Все, что мне нужно - Э. Сальвадор

Он заходит внутрь и закрывает за собой дверь.

— Скучно?

— Сегодня вечер пятницы, около полуночи, и ты пришел сюда. Сейнт прислал мне видео, — объясняю я, и этой небольшой информации достаточно, чтобы ТиДжей понял, о чем я говорю. — Он хотел, чтобы я убедила Дейзи прийти, но она сегодня работает.

Даже если бы ей не пришлось, она бы не пошла.

ТиДжей снимает кроссовки и, когда его взгляд останавливается на моей одежде, улыбается.

— Перестань так на меня смотреть. Я знаю, что выгляжу неряшливо.

— Это не так, но я смотрю не на это. У тебя просто немного краски. Могу я? — он поднимает руку, ожидая моего одобрения.

Знаю, что на других частях тела больше краски, но все же киваю.

Он поднимает руку и нежно проводит подушечкой большого пальца по моей шее, медленно продвигаясь вниз.

Я стою как можно тише, напоминая себе, что нужно дышать и надеюсь, что он не почувствует, как тяжело колотится мое сердце, и не скажет что-нибудь о появляющихся мурашках.

— Так неужели это было так скучно?

Он поднимает бровь, внимательно глядя на краску на моей шее.

— Скучно?

— Вы только что выиграли свою первую игру в сезоне. Я думала, ты будешь праздновать вместе с остальными ребятами. Кстати, поздравляю.

Его большой палец замирает, обжигая кожу и оставаясь на том же месте.

— Ты смотрела игру?

— Немного. В комнате отдыха работал телевизор, — признаюсь, опуская ту часть, что я слишком отвлеклась, наблюдая за его игрой, что тридцатиминутный перерыв превратился в сорок пять минут.

— Хорошо, что ты не досмотрела до конца. Это было полное дерьмо, — сухо отвечает он и продолжает стирать краску.

Я была слишком сосредоточена на своих бурных эмоциях и не заметила напряжения в его глазах, голосе и плечах.

— Все в порядке?

Он пожимает плечами, ничего не говоря.

Возможно, я не смотрела все это целиком, но знаю, что они выиграли с преимуществом в одно очко, и некоторые люди говорили не самые приятные вещи.

— Я здесь, если ты хочешь поговорить.

Я мягко улыбаюсь ему.

ТиДжей отвечает не сразу. Тишина сохраняется, но когда говорит, я чувствую, как его большой палец скользит по моей ключице.

— Вечеринка не была скучной. Мне просто нужен был свежий воздух.

— Ты ехал час на свежий воздух? Не кажется ли тебе, что это пустая трата газа?

Он переводит взгляд вверх, и его губы изгибаются в легкой улыбке.

— Нет, это не пустая трата, если оно того стоит.

Я сглатываю, руки становятся липкими по бокам.

— Так ли это?

— Да, это как раз то, что мне было нужно.

Его прикрытые глаза скользнули по моим губам, и я не могу не облизать их.

Барабаню пальцами по бедру, гадая, не собираюсь ли я совершить ошибку, но это бессмысленно, потому что у моих ног есть собственное мнение. Подхожу ближе, встаю на цыпочки, а его руки обхватывают мою шею, направляя ближе к нему.

Как только собираюсь потеряться в нем, Феникс зовет меня.

— Ма!

Мы расстаемся, и я моргаю, ошеломление, в котором находилась, исчезает.

— Мне действительно нужно уложить его спать.

Я оборачиваюсь, прерывисто дыша.

— Он всегда в это время не спит? — спрашивает ТиДжей, следуя за мной.

— Не всегда, но иногда.

Когда мы входим в гостиную, то оба посмеиваемся при виде Феникса. Он стоит, прижавшись лицом к сетчатой ​​стенке манежа.

У Феникса перехватывает дыхание и он отталкивается от стены, подпрыгивая и улыбаясь, когда замечает позади меня ТиДжея.

— Т!

— Эй, маленький медвежонок, — приветствует ТиДжей, когда Феникс поднимает руки, нетерпеливо и взволнованно умоляя, чтобы его взяли на руки. — Почему ты еще не спишь, а?

ТиДжей наклоняется над манежем и подхватывает малыша, щекоча при этом.

— Тебе уже давно пора спать.

— Ты смотришь «Немо»? — воодушевленно спрашивает Феникс.

Он нежно улыбается ему.

— Тебе нравится Немо?

— Да!

Волна эмоций возвращается, сжимая сердце так, как я никогда раньше не чувствовала. Что-то вроде теплых объятий, но гораздо более интенсивных, вроде… нет, нет, нет, абсолютно нет.

Конечно, он дал Фениксу очень милое прозвище и держит его так, словно не хочет отпускать. А что, если Феникс смотрит на ТиДжея так, как будто он весь мир, и чувствует себя с ним очень комфортно?

— Я думаю, кто-то готов идти спать.

Голос ТиДжея прерывает мои суетливые мысли. Он смотрит на Феникса, когда тот трет глаза и зевает.

Мои мысли уже совсем спутаны. Они хаотичны, но в хорошем смысле, и я это ненавижу. Я хочу, чтобы они остановились, но когда смотрю на Феникса, прижавшегося к груди ТиДжея, он обнимает его руками за шею, а ТиДжей медленно потирает ладонью спину, я чертовски таю.

— Я возьму его.

Я собираюсь взять его, и оказываюсь в шоке, когда Феникс крепко хватает ТиДжея за рубашку и качает головой.

— Нет, — сонно бормочет он, прижимаясь лицом к груди.

— Давай, тебе будет удобнее в своей постели, — пытаюсь еще раз, но Феникс не сдается. — Ты не можешь спать на своем отце. Он тоже устал. Разве ты… что? — останавливаюсь, когда губы ТиДжея поднимаются вверх, а взгляд смягчается.

— Ничего… Я не устал.

— Но ты просто…

— Я в порядке. Я не против остаться, если ты не против.

— Уже довольно поздно.

Я колеблюсь, глядя на Феникса. Его глаза трепещут, но, словно чувствуя, что я задерживаюсь, он держится за рубашку ТиДжея, как будто от этого зависит его жизнь.

— Не совсем. На самом деле еще довольно рано.

— ТиДжей…

— Ты можешь выгнать меня, когда Феникс окончательно уснет, но я не уйду. Это было бы несправедливо по отношению к тебе, и ты только посмотри, как ему комфортно.

Он не лжет. Феникс выглядит таким уютным, что мне не хотелось бы его перемещать. И не хватает сил сказать ему «нет». Мне очень нужно закончить картину.

— Хорошо, спасибо.

Я улыбаюсь ему.

— Не благодари меня. Я просто делаю то, что должен был сделать с самого начала.

Месяц назад мне было бы трудно поверить в его слова. С другой стороны, тогда мне было бы трудно поверить во все, что связано с ТиДжеем. Но я не чувствую того, что чувствовала тогда, и эта мысль нервирует больше, чем следовало бы.

— Так над чем ты работаешь?

К счастью, ТиДжей меняет ход разговора и мои мысли. Он осторожно подходит к холсту, как будто боится, что разбудит Феникса, и как только оказывается перед ним, его брови взлетают вверх, а губы приоткрываются.

— Ух ты.

Стоя рядом, я смотрю на ТиДжея, пока он поглощает картину. Когда