Мы сгорим вместе. Сводные. - Маргарита Аланина

Сталкиваемся взглядами. Лев Николаевич справляется с растерянностью и ожесточается. Выдерживаю, пока снова не начинаю плакать.

- Я пойду, если что-то понадобится – в комнате телефон, номера забиты. Инструкция в кор…

- Я разберусь, - Лев меня взглядом наизнанку выворачивает, не скрывая желания остаться в одиночестве.

- До свидания.

Иду в прихожую и прижимаюсь к спине Демы, который молчаливо беснуется, подпирая головой стену.

- Завтра придете?- доносится из кухни и Лев появляется в прихожке.

Да! Да! Да!

Первый шаг сделан!

Радость затапливает и меня, и Демьяна. Кажется протяни руку и прикоснешься к чему-то прекрасному и очень-очень важному.

- Придем,- хрипом отвечает Дема.

Дотягиваюсь до его уха, привстав на цыпочки, и шепчу:

- пойдем. За ним присмотрят, он не исчезнет.

Уж Демьян об этом позаботился, наняв человека приглядывать за отцом. Лев о том, что в доме появился подставной консьерж, узнать не должен, а то доверять нам никогда не начнет. Самое смешное – я не могу упрекнуть Покровского в сумасшествии, сама волнуюсь.

Одеваемся и уходим. Выходим на улицу и вдыхаем смесь мороза и выхлопных газов. Кутаюсь в пальто и поправляю Демьяну шапку. Вечно он её на уши ставит и ходит с домиком на голове. Покровский стряхивает мои руки и поднимает голову к небу.

- Юль, у него даже проблеска не появилось.

- Дурак ты. Хочешь все и сразу? Радуйся, что он здесь! Не мгновенно, но все будет! Обязательно! – хочется наорать на Демьяна, держу себя в руках.

- Знаю, но рассчитывал…- закрываю его рот ладонью.

Знаю, на что он рассчитывал. Щелк – отец все вспомнил. Сама на подобное в глубине души рассчитывала. Увы… Все прошло сумбурно и с оттенком минора. Льву всё непривычно и неизвестно станет ли привычным, а Демьян хочет достичь давно забытой обстановки побыстрее. Кому-то придется уступить, и этот кто-то сейчас рядом со мной.

С небес на землю меня возвращает укус.

- Ты когда-нибудь прекратишь? – одергиваю руку и трясу в воздухе.

- Зачем? – усмехается, ловит руку и целует место укуса. Смотрит с болью, радостью и нежностью, от которых ноги подкашиваются.

- Поехали домой? Он будет в порядке, завтра приедем, покажешь ему фотографии, если ОН захочет.

- Не-а, мы поедем в ресторан, платье выгуливать, - открывает дверь монстр-трака.

- Демьян, а ты слышал, что я говорила? – забираюсь в машину и не даю закрыть дверь, держа ногу на улице.

- Слышал. И ни черта не понял, поэтому у нас в меню ресторан, потом кино, а потом массаж, - слабо улыбается.

- Я буду только салат. А какой массаж?

- Рассказывай. Я раскручу тебя на десерт, как минимум.

- Попробуй.

Мы снова нарочно уходим от темы. Дома будем обсуждать и не раз, а пока порадоваться не помешает. Повод ведь грандиозный! Мы просто ещё не прочувствовали…

Едем в неизвестном мне направлении и внезапно останавливаемся у цветочного магазина. Демьян без слов выходит, а я тем временем выбираю песню позажигательней. Хочу дать притаившейся радости выбраться из-под слоев тоски и боли. Долго скучать не приходится.

Демьян возвращается в салон авто и протягивает мне букет плюшевых цветов. Рефлекторно хочется зарыться носом в пять плюшевых лютиков.

- Очень мило, - смеюсь, все-таки зарываясь носом.

- Выбрал самые лучшие, живые были жухлым фуфлом.

Закатываю глаза и откладываю букет на заднее сиденье.

- Дем, ты как? – стараюсь сохранить легкость в голосе.

- Он дома, а я везу тебя в ресторан, после которого у нас сеанс домашнего массажа, - стреляет глазами в мои коленки, - я в норме, даже более чем.

- Тогда поехали, ты обещал меня накормить, чемпион.

- А ты что-то несла про салат, - улыбается краем губ.

- Я передумала.

Тянусь, целую гладкую щеку и улыбаюсь.

- Юль, не смей никогда меняться и улыбайся, - проникновенно шепчет, ловя мою улыбку губами.

И я готова подарить ему ещё сколько угодно улыбок.

ЭПИЛОГ

ЭПИЛОГ

Жарко. Надо включить кондиционер, а шевелиться лень.

-Дема, - толкаю локтем сопящего рядом любимого.

- Чертова бутафория, - вздыхает и открывает глаза.

-Зато красиво, - одним глазом любуюсь потолочным вентилятором. – Включи кондиционер, я шевелиться не хочу.

- Ага, и куда ты пульт от кондиционера засунула?

Одновременно выдыхаем в потолок. Ночью мы прилетели в городок Нунуя-Лайлай, кое-как заселились в отель и вырубились. Что, куда кинули не вспомним и под пытками. Придется искать.

- Ты его выключил, а значит ты последний видел пульт.

- Я его просто дернул из розетки. Он гудел и спать мешал.

- Врешь. Ты - мерзляка, и постоянно выключаешь кондиционер, - сдуваю со лба прядь мокрых волос.

Сколько вообще времени? По ощущениям самое пекло. Нет, пусть я зажарюсь в этой кровати, но не пошевелюсь.

- Ты сейчас договоришься, - Демка пальцами пробегается по моим ребрам.

Он любит будить меня щекоткой, а я люблю так просыпаться. После щекотки всегда следуют дурманящие поцелуи. Вот и сейчас Демьян пробегает пальцами вдоль линии белья и закидывает на меня ногу. Блокирует любые поползновения в сторону.

- А такой способ расплавиться от жары мне очень нравится, - шепчу и задыхаюсь.

Широкая ладонь скользит по животу и груди, сминая одежду. Варварские губы следуют за ней. Запускаю пальцы в темные волосы и выгибаюсь. Демьян хорошо изучил моё тело и знает самые чувствительные точки. Умело нажимает на них, заставляя метаться в предвкушении эйфории.

- Эй, сони, просыпайтесь. Ксю уже косточки греет, - орет Женя и вероломно вламывается в наш домик. – О, сорри, - поворачивается лицом к двери. Можно подумать это поможет.

Демьян накрывает меня своим телом и рявкает:

- свалил быстро.

- Голубки, вам пять минут хватит? Я зайду, если не подвалите, – ржет Рудаков и откатывает дверь, закрывая.

- Раздавишь, - хлопаю Дему по спине.

Сползает, ворча, и со стоном ударяет затылком по подушке. Бубнит, что Рудаков весь настрой сбил.

Я его почти не слушаю, заворожено смотрю через стекло. В паре метров от дома протирается бескрайняя бирюза. Море прекрасно. Я хочу осмотреть всю красоту. И искупаться!