Избранная - Кира Уайт

призывая к действию. Долго просить не приходится. Уже через мгновение мы оба издаем громкий стон, когда он, наконец, оказывается во мне. В груди нарастает тепло, которое постепенно спускается в низ живота, а в голове только одна мысль: "Почему я столько тянула?", но и она уходит на второй, третий, десятый план, когда Йен начинает неспешно двигаться. Приглаживает мои растрепавшиеся волосы, наблюдает за каждой реакцией и изменением стонов, чтобы найти тот ритм, который подойдет нам обоим.

В одно мгновение что-то меняется, его лицо искажается, показывая мне насколько этот сильный и всегда знающий, что делать, мужчина сейчас уязвим. Он открывается мне, и это прекрасно. Душа поет, а тело мне больше не принадлежит. Йен прижимает меня к себе с такой силой, будто боится потерять, и я цепляюсь за него в ответ. Каждое движение становится отчаянным, держусь за него изо всех сил и не могу произнести ни слова, хотя хочу кричать, что все теперь по-другому. Он дорог мне. Больше, чем дорог.

Глаза в глаза. И мне без слов понятно, что он чувствует то же самое. Кислорода становится все меньше, будто кто-то невидимый забрал его из комнаты. Толчки становятся все сильнее, стоны громче, отчаянное желание получить разрядку с каждой секундой растет в геометрической прогрессии, пока не наступает пиковый момент, в который я запрокидываю голову, прогибаю спину, желая раствориться в нем без остатка, и замираю, ощущая, как всем телом содрогается Йен.

Перед глазами все плывет, чувствую приятную тяжесть, навалившегося на меня мужчины, он тяжело дышит рядом с моим ухом, и я улыбаюсь, довольная, что мы стали еще ближе. Йен отстраняется на пару секунд, приподнимает мое тело, достает из-под меня покрывало, укрывает нас и прижимается ко мне всем телом.

– Нам нужен душ. – шепчу ему в шею.

– Чуть позже. – сонно говорит он и обнимает меня еще крепче.

Закрываю глаза, позабыв обо всем на свете, кроме невероятно приятных ощущений от близости с мужчиной, лежащим вплотную ко мне. Через пару минут мы оба уже спим с блаженными улыбками на лицах, позабыв обо всем на свете, в том числе и о том, что ожидает нас завтра.

Глава тридцать седьмая

Меня будит пение птиц за окном. Приоткрыв глаза, понимаю, что вчера мы уснули так и не закрыв его, и сейчас легкий ветер развевает полупрозрачный тюль и доносит до меня ароматы сада. Судя по освещению, скоро рассвет.

Поворачиваюсь на кровати, и от открывшейся картины перехватывает дыхание. Йен лежит на спине, повернув голову в мою сторону и положив под нее одну руку, вторая покоится на обнаженном животе, а вот ниже все прикрыто покрывалом. К сожалению.

Смотрю на его умиротворенное лицо, такое бывает у человека только во сне. Сейчас он выглядит даже моложе своих двадцати трех с хвостиком. Ложусь поудобнее, любуясь им, и не могу отвести глаз. Вот он нахмурил брови, но тут же улыбнулся, и я улыбаюсь в ответ, хотя он этого и не видит. Вспоминаю все, что произошло между нами вчера и прикрываю глаза от приятного тепла, разливающегося по телу. Раньше, в другой жизни, когда я просыпалась в постели Кайрана, я чувствовала себя скованно, мне хотелось прикрыться, но сейчас ничего подобного нет и в помине. Меня абсолютно не смущает ни собственная нагота, ни нагота Йена. И мне нравится, что я чувствую и что происходит со мной, когда я с ним.

Открываю глаза и вижу, что Йен смотрит на меня. Улыбаюсь и слегка поглаживаю его руку, только сейчас замечая, какая загорелая у него кожа по сравнению с моей. И когда он только успел? Йен притягивает меня к себе и обнимает.

– Давно не спишь? – спрашивает он.

– Пару минут.

Наступает уютная тишина, слышны только шелест листвы и пение птиц за окном, а так же наше дыхание. Какое-то время лежим, наслаждаясь близостью друг друга, я поглаживаю живот Йена, он – мою спину. Идеально.

– Мне надо в душ. – неохотно спускаюсь с небес на землю.

– Иди первая. – предлагает Йен и закладывает руки за голову.

Хочу предложить ему пойти со мной, но отказываюсь от этой мысли, вспоминая, что уже через пару часов нас ожидает приготовленное Создателями испытание. Мужчина видит перемену в моем настроении и тоже становится серьезным.

– Все будет хорошо. – говорит он уверенно. – Я буду с тобой, помнишь?

– Да, – шепчу я, но не могу избавиться от неприятно сдавливающего все внутренности чувства страха.

Поднимаюсь с кровати и шагаю в душ, оглянувшись на пороге и увидев оценивающий взгляд Йена, улыбаюсь ему уголком губ.

Пока привожу себя в порядок, думаю не только о том, что совсем скоро мне предстоит сделать ради возвращения человечества, но и о том, что сразу после этого надо обсудить с Йеном, что происходит между нами, а также, что ждет нас после того, как все закончится.

Меняемся местами, выбираю удобную одежду, пока Йен принимает душ. Собираю разбросанные вчера вещи и уношу их в бельевую корзину в ванной комнате, но замираю на пороге, открыв рот от удивления. Йен, чистый и полностью одетый в новые вещи, стоит передо мной и собирается выйти в спальню.

– Как ты?.. – шепчу недоверчиво.

– Сходил в свою комнату через Иной мир. – невозмутимо пожимает плечами он.

А, ну понятно. Теперь все встало на свои места. Без ауры, окружающей его тело, я постоянно забываю, что он не обычный человек, а создание Тьмы.

– Ты ходил в Иной мир голышом? – округляю глаза и изумленно открываю рот, прикладывая руку к груди.

– Переигрываешь, – со смехом замечает он и тут же заключает в объятия, не давая отреагировать, целует.

Забываю обо всем, что хотела сказать, растворяясь в близости и нежности Йена. Через минуту он с сожалением отрывается от меня.

– Идем завтракать? – говорит он, заглядывая мне в глаза.

Тянусь к нему, еще раз мимолетно касаюсь его губ, а потом отвечаю:

– Идем.

За короткий промежуток времени настроение снова меняется. Аппетита нет, и Йену приходится чуть ли не силой кормить меня. Не могу думать ни о чем, кроме предстоящего. Воображение рисует страшные картины: вот мы заходим в зал и на нас нападает стая ракшасов, мгновенно разрывая на мелкие куски и пожирая их, нас сжигают на костре, топят, заставляют есть раскаленные угли…

Перед глазами появляется лицо Йена, он