Всем сердцем - Барбара Доусон Смит

– А я намерена позаботиться о его безопасности, – заявила Анна. – И мне не важно, одобрит он это или нет.

Лакей хмыкнул.

– Кажется, капитан встретил девушку под стать себе.

Не прошло и десяти минут, как к дому подъехал парный двухколесный экипаж с Артуром и Ричардом Каммингзами. Сердце Анны тревожно сжалось.

– Они здесь! – объявила она.

– Мы с мистером Харрингтоном подождем в соседней комнате, – сказала леди Стокфорд. – Не волнуйся. Мы услышим, если ты позовешь на помощь.

Харрингтон сжал в руке полированную бейкеровскую винтовку.

– Скажите только слово, мисс, и я мигом разделаюсь с этими болванами!

Услышав стук, лакей и леди Стокфорд исчезли в гостиной. Превозмогая волнение, Анна изобразила на лице улыбку и открыла дверь. Во взглядах обоих гостей читалась настороженность. Краснощекий Артур в строгом желтовато-коричневом сюртуке напоминал бульдога, рядом с ним стоял бледный Ричард – стройный мужчина в черном облачении священника, с такими же карими раскосыми глазами, как и у его отца.

– Добрый день, мисс Невилл, – произнес Артур хорошо поставленным голосом. – Позвольте заметить, вы сегодня прекрасно выглядите. Голубое подчеркивает цвет ваших глаз.

Анна знала, что подобная обходительность помогла ему добиться места в парламенте. Она была едва знакома с этим человеком, однако своими льстивыми манерами он старался создать атмосферу дружбы.

– Спасибо. Проходите в дом.

Войдя в гостиную, священник кашлянул.

– Насколько я понимаю, вы скоро выходите замуж, – начал он. – Ваш отец попросил меня провести венчание в следующую пятницу.

– Примите мои искренние поздравления, – с чувством сказал Артур Каммингз, картинно встав у камина и прижав руку к сердцу. – Лорд Джошуа Кеньон – хороший человек. Капитан королевской кавалерии и герой сражения при Ватерлоо. Наше славное отечество нуждается в таких смелых людях… – Он замолчал. Любезное выражение его лица сменилось озадаченной хмуростью. – Что вы делаете, мисс Невилл?

Анна села за маленький столик, взяла лежавший там пистолет и принялась водить тряпкой по перламутровому стволу.

– Как что? Чищу свое оружие. Продолжайте, пожалуйста.

– Я… э… я говорил, что… э… – Артур покосился на сына. – Может быть, скажете нам, зачем вы нас сюда пригласили?

– Всему свое время. Сначала я хотела бы задать преподобному отцу Каммингзу несколько вопросов. – Анна сосредоточила внимание на человеке, которого так пылко любил Дэвид. Священник заметно смутился и судорожно вцепился руками в деревянные подлокотники кресла. – У вас есть кремневый мушкет?

Он растерянно заморгал.

– Нет. Но такой мушкет есть у моего отца. Иногда я охочусь на птиц в его поместье…

– Замолчи! – перебил сына Артур. Лицо его исказилось от злобы, – Она пытается доказать нашу причастность к дуэли. На прошлой неделе ко мне приходил Кеньон и обвинял меня в диких вещах. Как будто человек моей безупречной репутации может прятаться в кустах и стрелять в людей!

Анна обернулась к политику.

– Значит, у вас есть кремневый мушкет, мистер Каммингз? – спросила она с напускным спокойствием.

– Конечно, – фыркнул Артур. – У какого джентльмена его нет? Зайдите в любой приличный английский особняк, и вы найдете там все виды оружия – от мушкетов до охотничьих ружей. – Он опасливо глянул на пистолет. – Если эта штука заряжена, советую вам быть с ней поосторожней.

– Братья считают меня опытным стрелком. Такого же мнения придерживается и мой дядя, сэр Фрэнсис Беллингем.

Девушка подняла пистолет и прицелилась в Артура. Он отступил за кресло, в котором сидел священник.

– Положите оружие, мисс. Не надо мне угрожать.

Анна усмехнулась и опустила пистолет.

– Я вам не угрожаю. Просто хотела узнать… – Она посмотрела на Ричарда Каммингза. Своим телосложением стройный священник походил на третьего злоумышленника, силуэт которого она видела в темной конюшне. – Где вы были позапрошлым вечером, преподобный отец?

– Э… Вы имеете в виду тот вечер, когда была гроза? – пробормотал Ричард Каммингз, потом взглянул на пистолет и съежился в кресле. – Я был в доме священника, просматривал счета прихожан.

– Объясните наконец, что значат эти бесцеремонные вопросы? – пробасил Артур. – Где ваш отец? Я сейчас отчитаю его за то, что он так вас распустил.

Политик направился к двери, Анна встала, держа пистолет в руке. Сердце ее отчаянно колотилось, но она сохраняла внешнюю невозмутимость.

– Вряд ли вы захотите, чтобы мой отец узнал про письмо.

Артур Каммингз резко остановился. Ричард Каммингз тихо застонал и закрыл лицо руками. Грубое, точно высеченное топором лицо Артура побагровело. Он сердито взглянул на склоненную голову сына, потом подлетел к Анне.

– Значит, вы решили заняться шантажом? Ну что ж, я дам вам двести гиней в обмен на письмо.

– Нет! – отрезала Анна и, не спуская с него глаз, выдвинула ящик стола.

– Триста! – прорычал Артур. – Это мое последнее слово.

– Мне не нужны ваши деньги. Я просто отдам письмо вашему сыну. Вот почему я позвала сюда вас обоих.

Шагнув вперед, она протянула Ричарду Каммингзу сложенный листок бумаги.

Бледный священник взял письмо и развернул его дрожащими пальцами. Когда он поднял голову и взглянул на Анну, в глазах его читалась робкая надежда.

– Но ведь это письмо, которое мне написал Дэвид. Почему вы его отдаете?

– Я не хочу, чтобы кто-то из вас точил зуб на лорда Джошуа.

Артур шагнул вперед.

– Это письмо надо сжечь, – заявил он. – Отдай его мне, и я брошу его в огонь.

Он попытался забрать у сына бумагу, но Ричард убрал ее во внутренний карман своего сюртука.

– Не сочтите за неуважение, сэр, но оно принадлежит мне.

– Не валяй дурака! Оно опять попадет в чужие руки.

Не обращая внимания на отца, Ричард встал с кресла и взял Анну за руки.

– Благослови вас Господь, мисс Невилл. Вы и представить себе не можете, как много значит для меня это послание.

Анна так и не поняла, боялся ли он, что его тайна будет раскрыта, или просто дорожил письмом Дэвида. Она надеялась, что верно последнее.

– Замолчи! – рявкнул Артур на сына. – Последи за своими словами.

– Пойдем, отец. Я сомневаюсь, что мисс Невилл хочет быть свидетельницей нашей ссоры.

Священник расправил плечи и направился к выходу. Его отец поплелся за ним, недовольно бормоча.

Когда они ушли, Анна с облегчением привалилась к парадной двери. Тут из гостиной выбежали леди Стокфорд и Харрингтон.