Рождение бессмертной - Линси Сэндс

Не желая думать об этом или о том, откуда взялась кровь, Элли на мгновение замерла, ожидая, не усилится ли головная боль. Этого не произошло, и осталась постоянная тупая пульсация, которая была, по крайней мере, терпимой. На самом деле, она достаточно ослабла, чтобы теперь она знала о других болях и травмах. Элли отметила, например, ее спину и бедро и переместилась на бок, подтянув ноги почти в позу эмбриона, чтобы облегчить дискомфорт.

«Очнулась.» Веселый голос Абаддона был не тем, от которого она надеялась проснуться, но он был где-то позади нее, но приближался. — Когда ты перестала кричать, я понял, что ты скоро проснешься.

Элли не прокомментировала. Она просто ждала.

«Теперь, когда ты снова проснулась и чувствуешь себя немного лучше, нам действительно нужно поговорить».

Он мог говорить все, что хотел. Это не значит, что она должна отвечать, мрачно подумала Элли.

— Во-первых, я должен поблагодарить тебя за то, что вырастила для нас мальчика.

Это заставило ее напрячься. Она вырастила Лиама не для этих двух монстров.

— Боюсь, я плохо разбираюсь в детях, — продолжил Абаддон. «Но на самом деле все, что они делают, это плачут, кричат, гадят и воняют. Меня сбивает с толку, почему так много смертных и бессмертных увлечены ими».

Визг металла о бетон сопровождал появление перед ней стула. Элли заскрежетала зубами от кратковременной боли в голове, вызванной этим звуком, и подняла глаза, чтобы посмотреть на своего мучителя, пока он усаживался в кресле.

Абаддон был именно таким, каким его описала Стелла. Он выглядел совершенно посредственно. Бухгалтер в спортивном костюме, мрачно подумала она, а затем взглянула на мужчину, появившегося позади него. Муж Стеллы, Стефан, был очень похож на свое фото, и в то же время совершенно не похож на него. Это было то же лицо, темные волосы, подстриженные в том же опрятном стиле, но глаза были другими. На фото его глаза почти сверкали от счастья, теперь они были унылы и пусты. Конечно, его одежда тоже была другой; вместо свадебного смокинга на нем была форма почтальона, и хотя она была чистой, когда он подошел к двери «Кейси коттеджа», теперь ее украшало несколько пятен крови.

Стелла заплакала бы, увидев его таким, подумала Элли и снова переключила свое внимание на Абаддона. Какое-то время они молча смотрели друг на друга, а потом она спросила: — Если ты так не любишь детей, почему ты рассказал Стелле, как не потерять ребенка?

«Ты не понимаешь. Хотя я не люблю младенцев, я люблю детей, — заверил он ее, а затем повернулся к Стефану. — Помоги ей сесть, любовь моя. У меня затечет шея, если я буду смотреть на нее вот так.

Элли попыталась сесть, чтобы избежать его прикосновения, но едва успела сдвинуть руки, чтобы приподняться, когда Стефан оказался рядом с ней. Схватив ее за плечо, он поднял ее в сидячее положение, а затем оттащил назад на несколько футов, пока она не почувствовала стену у себя за спиной. Отпустив ее, Стефан вернулся на свою позицию немного позади и сбоку от Абаддона.

«Как послушный раб», — с горечью подумала Элли, борясь с болью, вызванной движением в ее голове. К ее большому удивлению, Абаддон не сразу заговорил, а подождал, пока боль не оставит ее, и она негромко вздохнула.

— Как я уже говорил, я люблю детей, — заверил он ее. «Они так хотят угодить. . и легко подаются влиянию. Это лучшее в них».

— Верно, — устало сказала Элли. — Значит, ты рассказал Стелле о ребенке, позволил ей сбежать и…. ?»

«Следил за ней и время от времени немного пугал, чтобы она бежала».

«Зачем?» — сразу спросила она.

«Потому что это развлекало меня», — сказал он с весельем. «Смотреть, как она бежит, думая, что она сможет убежать от меня. ".

— Но она не могла, потому что ты поместил трекер в ее медальон, — мрачно сказала Элли, а затем перевела взгляд на Стефана. — Или это был ты?

Стефан раздраженно посмотрел на нее, но не стал отвечать.

Элли снова переключила свое внимание на Абаддона. — Значит, ты всегда планировал вернуть Лиама?

«Да.»

«Тем временем ваши люди время от времени появлялись, чтобы напугать ее и заставить снова бежать».

Абаддон кивнул, легкая улыбка играла на его губах. — Что они делали и с тобой после того, как она покончила с собой.

Элли уставилась на него, думая о том, насколько бесполезной была жертва Стеллы, а затем подумала о себе и обо всех деньгах, которые она потратила впустую, о страхе и тревогах, которые она испытала…. потому что он хотел чего? Смотреть, как она бежит? Это заставило гнев извиваться внутри нее, как змеи в корзине. Ей захотелось причинить ему боль в ответ, и она сказала: — Люциан устроил ловушку и поймал твоих людей. Они все мертвы».

— Этого и следовало ожидать, — сказал он, равнодушно пожав плечами. «Они были просто пешками. Принесены в жертву, чтобы ослабить безопасность в доме и дать нам шанс похитить Лиама».

— Что не удалось сделать, — указала она и увидела, как на лице Абаддона промелькнуло раздражение. Когда он ничего не сказал, она спросила: «Откуда ты узнал, что мы с Лиамом все еще были дома, когда трекер уехал?»

«Стефан и я смотрели в окно гаража, когда Дэни и Декер сели в машину. Тебя и Лиама с ними не было.

— Вы уже были в городе? — спросила она с тревогой.

«Мы выследили вас в первую ночь и с тех пор наблюдали за домом», — сказал он с легкой улыбкой. «Но охрана там была слишком сильная, чтобы забрать мальчика. Итак, я приказал мужчинам ездить вверх и вниз по Главной улице, пока вы были в ресторане, в надежде напугать Аржено и перевезти вас в другое место. Не важно куда, вам пришлось бы покинуть дом на машине, и план состоял в том, чтобы сбить вашу машину с дороги и схватить Лиама. Но когда я увидел, как Дэни и Декер уезжают, и трекер удаляется в приложении для отслеживания на моем телефоне, я понял, что это ловушка. Я приказал мужчинам следовать за ними.

— И послал их на смерть, — тихо сказала Элли.

— Они были пешками, — повторил он. «Пешки должны быть принесены в жертву».

— А Стефан? — спросила Элли. «Просто еще одна пешка? Бьюсь об