Неистовые. Из огня да в полымя - Алиса Перова

— Я злой! — рявкнул Генка.

— Об этом она тоже д-догадалась. Но если тебе добавить немного учтивости и прицепить улыбку, из тебя п-получится вполне п-приятный парень.

— Так и есть. А если твою гостью прицепить к палке и добавить в говно, то получится однородная масса. Эта тварь тебя чуть не убила, а теперь сидит лыбится, как параша.

Я умоляюще посмотрела Генке в глаза. Дда что на него нашло? Нельзя же так!

— Что он сказал? — весело поинтересовалась Кончита.

— Г-говорит, что х-хочет прогуляться, чтобы не мешать нам разговаривать, — пояснила я.

— А он нам ничуть не мешает, правда? Я, собственно, что хотела сказать… а почему твой серьёзный мальчик не признался, что он друг нашего Фели?

«Может, потому что он и сам об этом не знал?» — подумала я, бросив на Генку быстрый взгляд, но на вопрос Кончиты лишь пожала плечами.

— Что она сказала? — пробасил Генка, но тон его прозвучал уже куда мягче.

— Что ты — друг Феликса.

— А это плохо?

— Это очень х-хорошо.

— Вчера вечером, — продолжила Кончита, — Малыш позвонил и сказал, что… м-м… Стеф, а я забыла, как зовут твоего симпатичного мальчика?

— Гена.

— Хэ-эна… — пропела Кончита. — Какое дивное имя!

Генку знатно перекосило, зато Кончита ещё больше воспряла духом.

— Так вот, Фели предположил, что Хэна задержится у нас на несколько дней, и попросил оказать ему душевный приём.

Ох, это Феликс необдуманно предложил!

— Малыш нечасто знакомит нас с друзьями, поэтому нам будет приятно, если Хэ-эна согласится погостить в нашем доме.

Караул!

— Что она сказала? — разволновался Генка, явно озадаченный моим выражением лица.

И пока я судорожно соображала, как бы выкрутиться из создавшейся ситуации, Кончита настойчиво повторила:

— Скажи Хэни, что мы с Хули будем рады принимать его у себя.

— Это она сейчас ругнулась? — напрягся Генка.

— Нет, — я обречённо вздохнула. — Тебя только что пригласили в гости.

— Серьёзно? — его светлые брови изогнулись домиком. — А передай мадам Лупите, что я согласен. Сам давно хочу.

— Ты издеваешься? — прошептала я, едва не плача.

— Ты же сама сказала, что она приглашает…

И он закивал гостеприимной сеньоре и даже улыбнулся как-то нехорошо.

— Чудесно! — проворковала Кончита, верно расценив Генкину пантомиму, и добавила с хищным оскалом: — А Хулио пусть сам поищет верный путь.

Глава 48 Гена

Два дня спустя

— Гена, хватит со мной пререкаться, я же сказала, что ты мне нужен здесь. С твоей Стефанией уже всё хорошо...

Но я раздражённо прерываю:

— Да где хорошо, Диан, если она ходить не может?!

Краем глаза я вижу, как настойчиво семафорит Стефания в попытке привлечь моё внимание и дать понять, что она в полном порядке и даже способна прыгать на одной ножке, и легко обойдётся без моей помощи. Вот это-то и хреново, поэтому на её пантомиму я упорно не реагирую.

А ведь ещё позавчера моя персиковая девочка была такой слабенькой, кроткой и послушной, позволяла кормить себя с ложечки, помогать принимать душ (то ещё испытание для моего организма!) и почти не спорила со мной. Я даже поверил, что всё будет так, как я запланировал.

— Она не беспомощная девочка, — отрезала в трубку Диана. — Попрыгает пару недель на костылях, наберётся сил и опять будет, как новая.

— Да ты бездушный дракон! Ты хоть сама себя слышишь?

Но Дракониха ничуть не впечатлилась и продолжила ровным тоном:

— Позволь тебе напомнить, что у тебя есть обязательства. А ещё, кажется, ты хотел неделю отпуска, чтобы показать своей маме Париж. Или уже передумал?

— Не передумал, — недовольно ворчу в трубку. — Вот только мама меня поняла бы.

— Но я не твоя мама.

— Хвала небесам!

На самом деле наш спор не имеет никакого смысла, потому что я и сам знаю, что пора возвращаться, да и для мамы билеты уже куплены и отель забронирован. Я ведь сам пообещал ей парижскую весну. Однако я до сих пор не решил главный вопрос — я должен всеми правдами и неправдами забрать с собой Стефанию.

Диана, ожидаемо, не оценила моего рвения и едко напомнила, что в её замке штат прислуги укомплектован. Иногда мадам Шеро бывает редкостной сукой. Сообщила мне, что Феликсу в Париже будет не до ученицы, а аренда квартиры для Стефании и её наблюдение у врача быстро истощат мои финансовые ресурсы (а вот это уж не её забота!). Зато сама Стефания до сих пор виртуозно ускользала от темы, заговаривая мне зубы и откладывая разговор на потом.

А всё — потом уже настало. С сегодняшнего дня нет надобности занимать койку в лечебнице, а значит, пора сваливать. Дело за малым — нанести визит вежливости в семейное гнездо Сантана и избавить хозяев дома от нетрудоспособной горничной. Я покосился на Стефанию… да как она вообще согласилась на эти условия?! Вся такая нежная, воздушная, умненькая — и вдруг горничная. Ар-р-р! Аж зубы, сука, сводит!

— Гена, ты меня не слушаешь? — в правом ухе раздалось рычание дракона.

— Слушаю, — соврал я. — Завтра вылетаем.

— Сегодня, Гена! — рявкнула трубка.

— Диан, я сегодня не могу, у меня званый ужин с Лупитой и Хулем. Отказываться никак нельзя, Лупита уже третий день напоминает. Но я же не попрусь туда без Стефании. А сегодня как раз её отпустят домой и…

— И о ней будет кому позаботиться, — закончила Диана, — об этом я уже договорилась. А для тебя, Гена, срочный вызов — это отличный повод избежать ужина. Поверь, тебе не стоит появляться в этом доме без меня.

— Даже так? И ты хочешь, чтобы после этих слов я отпустил туда Стефанию?

— Именно. Во-первых, для приглашающей стороны вы с ней находитесь в разных статусах, а Стефанию, хочу заметить, на ужин не приглашали.

Такое мне и в голову не могло прийти. То есть я — почётный гость и друг Фила, а моя Стефания — всего лишь прислуга? Охренеть! И я озверел.

— Серьёзно?! Ну тогда пусть