Невидимый муж - Анна Снегова

- «В услужении» - значит, в рабстве? – переспросила я.

Старуха скривилась, как от зубной боли. Словно ей было неприятно это слово. Или то, что кто-то мешал ей называть рабов «слугами» и придумывать, как они были счастливы от света цивилизации. Я догадывалась, насколько ванов переполняло счастье, раз они решились восстать против своих господ, сильнейших магов, которые могли запросто их всех истребить за это. И судя по всему, планировали. Счастье, что не нашли.

Долина Каррас.

Понимание ударило меня, будто молния.

Люди, среди которых я росла с детства. Темноволосые, дикие, временами жестокие. Охотники, земледельцы, любители смеяться и радоваться жизни. Пусть и за чужой счёт.

Странные обычаи. Несправедливость к женщинам. Стремление унижать и повелевать.

Тот, кто сам был в рабстве, освободившись, не будет жалеть других, это всё сказки.

Бывший раб будет мечтать о собственных рабах.

Ванам брать их было неоткуда. И они стали делать рабынями собственных женщин.

Мне стало страшно, когда я ещё острее поняла, из какого ужаса вытащил меня Бьёрн. В какую беду чуть было не попала.

Сделав вид, что поправляю волосы, незаметно коснулась руки, лежащей на моём плече.

Как же я тебя люблю…

Невидимая ладонь с моего плеча сместилась выше, огладила шею. Стало жарко. Я поняла, что моё желание поскорее выбираться отсюда увеличилось ещё больше.

- Как же так случилось, что высокородный принц выбрал себе женщину столь низкого рода? – поспешно спросила я. – И как вообще сумел найти, ведь вы сказали, что ваны скрылись и никто не знал о месте их нахождения?

- Хотела бы я сама это знать! – мрачно проговорила королева, сощуриваясь. Она впилась в моё лицо так, что у меня побежали мурашки. Как будто пыталась в моём лице найти ненавистные черты дурной крови. Но не находила, ведь сама сказала, что я получилась копией отца. – Судя по всему, Бальдр смог то, что не получалось у других асов на протяжении десятилетий.

- Это случилось в разгар войны с йотунами, - вмешался Фенрир. – Когда мы получили небольшую передышку после разгромного поражения. И стало ясно, что нужны новые силы, иначе мы проиграем…

- Мы бы ни за что не проиграли! – огрызнулась Асура. – Боги бы не допустили этого!

- Не боги держат мечи. И умирают на поле боя тоже не они.

Она едва зубами не заскрипела от злости. Но сдержалась.

- В разгар войны с йотунами, - продолжила она, - я поручила сыну особую миссию. Он должен был отправиться в соседние страны. В поисках союза с кем-то, кто мог бы помочь нам военной силой. Я возлагала большие надежды на Таарн, который лежит в гористой местности далеко к югу отсюда… впрочем, не важно. Вряд ли тебе говорит что-то это название.

Ну да.

Если не считать того, что женой наследной принца этой страны я по странному велению судьбы стала. И твёрдо рассчитывала когда-нибудь там поселиться насовсем. Как можно, как можно дальше и от Долины, и от Гримгоста. Бьёрн что-то говорил о своём домике… так, стоп! Тише, Фиолин, тише! Будешь глупо улыбаться мечтательно улыбкой, старуха заподозрит что-нибудь.

- …Бальдр пропадал больше месяца. А когда вернулся… сказал, что до Таарна, увы, так и не добрался. Заплутал по пути. Теперь я понимаю, где это он так «плутал» и чем занимался.

Она снова посмотрела на меня, как на лягушку. Я поёжилась. Да уж… старуха явно забывала временами, что я теперь у неё чуть ли не «величайшее сокровище Гримгоста» и единственная продолжательница рода. В такие моменты она явно могла думать только о том, что её драгоценный сынок, её кровиночка и самая большая надежда, умудрился загулять с какой-то девкой из мерзких ванов.

Моя мама, наверное, была особенная. Необыкновенная.

Или… есть?

Вдруг она жива?

Моё сердце забилось сильнее.

- Пожалуйста, дальше! Что ещё вы знаете? – я умоляюще посмотрела на Асуру, сложив пальцы в молитвенном жесте.

- Дальше… дальше я сделала своему сыну выговор за то, как безответственно он поступил, блуждая не пойми где в разгар войны, и не выполнив задания. Тем более, что он так и не рассказал мне, где пропадал, - надменно проговорила старуха. – И он решил исправить свою ошибку.

Её губы дрогнули.

Ясно теперь.

Эта жестокая гадина набросилась на сына с упрёками. Вместо того, чтобы радоваться, что он жив и вернулся к ней из путешествия невредимым. Она отправила его воевать с теми силами, что были. «Добывать славу Гримгоста».

А он решил доказать матери, чего стоит.

И не вернулся…

Мои пальцы сжались в кулаки. Это она убила моего отца. Убила единственного сына своим высокомерием, своей чёрствостью, тем, что думала только о победах и величии Гримгоста, но вряд ли хоть раз задумалась о том, чего хочет её сын на самом деле. Этот всё, что угодно, только не материнская любовь. Мой отец знал, что ей плевать, поэтому даже не рассказал о том, что встретил любимую женщину. Почему-то я не сомневалась, что он очень любил маму, раз сумел переступить через всё, что их разделяло.

Королева отвернулась и равнодушно смотрела на горы.

Или… не равнодушно?

Мне показалось на мгновение, что она прячет слёзы. Даже о сыне она не позволяет себе плакать.

- Возможно, друг твоего отца знает больше.

- Мне Бальдр тоже не говорил о том, где пропадал, - отозвался Белый волк тихо. – Я понятия не имел, что у него будет ребёнок. До тех пор, пока… но вы ведь расскажете Фиолин продолжение истории?

- Это не всё? – встрепенулась я.

- Ну разумеется! – надменно ответила Асура. – Ведь откуда-то же мы узнали о том, что твоя мать была из ванов! Ты невнимательно меня слушала.

- Простите, - тут же извинилась я. Готова была извиниться за что угодно, лишь бы она продолжала. Затаив дыхание, я ждала. Пока моя бабке решится – рассказывать или нет ту часть истории, которая, очевидно, не нравилась ей больше всего.

- Это случилось, когда мы уже оплакали и похоронили моего сына. Спустя несколько месяцев после… после этого. Разозлённые гибелью предводителя, наши войска сражались так храбро, что мы смогли-таки нанести йотунам несколько очень чувствительных поражений. Они отползли в глубины своих ущелий зализывать раны и перестали нас беспокоить. В горах воцарилась тишина. Мы наслаждались мирными временами, и только боль утрат мешала праздновать