Полночная звезда - Кэтрин Коултер

На этот раз она разожгла костер как положено, не вызвав никаких нареканий со стороны мужа. Да и к разделке серой куропатки, которую ему удалось подстрелить, она отнеслась довольно спокойно, не ощутив даже малейших признаков отвращения.

— Либо я слишком проголодалась, либо это действительно самая вкусная еда во всем мире, — прокомментировала она готовое блюдо.

— Ты безнадежно испорчена, — сухо отреагировал он и через секунду добавил: — Я давно уже понял, что приготовленная на свежем воздухе еда намного вкуснее домашней. То ли чистый воздух действует на аппетит, то ли дым костра улучшает вкусовые качества — не знаю.

— Господи! — неожиданно воскликнула она, с любопытством посмотрев на мужа. — Столько слов за одну минуту!

— Знаешь, что я тебе скажу, женушка? В твоей прелестной компании я почему-то утратил природную склонность к юмору. Попридержи, пожалуйста, свой острый язычок за зубами.

— Смерть от упрямства! Точно! — проворчала Чонси и растянулась на походной постели. Вскоре она задремала и проснулась только тогда, когда почувствовала, что кто-то прикрыл ее рот рукой. Она дернулась, пытаясь вырваться, но это не помогло.

— Ни звука, — прошептал ей на ухо Делани и еще крепче прижал к земле. — Не двигайся. Никуда не уходи. Я сейчас вернусь.

Чонси замерла на мгновение и судорожно сглотнула. Неужели медведи? Она натянула на себя одеяло и с ужасом посмотрела на темный лес. А может быть, змеи? Неужели Делани мог услышать движение змеи? Где-то неподалеку послышались три выстрела. Чонси подпрыгнула от неожиданности и заморгала глазами.

— Делани!

Он не отозвался! Мертвая тишина. Ее «дерринджер»! Где же он? Она полезла в сумку и сжала пальцами рукоятку маленького пистолета. В это самое мгновение кто-то наступил ногой на ее руку.

Чонси закричала от боли и разжала пальцы. Пистолет упал на траву. Чья-то сильная рука схватила ее за шею и потащила.

Перед ней был какой-то мужчина, от которого ужасно воняло. Он тяжело дышал и недовольно ворчал, когда она пинала его ногами и руками. Чонси отчаянно сопротивлялась, стараясь нанести ему как можно больше ударов в живот и в лицо. Через какое-то время ему удалось схватить ее за горло. В глазах мгновенно потемнело, но она не прекращала борьбу.

Мужчина яростно зарычал и повернул ее к себе. На какое-то мгновение она увидела его лицо, но потом ощутила резкую боль, и наступила полная темнота. Получив удар кулаком в лицо, она потеряла сознание. «Индеец», — успела она подумать, прежде чем погрузилась в темноту.

Она слегка дернула носом. Что за жуткий запах? Ее лицо было прижато к ноге мужчины, обтянутой оленьей кожей. Вот откуда исходит запах! Она попыталась вырваться, но острая боль в челюсти остановила ее.

Мужчина крепко надавил ей на спину, и она снова уткнулась лицом в его ноги. «Сейчас меня стошнит», — подумала она и судорожно проглотила слюну.

Вскоре Чонси сообразила, что незнакомец что-то говорит низким, гортанным голосом, но она никак не могла понять, что именно.

— Делани, — тихо прошептала она, что вызывало новый приступ боли. — Мой муж! Где мой муж?

Мужчина продолжал что-то говорить, слегка поворачиваясь в седле. Похоже, он беседовал с каким-то другим человеком. Чонси почувствовала приближение нового приступа тошноты и плотно сжала зубы. Какой-то кошмар! Надо во что бы то ни стало взять себя в руки. Господи, какая ужасная вонь! А где же Делани? Нет, с ним все должно быть в порядке.

Она с трудом повернулась и посмотрела в лицо негодяя. Какой ужас! Даже представить себе невозможно что-либо более мерзкое, чем его рожа. Грязные пряди черных волос спадали на лицо, делая его невероятно зловещим. Угольно-черные, близко посаженные глаза, плоский нос. Неприглядную картину довершали желтые редкие зубы, выглядывающие из полураскрытого рта.

— Нет! — заорала Чонси что есть мочи и вонзила ему в грудь свои острые ногти.

Тот сильно ударил ее по голове, отчего она снова погрузилась в непроглядную темноту и повисла на его коленях.

— Нет, пожалуйста… Нет! Прекратите! Пожалуйста! Чонси почувствовала прохладную мокрую тряпку на своем лбу и решила не открывать глаз, чтобы не видеть всего этого кошмара, напоминающего сущий ад.

И все же она вынуждена была это сделать. Над ней склонилась молодая женщина и изучающе рассматривала ее. У нее были примерно такие черты лица, как и у того мужчины, но в глазах, как ей показалось, блеснуло нечто, напоминающее сострадание и сочувствие. Черные волосы были заплетены в две тугие косы, свободно спадавшие на плечи. Но самое ужасное, что от нее исходил все тот же мерзкий запах, от которого Чонси выворачивало наизнанку.

— Где я? — тихо спросила она, конвульсивно подергиваясь.

— Вам быть тихо, леди, — ответила женщина на ломаном английском. — Я заботиться о вас.

— Мой муж, — едва слышно простонала Чонси. — Где он?

— Не знаю. Чатка не говорить мне. — Ее голос был ровным и абсолютно спокойным, как, впрочем, и выражение лица.

— Кто вы?

— Отец Несбит зовет меня Крикет, по имени знаменитого белого человека. Отец Несбит позволять мне содержать его дом и учить меня хорошему английскому.

У этого священника довольно странное чувство юмора.

— Отец Несбит мертвый, потому что Чатка хотеть, чтобы я пойти с ним. Пейте это, леди, боль уходит.

Чонси открыла рот и почувствовала отвратительную густую жидкость. Она уже хотела выплюнуть ее, но женщина приподняла ее голову и заставила проглотить всю эту гадость.

— Чатка говорить, вы женщина-демон.

Чонси легла на спину, ощутив под головой какой-то грязный мех. «Да уж», — подумала она, услышав нотки восхищения в голосе женщины. Во рту пересохло, и она испуганно посмотрела на Крикет.

— Я умру? Вы отравили меня?

— Нет. Вам спать. Когда вы проснуться, будет намного лучше. Чатка хотеть, чтобы вам было лучше.

Через несколько минут Чонси действительно уснула, а когда проснулась, то обнаружила, что лежит одна, и что ей в самом деле стало намного лучше. Правда, челюсть все еще побаливала, но это уже была не такая острая боль. Она лежала на каких-то грязных шкурах, в жалкой лачуге, где было невыносимо жарко и душно. Роль двери выполняла небрежно повешенная на шест шкура, а кроме нескольких одеял, здесь ровным счетом ничего не было.

— Делани, — тихо прошептала она и заплакала от невыразимого горя. «Он не погибнет! Нет! Это невозможно!» Она вспомнила о выстрелах, которые прозвучали в лесу возле их стоянки. Неужели они убили его? Она решительно покачала головой, стараясь отбросить дурные мысли.

«Возьми себя в руки!»

Чонси тяжело вздохнула и закрыла глаза. Индейцы. Интересно, сколько их здесь? Зачем они похитили ее? Чего хочет от нее этот Чатка? Она вспомнила слова Делани о том, что большинство индейцев являются совершенно беспомощными. Но Чатка не производил впечатления беспомощного человека. В хижине стояла удушливая жара. Чонси встала на колени и тут же почувствовала, как закружилась голова.