Новые дороги - Галина Дмитриевна Гончарова

Лицо Филиппо закаменело.

– Послезавтра ты тоже умрешь. Понял, тварь?

Лоренцо ехидно фыркнул.

– Правда глаза колет?

Что бы ответил король, неизвестно. Дверь распахнулась.

– Ваше величество, ее величество пришла в себя.

Филиппо одарил Лоренцо злым взглядом.

– Я бы тебя приказал пытать сейчас. Чтобы ты на эшафоте уже был куском окровавленного мяса, воющего от боли. Но я вижу решение лучше. Сначала казнят тебя на глазах у моей жены, а потом ее. Тебе что нравится больше? Четвертование или колесование?

– Выбери для себя любую казнь, а я согласен на то, что останется, – галантно предложил Лоренцо.

Филиппо хлопнул дверью, но та была тяжелой и разбухшей от сырости, да и косяк тоже…

Какой уж тут эффектный уход? Пшик один…

Лоренцо прикрыл глаза.

Он допускал, что за ним могут наблюдать, и старался не показывать виду. Но на душе у него кошки скребли.

Дурак! Какой же он самонадеянный безрассудный дурак! Почему он так легкомысленно отнесся к аресту? Ведь мог же сбежать, вырваться, вытащить Адриенну…

Впрочем…

Шанс есть и сейчас.

По регламенту… хотя какая разница, где будет проводиться казнь? Если на глазах у Риен… ему достаточно одной капли чужой крови. А дальше…

Дальше его не остановят и десятком стрел. Спасти любимую он сможет, остальное – ерунда. Пусть убивают… лишь бы она жила.

Вопрос – капля крови.

Хотя и тут все понятно. Ему положено последнее желание? Только вот… как его сформулировать? Желаю напиться кровушки человеческой?

Смешно…

Хотя… есть идея! Попросить поцелуй любой девушки, которая окажется рядом. И укусить… до крови. И все.

Дальше можно будет работать, его никакие цепи не удержат. Еще и оружием станут.

Это сейчас они неподъемные. А в том состоянии…

Он и Филиппо без усилий поднимет.

Как говорил дядюшка Джакомо: «Если вас обвинили незаслуженно – заслужи́те!» Ну… что ж! Твое величество так уверен, что я мог бы тебя убить? Я тебя и убью… только приходи поглядеть на казнь! Получишь последнее удовольствие в этом мире!

Лоренцо лежал на соломе и прорабатывал разные планы действий.

Наверное, он не переживет этого самого послезавтра. Но у него будет достойная свита, это уж точно!

Адриенна

На мужа, который стоял на пороге комнаты, Адриенна смотрела равнодушно.

Как на дохлую кошку… Что-то сейчас с ее котом? Надо эданну спросить.

Кот занимал мысли Адриенны куда как больше супруга. А что? Умное и достойное животное, порядочное и воспитанное.

О супруге такого сказать нельзя. И вообще, чего животных-то оскорблять? Они хорошие.

– Где мой сын? – не стал церемониться Филиппо.

Адриенна ответила хоть и не по-королевски, но зато коротко и в рифму.

Филиппо побагровел.

– Издеваешься, тварь?

– Дражайший супруг, вы серьезно считаете, что я доверю своего сына идиоту, который не видит дальше своего носа? – В голосе Адриенны было столько удивления, что Филиппо даже обиделся.

Нет, ну что за свинство такое? Он тут король – или уже где?

– Я тебя прикажу пытать!

Адриенна даже плечами пожимать не стала.

– На здоровье. Ваше. Мое-то после родов еще не восстановилось. Помру, и нет проблем.

– Палачи у меня опытные… пропустят тебя по кругу раз десять…

– Начнется кровотечение, и вы его не остановите. Потому как изнутри, – спокойно сообщила Адриенна. – Помру или от кровопотери, или от болевого шока… долго ли?

– Не помрешь. Не получится…

Адриенна пожала плечами.

– Допустим. Тогда я просто солгу. Раз, второй, третий… рано или поздно палачи выбьют из меня правду, но уже не отличат ее от лжи. Вот и все…

Филиппо зашипел сквозь сжатые зубы. Можно ведь и так…

– Ты не понимаешь, что ты умрешь?! Кому будет нужен твой ублюдок?!

– Это не ваше дело, – отрезала Адриенна. – И вообще, зачем вам мой сын?

– Это и мой сын!

– А-а… понятно. Вырастет он, так ему и скажете? Сыночек, я тут твою маму казнил немножко?

– Потому что она хотела меня убить![10]

Адриенна только вздохнула.

Хотела. И регулярно. И что?

– Хотеть можно чего угодно. Делать я для этого ничего не делала!

– У меня другие сведения!

– От кардинала? Который метит на ваш трон? Или эданны Франчески, которой я вообще поперек горла еще с первого раза? С первого моего приезда! Это ведь она подсунула моему отцу свою подругу, она пыталась меня убить, подсылала убийцу, наверняка она!

– Ческа такого сделать не могла! Она ангел!

– И до сих пор жива?

Адриенна поняла, что все бесполезно. Она просто не достучится до Филиппо. Слишком качественно его обработали.

Ты король, ты можешь, никто не смеет тебе противиться… понятно! А как насчет «ты король, ты должен»? Вот у его отца это было. А Филиппо…

Проклятие, последний ребенок, оберегаемый… ну, насколько получалось. Вот и результат. Хотя тут и любовь свое сыграла.

Любовь…

Одержимость, скорее. Но Адриенне ли судить? Ради Лоренцо она тоже на многое готова.

Филиппо стиснул кулаки.

– Издевайся, пока можешь, дрянь! Сына я найду. А даже если нет, проклятие все равно снято, Ческа мне новых детей нарожает!

Адриенна смотрела на стену.

– Пусть рожает. Если сможет.

– И твоего ублюдка я рано или поздно найду!

Адриенна безразлично пожала плечами. Говорить с Филиппо? С глупой куклой? Марионеткой? Нелепо и ненужно. Разве что…

– Передайте там, чтобы мне ночную вазу принесли.

Филиппо взревел и шарахнул дверью об косяк. И чем ему ночные вазы не угодили? Адриенна продолжила смотреть в стену.

– Мау.

– Нурик!

Кот запрыгнул на одеяло, потянулся и принялся от души мурчать и когтить его. А что?

Лапотерапия пополам с когтеукалыванием – отличная штука. От всего помогает. А от чего не поможет, о том просто забудешь.

Адриенна погладила его и улыбнулась. Она понимала, что это первый этап обработки. Что скоро последует второй. Но…

Сына она спасла. Мия за ним присмотрит. Проклятие снято.

А остальное…

Стена слабо засветилась. В комнате проявлялась Моргана.

* * *

Адриенна обрадовалась призраку как родной. Хотя почему как? Родная и есть.

– Бабушка!

Моргана улыбнулась, подмигнула Адриенне, а потом вдруг проскользнула сквозь стену. Вопль оттуда донесся такой, что даже королева услышала. И грохот. Кажется, кому-то не повезло?

Опасное это ремесло – соглядатай. Можно и того… окриветь. На оба глаза и сразу.

Моргана вернулась быстро. И улыбалась.

– Что там случилось?

– Да так… один несчастный упал неудачно. Кажется, что-то себе сильно переломал, – небрежно отмахнулась Моргана.

И пусть скажет спасибо, что не убили. А могли…

– Туда и дорога, – согласилась Адриенна.

Моргана медленно кивнула.

– Туда. Почему ты позволила себя арестовать?

– Лоренцо, – просто сказала