Где сокрыта библиотека - Изабель Ибаньез

Если я чему-то и научился за время службы в армии, так это доверять собственной интуиции. И сейчас она подсказывала, что нужно увести Инез как можно дальше от этого места. Приготовить оружие и держать палец на спусковом крючке. Я потянулся за ножом, который всегда хранил в ботинке, но этот ублюдок Стерлинг забрал его.

― Мы только приехали, ― сказала Инез. ― Сейчас я не поверну назад. Мама может находиться внутри, а если ее здесь нет, то она могла оставить следы. Думаю, нам стоит осмотреться. Если только у тебя нет лучшей идеи, как ее найти?

Я скрестил руки, от напряжения у меня свело челюсти.

― Оставшуюся часть пути безопаснее преодолеть по воде. Но для этого придется украсть лодку.

— Это не так уж далеко, ― сказала Айседора, сморщив свой острый нос. ― Жаль, что мы не захватили с собой сменную одежду. Мы можем промокнуть.

Я не стал отвечать на эту чепуху.

Инез указала на ряд рыбацких лодок.

― Давай возьмем одну из них. Не нужно красть. Мы вернем ее на место, когда закончим, и я могла бы оставить в ней насколько монет.

Айседора уже шла к причалу быстрым, решительным шагом, ее манера двигаться была уверенной и безусловной, что создавало иллюзию бушующего под ней хаоса. Она напоминала мне греческую трагедию, где каждый персонаж шел навстречу своей гибели, сея повсеместно хаос и раздор; ненормальная фея, выплескивающая свою разрушительную энергию на ничего не подозревающих людей.

― Я все еще не доверяю ей, ― сказал я, сузив глаза и провожая взглядом ненормальную фею.

― Ты уже достаточно доходчиво дал это понять, ― устало произнесла Инез. Глубокие тени под глазами выдавали ее усталость. Когда она последний раз высыпалась? А я? Невозможно было вспомнить. ― Но она не делала ничего плохого, только помогала, ― сказала она. ― Ты можешь остаться.

― Черта с два, ― сказал я. ― И не думай, что я не заметил, как ты использовала мои же слова против меня.

― Я на это и рассчитывала, ― ласково произнесла она.

Я следовал за ней, стараясь не обращать внимания на ее покачивающиеся при ходьбе бедра и на то, как танцевали ее кудри в соленом воздухе. Айседора уже отвязала одну из лодок, когда мы присоединились к ней на причале. Я принялся за дело и с облегчением заметил, что из-под скамьи торчат весла. Я помог Инез забраться в лодку, подумал было столкнуть Айседору в море, но вместо этого проигнорировал ее, когда она грациозно ступила на борт. Она стояла прямо, сгибая колени в такт движению воды.

― Ты окажешь нам честь, или я буду грести к острову? ― спросила Айседора с подчеркнуто ледяной интонацией голоса.

― Я могу помочь, ― вызвалась Инез.

Я взял весла и опустил их в воду. Это была плохая идея. Мне не следовало соглашаться на это. Было бы лучше прийти одному.

― Давай, черт возьми, просто покончим с этим.

Инез порылась в сумке и протянула Айседоре свечу, а затем нашла еще одну для себя. Она зажгла обе, и они подняли огоньки, свободными ладонями прикрывая пламя, чтобы оно не колыхалось от ветра. Инез в этом не преуспела, и огонь погас, после очередного порыва ветра.

Она вздохнула.

― Мне не хватает сандалии.

Я засмеялся.

Инез удивленно взглянула на меня, ее ореховые глаза были теплыми и радостными. Мне показалось, что она не смотрела на меня так уже много лет. Она быстро отвернулась, и я переключил свое внимание на маяк, где ему и полагалось быть.

Когда мы приблизились к острову, я заметил небольшую бухту, и постарался грести в ее сторону. Оказавшись на достаточно близком расстоянии, я спрыгнул в воду, она моментально остудила мою кожу, и я потянул лодку к берегу. Инез перелезла через край борта, отказавшись от моей помощи, поскальзываясь и размахивая руками, чтобы не упасть лицом в воду. Айседора ловко выбралась наружу, аккуратно приземлившись с минимальными брызгами, и помогла Инез добраться до берега. Я отложил весла, и мы пошли вверх по крутому склону к основанию маяка.

Острые камни впивались в подошвы моих ботинок, и на последнем отрезке пути мне пришлось помогать им обеим ориентироваться в пространстве. Старинная постройка появилась на горизонте, когда ночное небо окрасилось в темно-синий цвет. Это было мое любимое время суток ― момент перед самым рассветом.

― Оно огромное, ― прошептала Инез.

― Самое высокое сооружение древнего мира, ― сказал я. ― На самом верху раньше располагалось огромное зеркало, которое отражало и рассеивало свет, который было видно за шестьдесят километров отсюда.

― На этой стороне сохранилась надпись, ― сказала Айседора, указывая на гравировку на светлом камне. ― Подношение близнецам-хранителям моря.

― О ком речь? ― спросила Инез.

― О Касторе и Поллуксе, ― ответили мы с Айседорой в унисон.

Мы с ужасом посмотрели друг на друга. Инез лишь улыбнулась и направилась к главному входу, вздернув подбородок, ее вьющиеся волосы ниспадали до середины спины.

― А вот и проход, ― сказала она. ― Достаточно широкий, чтобы два всадника могли проехать бок о бок.

Мы вошли внутрь, и первое что нас встретило ― разрушающаяся лестница и обширное квадратное пространство, где, должно быть, когда-то размещались колесницы и лошади. Часть потолка была разрушена. Повсюду валялись валуны, некоторые из которых были выше меня. Хотя маяк казался пустым, внутри было много тенистых углов, в которых можно было спрятаться. Инез настороженно огляделась по сторонам и остановилась на Айседоре.

― Ты не забыла пистолет?

Айседора похлопала по карману жакета.

― О, я, должно быть, забыла запасной, когда мы возвращались в отель за припасами.

Я осмотрелся, чувствуя, как внутри все сжимается. Я взял с собой винтовку, которую привез в разобранном виде. Это было мое самое нелюбимое оружие ― громоздкое, шумное и неудобное при перезарядке. Но лучше, чем вообще ничего.

Не стоит встречать врагов, будучи безоружным.

― Посмотрите сюда, ― позвала Инез.

Я подошел к ней, вглядываясь в почти нетронутую стену. В камне был высечен огромный рельеф, изображающий греческого бога в развевающихся одеждах. На его голове сидела корона, а в левой руке он сжимал скипетр. У его ног лежал трехглавый пес, свирепо оскаливший зубы.

― Снова Цербер, ― пробормотала Инез.

― Гончая Аида, ― сказал я. ― Любопытный выбор для стены маяка. Пес сторожил вход в подземное царство и не имел никакого отношения