Моё небо - Анна Максимова

— Может, вернёмся к сути проблемы? — решила я влезть, пока не вспыхнула яростная ссора, а то и драка. Да и мне не по себе от таких обсуждений. — Как скрыть, что Кай вернул свою ипостась?

Мои слова чуть остудили кипящий вулкан внутри ашрианца, и он, подобравшись, ну очень мрачно уставился на Эслана.

— Можно было бы воспользоваться амулетом, скрывающим истинную сущность, маскирующую её. Подобным этому, — и он указал на невзрачный браслет на своём запястье. Ого! Так это не просто цацка, а мощный артефакт! — Только вот они безумно дороги, не менее редки, плюс делаются под определённого носителя, и самый малый срок изготовления — месяц.

Не наш вариант. Явно.

— Самым безопасным в плане разоблачения было бы снова изъять и запереть зверя в кристалл на какое-то время, а сам кристалл спрятать. Тогда бы опасность стала нулевой.

Со стороны послышалось глухое рычание. Повернувшись, я посмотрела на Кая, на коже которого стала проступать едва заметная чернота, а зрачки вновь стали вытянутыми. Сначала накатил страх, но потом мне удалось приглушить его, и я подсела к ашрианцу и, взяв того за плечи, заглянула в лицо.

— Кай, — позвала я, — успокойся.

Несколько мгновений он напряженно смотрел на меня, после чего прикрыл глаза, глубоко вздохнул, и, когда снова обратил на меня взгляд, зрачки уже были нормальными, а чернота с кожи ушла. Только на дне сине-фиолетовых омутов металась гроза, которая в любой момент могла обернуться бурей.

— Вижу, этот вариант тебе, ашрианец, явно не по душе, — хохотнул Эслан.

Эслан хохотнул? Сдержанный и даже чуть апатичный Эслан? Это точно он? Не подменили часом?

— Остаётся третий — усыпить на время вторую ипостась зельем, — быстро стал серьёзным блондин.

— Усыпить? — переспросил Кай.

— Именно, — кивнул сиэрнар. — Усыпить мощным и довольно редким зельем, которое я вообще не обязан тратить на какого-то ашрианца. Моя задача — учить и защищать тебя, Аниэлла, — обратился парень уже ко мне, — но что-то мне подсказывает, что ты так просто не отступишься от своего Кая. А значит, придётся жертвовать редкими запасами, — и снова взор Эслана обратился к брюнету. — Это довольно неприятная процедура, а когда вторая сущность начнёт просыпаться, будет ещё хуже. Уверен, сейчас зверь и без того зол и рвётся с поводка, а после подобного он станет ещё агрессивнее. Так что тебе, ашрианец, придётся использовать всю свою выдержку, чтобы обуздать своё второе «я». Ну и надеюсь, ты достаточно хороший актёр, чтобы убедительно сыграть самого себя из недавнего прошлого, ведь эффект разрыва связи и сопутствующие эмоции никто не отменял. Можешь отказаться, тогда наверняка попадёшь в лапы эромайских Дознавателей. Перспективы обрисовывать не вижу смысла. Сам всё понимаешь, если не совсем идиот.

Меня передёрнуло от этих перспектив. Ясно же, мучения запредельные, и как финал, скорее всего, смерть. Но и зелье Кая, судя по его ненормальной бледности, пугало.

— Времени мало, — поторопил Эслан, словно не он тут тратил драгоценные минуты на словоблудие.

— Давай своё зелье, — проскрежетал брюнет.

Выпив содержимое небольшого флакона, Кай какое-то время просто сидел, потом резко согнулся пополам, обхватив голову руками. Послышался болезненный, полный страдания стон. У меня аж сердце от сочувствия сжалось. Что я усвоила, так то, что парень может быть иногда не сдержан на эмоции и язык, но заставить его стонать от боли очень сложно. Страшно представить его ощущения сейчас.

Спустя пару минут Кай выпрямился. Лицо было белым как снег, по вискам стекали капли пота. Но самое ужасное — взгляд. Потерянный, паникующий и даже какой-то затравленный. Побелевшие губы беззвучно зашевелились, произнося одному ему ведомые слова. Никогда я ещё не видела ашрианца таким напуганным!

— Приди в себя! — рявкнул Эслан, посмотрев в лицо парня. — Это всего лишь временная мера. Да и тебе надо быстрее брать себя в руки, пока гости по твою душу не явились.

Голос и тон сиэрнара были жёсткими. Ни капли сочувствия. Сначала я даже разозлилась. Неужели не видит, что Каю плохо? Но как ни странно, это подействовало. Взгляд парня прояснился, появилось осмысленное выражение.

— Приведите себя в порядок, — вздохнул Эслан. — Оба выглядите как издыхающие умертвия. Никто не поверит, что вы дома спали, пока вы так жутко выглядите. У тебя ведь есть зелье, придающее бодрость и энергию, Аниэлла?

После того, как наш с Каем внешний вид стал если не цветущим, то приемлемым, мы втроём расположились за кухонным столом. Проблемы проблемами, а кушать хочется. По поводу своего нахождения в моём доме Эслан уже выдал легенду. Как сокурсник, он пришёл ко мне изучить конспекты по травоведению за прошлую пятницу, когда его ещё не было в Университете.

— Если мне вторую сущность вернула близость, то почему подобного не случается с другими ашрианцами, которым удалось бежать из эромайских лап? — неожиданно раздался тихий, несколько неживой голос Кая.

— За последние тысячелетия многое изменилось в мире, в том числе и существа, его населяющие, — отозвался Эслан. — Эромайцы сильно деградировали, но и вы, ашрианцы, не те, что были раньше. Всё меньше среди вас сильных духом. Сам, наверное, должен знать, что с годами всё меньше представителей вашей расы получают сильную ипостась. Боги чувствуют ваши души уже с детства. И мало кто из вас способен перенести тяготы плена. Какими возвращаются твои сородичи? Сломленными, полными страха и ненависти ко всему и всем. Уже не теми, кем были. Эти же страх и ненависть глушат и искажают любые сильные эмоции, ту же страсть, например. Да и не способны они, как правило, больше на подобное. Не влекут их постельные забавы после унижений в плену. Это ты оказался удивительно силён духом.

Кай, сжав губы, отвёл взгляд и промолчал. Я тоже не стала комментировать сказанное. Помню я время, когда он только попал ко мне. Упрямый, полный злобы и ненависти. Но что-то мне подсказывает, к краю ашрианец был очень близок, и это чудо, что он попал ко мне ещё в своём уме. И то, сколько понадобилось времени и усилий, чтобы он оттаял! Жуткий мир, чудовищные нравы…

Мы успели позавтракать и пили душистый чай, как раздался жуткий дверной звонок. Плетясь к двери, я, наверное, сотый раз дала себе зарок, вызвать мастера разобраться с этим пыточным инструментом.

КАЙЛЕН

Оказывается, за этот ничтожно малый период времени я успел привыкнуть к пусть и бунтующей, но целостности. Сиэрнар был прав, хищник рвался на волю. Он проснулся в