Рождество наступает все раньше - Валери Блок

Винс сел на самолет домой из Чикаго. Новая работа, новая квартира, да. Но, оставшись один, он ничего не приобрел. Он был недоступен, а теперь выходит из этого состояния, но ничего не изменилось. Он чувствовал уважение к людям, у которых есть цель. Его дед был портным. Его отец начинал музыкантом, а потом пришел на радио с некоей идеей, которую хотел претворить в жизнь. Отец его матери был учитель. Его мать стремилась к тому, чтобы иметь семью.

Его выкормили, одели, обучили и выпустили на волю. С какой целью? Его не интересовала недвижимость и банковские операции. Ему не нравились и люди, которые этим занимались. Возня с выпуском облигаций – ну и что? Ничего захватывающего, а деньги ему не нужны.

У Винса есть квартира. У него есть машина. И что он теперь должен делать дальше?

Когда он пришел домой, Лора раздраженно мерила шагами гранитный пол холла.

– Я жду здесь всего два часа, – прошипела она.

Он с ней договорился о встрече две недели назад, но совершенно забыл.

Он покрылся испариной.

– Я понятия не имел, что ты так быстро сюда придешь.

– Ты сам сказал мне тебя здесь ждать. Ты сам! Сам!

Консьерж развел руками – он не виноват.

В лифте Лора бросала на него испепеляющие взгляды. Она ожидала, что все возобновится? Винс был уверен, что он этого не хочет. Это было бессмысленно.

– Так вот где ты в конце концов окопался, – протянула она, оглядывая гостиную.

Немедленно зазвонил домофон.

– Пустите ее, – сказал он консьержу. Лора с отвращением улыбнулась.

– Это, похоже, будет занятно.

– Мне очень жаль. – Винс не хотел видеть ни одну из них. Он хотел, чтобы они обе ушли.

– Я понятия не имею, почему я здесь, – объявила Пиппа, входя в комнату. – О, компания, – добавила она с сарказмом. Они с Лорой встречались раньше, но представились друг другу заново.

– Он забыл, что я приду, – объяснила Лора, медленно разминая шею.

– Я просто перепутал день, – сказал он, наливая шотландского виски.

– Это ничего, – сказала Пиппа с дивана. Она тоже не собиралась уходить. – Он забыл, что позвонил мне сегодня и пригласил вечером на свидание.

– Слушай, умираю, есть хочу, – сказала Лора и взяла стакан виски, который он ей предложил.

В такси они обе оживленно болтали между собой, а он сидел, откинувшись на спинку, желудок у него сводило, а они говорили про Вермонт. В «Уок-о-матик» он заказал один бульон и предоставил им выбирать все остальное. Они мгновенно нашли общий язык.

– Мне только что исполнилось тридцать четыре, – говорила Лора Пиппе, грызя ледышку. – Знаешь, что это значит?

– Что твое время не ждет?

– Время никого не ждет, – вздохнула Лора, и Пиппа пододвинулась поближе. – Нет, это значит, что уже не осталось времени на ранний и неудачный брак. Так, чтобы все закончилось, а еще через полгода я бы вышла за нужного человека как раз вовремя, чтобы нарожать детей.

– Еще не поздно заводить детей, – утешила ее Пиппа.

– Нет, понимаешь, уже не осталось времени на ошибку.

– Но ты же католичка, – заметил Винс. – Ошибок не бывает.

– Конечно, я всегда могу стать второй женой, – продолжала Лора, не обращая на него внимания. – Если ты – вторая жена, то ты уже молода до конца жизни.

Принесли еду. Слишком много тарелочек, все плавает в какой-то бурой жидкости. Он смотреть на это не мог. Они же набросились на еду, передавая друг другу тарелочки, добавляя соусы и смешивая еду ложками. Они попросили палочки, потом соевый соус с низким содержанием натрия. Наконец заказали еще диетической кока-колы. Лора, наверное, считала его дураком. Пиппе, скорее всего, Лора нравилась больше, чем он.

Винс подул на ложку супа.

– Я думал, католицизм для тебя действительно важен.

– Какая-то часть, – холодно отозвалась Лора.

– Я думал, там все или ничего.

– Если мои дети воспитываются в католической вере, – заявила она, вылавливая палочками гриб и отправляя в рот, – остальное значения не имеет.

– Погоди, я думал…

– ЧТО ты там думал? – Лоре было скучно, он вызывал у нее отвращение. Она положила на свою тарелку горку мокрых волокнистых овощей.

– Ничего, – сказал он, переключаясь с супа обратно на виски. – Все это время я думал, что проблема в том, что я не католик.

Она резко фыркнула.

– Нет, Винс, в твоем случае проблема заключается в том, что ты – это ты.

Официант принес еще еды.

– Мне кажется, я попала во французский фильм, – вдруг восхитилась Пиппа.

После ужина они смотрели, как Пиппа уходит на запад в своих туфлях на платформе.

– Завтра я оставлю тебя в покое, – пообещала Лора.

– Оставайся, сколько захочешь, – пожал он плечами, подзывая такси. Какая разница?

Дома он оставил Лору устраиваться в спальне и закрыл двери на кухню. Он позвонил матери объявил, что у него новая работа. Мать поздравила его и сказала, что немного беспокоилась за него в последнее время. Она не могла разговаривать – как раз собиралась позвонить и выразить кому-то свои соболезнования.