгляд. — Это, — продолжила я. — Быть здесь с тобой, заниматься с тобой любовью вот так. — Его приятный аромат обволакивал меня, притягивая ближе. — Раньше это было весело, возбуждающе, а сейчас… — я замялась.

— Сейчас? — сказал он хриплым голосом.

— Я всегда любила это. Эту сторону тебя, нас. — Я увидела на стенах наручники, флоггеры и трости. — Но сейчас, когда я полностью доверяю тебе, когда ты смотришь на меня… — я покачала головой. — Любовь, — сказала я, поняв, что говорила бессвязно. — Она все изменила. — Я поцеловала Гарри в щеку, потом в губы.

Потерявшись в его вкусе, я смогла отстраниться, его руки обхватили мое лицо, и я сказала.

— Теперь это значит намного больше. Ты и я, вот так, здесь, в любви, и никаких секретов между нами… — я улыбнулась. — Теперь это стало идеальным.

Гарри перевернул меня на спину и поцеловал. Он целовал меня до тех пор, пока на моих губах не появились синяки.

— Я никогда не смогу насытиться тобой, — сказал он мне в губы. — В любом виде. Здесь, связанной, дома, в нашей постели, где угодно, Фейт. Я просто хочу тебя.

— Я твоя.

Гарри посмотрел на меня с такой любовью в глазах, что у меня сердце заколотилось. Он снова заключил меня в свои объятия, как будто никогда меня не отпустит. Он убрал волосы с моего лица и сказал.

— Мой отец передает мне HCS Media.

— Я знаю. — Он даже не удивился этому; это кое-что подтверждало.

— Мне придется делить свое время между Нью-Йорком и Англией.

Притянув его к себе, я сказала.

— Мне нравится Англия, поэтому я одобряю такой образ жизни. — Я сделала вид, что задумалась. — Вот… если бы у нас был дворец с двадцатью тремя спальнями, который мы могли бы занимать, пока находимся там. Все, что менее грандиозно, просто не годится.

— Это старинная усадьба, а не дворец. Есть разница.

— Несущественная, — ответила я.

— Но твоя колонка, — сказал Гарри, как всегда, со своим избыточным рыцарством.

— А что с ней? Писательство хорошо тем, что ты можешь заниматься этим где угодно. И, Гарри, я знаю, что ты эксперт и все такое, но во всем мире есть сексуально неудовлетворенные люди, нуждающиеся в помощи мисс Блисс. Выводя нас на международный уровень, я оказываю услугу всему миру. Я чертов супергерой для людей с горизонтальными проблемами. — Я насмешливо вздохнула. — Если бы только у нас было больше поместий, куда можно было бы сбежать, мы могли бы захватить весь мир.

Гарри заколебался.

— Ну, у нас есть поместье моей матери во Франции, которое я унаследовал. — Я замерла и поняла, что он не шутил. — Потом есть моя вилла в Монако, пентхаус в Лондоне и, конечно, пентхаус здесь…

Я впилась в губы Гарри поцелуем, чтобы прервать его, пока у меня не начался приступ тревожности из-за того, что он чертовски богат, и ему не пришлось нагнуть меня, чтобы успокоить. Когда мы оторвались друг от друга, его лазурные глаза были такими яркими, какими я их никогда не видела.

— И перспектива однажды стать герцогиней тебя не пугает?

Когда он произнес слово «герцогиня», мой желудок слегка сжался. То есть я, герцогиня. Но когда я посмотрела на это красивое лицо и увидела улыбку на губах, то подавила появившееся беспокойство.

— Раз уж ты не против взять в жены деревенщину, то и я справлюсь.

— Общество может нас не одобрять, и нас могут приглашать только на свадьбы низших королевских особ, — сухо сказал он, не теряя игривого блеска в глазах.

Я сдержала смех.

— Мне всегда казалось, что они больше любят веселиться.

Гарри тоже рассмеялся и покачал головой в недоумении.

— Не могу поверить, что ты моя. — Он провел пальцем по моей щеке. — Я не могу поверить, что могу любить тебя, и ты любишь меня в ответ.

Я провела рукой по его груди, с любовью и нежностью, затем обхватила его член.

— А я не могу поверить в то, что он будет обслуживать меня до конца моих дней и ночей, и полудней, конечно… Гарри поджал губы, покачав головой в насмешливом отчаянии. — Забудь о поместье Синклеров, мы могли бы построить целый дворец на таком обхвате.

— Фейт, — сказал Гарри своим серьезным, самым британским голосом, — ты уже закончила?

— Даже близко нет. — Я положила руку ему на щеку. — У тебя есть я, и у меня есть ты, ты любишь меня, и я люблю тебя, во веки веков, аминь, умноженное на бесконечность, и ля-ля-ля, мать твою, ля-ля. — Я сцепила руки над головой у изголовья. — А теперь привяжи меня к кровати и отшлепай своим флоггером. У меня назревает еще один оргазм с твоим именем.

— Еще один оргазм, mon petit chaton? — соблазнительно произнес он, заставив мои соски напрячься, так как его безупречный французский задел все мои лучшие места.

Восхитительно обнаженный во всей своей благородной напыщенности и оливковой красоте, Гарри взял со стены мой любимый флоггер и медленно пошел обратно к кровати.

— Это вызов?

— Всегда, — ответила я и почувствовала, как температура в комнате повысилась.

Гарри привязал меня к кровати шелковыми шарфами и поцеловал в губы долгим, любящим поцелуем. Затем он встал рядом со мной, улыбка угасла, доминирование волнами накатывало на него, и мой любимый Maître перешел к делу.

— Вызов принят.

Эпилог

Поместье Синклеров, Суррей, Англия

Два года спустя…

— Увидимся через две недели! — сказала мама, когда они с папой запрыгнули в лимузин, который должен был отвезти их в аэропорт. Они отправлялись в Италию, в Парму, родной город папы. В этом году они ехали туда уже в