Последнее лето в Аркадии - Дайрдре Парселл

— Поздравляю, отличный был забег. Каковы ставки? — Джерри наклонился вперед и чуть сжал руку тестя.

Признаться, проявлений этой стороны его характера я не видела уже много лет, если вообще когда-нибудь она была заметна. Конечно, он бережно обращался с женой, а в первые годы был само внимание и предупредительность, но никогда не выказывал особого интереса к членам нашей компании или к ее родственникам.

— Ставки один к четырнадцати! — Мистер Кейхилл был так горд, будто сам лично тренировал лошадь. — Что скажете?

— Должно быть, вы сорвали приличный куш. — Джерри встал. — Предлагаю вечером сходить в бар, выпить по пинте пива. Только вы и я, согласны? Раз вы выиграли, то угощаете.

— Согласен. Жду с нетерпением. — Отец Тесс подмигнул зятю.

Джерри кивнул и направился к двери.

— Куда ты? — спросила Тесс, вставая.

— Я на минутку. — Джерри остановился у выхода в холл. — Только проверю почту и позвоню Джереми в шведский офис. Я должен был делать на совещании доклад, но в связи с отъездом переложил эту обязанность на его плечи. — Он улыбнулся мистеру Кейхиллу. — Увидимся вечером, Пэдди. Готовьте бумажник.

Мы с Тесс переглянулись, стоило ему выйти из гостиной. Ее лицо из испуганного стало решительным, словно рядом со мной сидела совсем другая женщина.

— Я пойду за ним, — тихо сказала она. — Он не должен удалить сообщение раньше, чем мы поговорим. Пожелай мне удачи.

Взглянув на старика, я поняла, что он нас не слушает. Он был поглощен спортивными новостями.

— Да, иди, — шепнула я. — Удачи. Если понадоблюсь, звони. — Тесс тихо выскользнула из гостиной вслед за мужем, а я осторожно коснулась плеча ее отца. — Мне пора, мистер Кейхилл. Надеюсь вскоре еще раз повидать вас.

— Это уж как судьба решит, — сухо сказал он и огляделся. — Ого, все разбежались! — Повозившись на месте, отец Тесс принял удобную позу и уставился на экран, где показывали очередной забег. — Ты присматривай за моей дочерью. Ей понадобится поддержка.

— Обязательно. Не беспокойтесь. — Мне вдруг ужасно захотелось обнять этого скупого на эмоции, но все же очень заботливого человека, однако я, разумеется, сдержалась.

Выйдя из дома, я несколько минут глубоко дышала влажным воздухом, стоя под козырьком. Затем села в машину и окинула взглядом серый фасад «Аркадии». Что творилось в этот момент на втором этаже, в кабинете Джерри? Какая драма разыгрывалась?

Я завела мотор и рванула прочь так стремительно, словно была гонщиком Эдди Ирвайном. Я была уверена лишь в одном: Тесс должна избавиться от Фредерика Ярсо любым способом. Незваный гость — дурной подарок хозяйке, а уж настолько толстокожий тем более.

Мое предложение приютить янки под своей крышей было, конечно, чрезмерно щедрым даже по моим понятиям. Я почувствовала облегчение, когда Тесс ответила отказом. Как лучшая подруга я могла приютить ее гостя, но уж точно ненадолго. Мне плевать, умеет ли Ярсо готовить блинчики, возиться с детьми и стричь газоны. Его помощь и постоянное присутствие мне без надобности. Быть может, моя к нему холодность объяснялась неприязнью ко всем нахлебникам? Там, где я росла, иждивенцев и халявщиков не терпели. Им никто не помогал, и если они продолжали бездельничать, то просто умирали с голоду.

Я решила заехать проведать Мэдди. Пользоваться мобильным в машине мне кажется слишком опасным, даже если есть наушник. В общем, я без предупреждения поехала в клинику.

— Кем вы ей приходитесь? Родственница? — строго спросила сестра-хозяйка.

— Да, я ее сестра, — соврала я.

Она проводила меня к еще одной медсестре, которая тоже не слишком жаждала делиться со мной информацией. Мне сообщили лишь, что Мэдди проспит, судя по всему, до самого утра.

— А могу я приехать ее навестить? Утром, например?

— На вашем месте я бы несколько дней ее не беспокоила. Она должна освоиться в клинике, чтобы перестать воспринимать себя пленницей, а вас — свободным человеком. Как насчет среды? Позвоните в среду утром.

— Спасибо. — Втайне я была рада передышке в несколько дней.

На мне еще висел звонок Фергусу, но я никак не могла преодолеть неприязнь к мужу Мэд, бросившему бедняжку. Искать его номер, а затем говорить с ним лично было противно.

Позвоню утром, пообещала я себе. Денек и без того выдался напряженным.

Тем же вечером мы с мужем сидели у телевизора, тесно обнявшись. Мне казалось, что под моим задом шипят раскаленные угли. Я ожидала, что в любой момент грянет звонок из «Аркадии». К счастью, этого не случилось.

Когда мы легли спать, я так плотно прижалась к Рики, желая в его объятиях обрести покой, что он возмутился:

— Ты меня раздавить, что ли, хочешь? Я могу задохнуться.

— Задыхайся, — засмеялась я. — Рики, ты даже не представляешь, как сильно я тебя люблю. Просто до умопомрачения, понимаешь? Обожаю.