Люблю тебя - Инна Инфинити

абстрагируюсь от всего, что осталось дома. В том числе от уголовного дела, которое до сих пор не давало покоя. Там целый клубок потянулся. Арестованы не только акционер московского клуба с Феликсом и Шмулей. Половина следствия, которое шесть с половиной лет назад набрало взяток, сидит на скамье подсудимых. Журналисты и тут одолевают меня вопросами про нападение на мою девушку. Уже устал отвечать.

До матча с Тунисом остается два дня. Я усиленно готовлюсь не только с мячом. До глубокой ночи, пока другие игроки команды играют в приставку в номере Довлатова, я смотрю записи клубных игр главного тунисского нападающего. Изучаю его тактику на поле, его трюки и фишки с мячом. Также смотрю клубные матчи тунисского вратаря. Мне нужно понять, как он отбивает мячи, в какую сторону чаще всего прыгает. Тунис проиграл Испании, так что в игре с нами победа нужна им так же, как нам. А значит, это будет бойня не на жизнь, а на смерть.

Наступает день игры. Давление на нас в соцсетях колоссальное. Болельщики настолько сошли с ума, что некоторые угрожают нам расправой, если сегодня проиграем и не выйдем из группы. Надеюсь, полиция отслеживает в соцсетях подобные угрозы? Потому что это уже за гранью, а после кошмара с Лилей я не удивлюсь, что кто-то совершит реальное нападение на меня или кого-то еще из сборной.

Мое колено до конца не восстановилось. За столь короткий срок между матчами это невозможно. Придётся играть с ноющей болью в левой ноге. Врачи обкололи мне ее обезболивающими, но их эффекта хватает ненадолго. Мне не привыкать. Я все время играю с болью в ноге.

— Ребят, помните, что мы одна команда. Один за всех и все за одного, — перед матчами тренеры обычно матом не кроют, а стараются поднять командный дух. — Это очень важная игра. Мы не можем проиграть. Нельзя проиграть. Покажите максимум, на который вы способны.

Да все и так это знаем. Лично я и собираюсь показать максимум, на который способен.

До выхода на поле пять минут. Кто-то сидит молится, кто-то уткнулся в телефон, кто-то отдыхает с закрытыми глазами. Я зачем-то открываю свой шкафчик и беру айфон. Машинально смотрю на экран и застываю в шоке. Голосовое сообщение от Лили. Пришло минуту назад. Несколько раз моргаю, не привиделось ли. Сообщение не исчезает.

С дрожью в пальцах разблокирую смартфон и открываю голосовое от Лили. Отхожу в конец раздевалки и прикладываю телефон к уху.

— Ник, привет, — взволнованно начинает и тут же замолкает, будто не решается говорить дальше. А у меня от одного ее «Ник, привет» весь воздух из легких выбивает. Под рёбрами больно сжимается. Сильнее стискиваю трубку в руке. — Я не знаю, можно ли тебе сейчас звонить, поэтому решила записать голосовое. Я желаю тебе удачи, — произносит так пылко и с таким чувством, что мурашки по коже пробегают. — Я верю в тебя, Ник. И я верю в вашу команду. Вы сможете, вы обязательно выиграете. Я так тобой горжусь, Ник! Ты самый сильный и самый трудолюбивый человек из всех, кого я знаю, — Лиля на секунду прерывается и шумно вздыхает, как будто борется со слезами. Я и сам с ними борюсь, потому что даже не мечтал услышать перед матчем ее голос и ее добрые пожелания.

— Приготовились выходить! — громко командует тренер. Парни поднимаются со скамейки. — Свиридов! — зовет меня, когда видит, что я остаюсь стоять в конце раздевалки с телефоном у уха.

— А еще я хотела сказать, что была тогда не права, — Лиля продолжает после небольшой паузы.

— Иду! — отвечаю тренеру, а сам остаюсь стоять и слушать Лилю.

— Пожалуйста, забудь все, что я тебе наговорила. А если тебе придется бить пенальти, то обязательно забей его. Слышишь, Ник? Обязательно забей пенальти! Ни в коем случае не ударь специально мимо! — снова замолкает на секунду, а потом добавляет тише: — Я знаю, что ты меня любишь. Я верю тебе.

— Свиридов, блядь! Брось гребанный телефон! Выходим на поле!

— А еще я хотела сказать… — Лиля взволнованно вздыхает. — Я люблю тебя.

— Свиридов, ёб твою мать, ты глухой!!!???

— Я люблю тебя, Ник. Я очень люблю тебя. И очень по тебе скучаю.

Голосовое Лили обрывается, а я продолжаю стоять как вкопанный с телефоном у уха.

— Свиридов, ты адекватный вообще или как!? — тренер возникает прямо передо мной и щёлкает мне в лицо пальцами. — Выходим, блядь, на поле!!!!

Он с силой вырывает у меня айфон, хватает за предплечье и ведет вперед к двери.

— Да-да, выходим, — бодро отвечаю, освобождаясь из захвата тренера. — Раскатаем их по полю.

Глава 57. Россия-Тунис

Лиля

Отправляю Никите голосовое и возвращаюсь в бар. Меня потряхивает, но я счастлива, что сделала это и сказала Нику самые важные слова. Только жаль, что так поздно. Наверное, не успеет прослушать до начала матча.

Но неожиданно у моего голосового сообщения появляются две синие галочки. Боже мой, он успел!

— Лиль, будешь сидр? — спрашивает Соня.

— Да, яблочный, — отвечаю на автомате, продолжая гипнотизировать экран.

Соня и Дима предложили мне посмотреть матч Россия-Тунис в спортбаре. Сегодня суббота, так что заведение битком. Болельщики одеты в формы российских футболистов, у многих майки с надписями на спине SVIRIDOV. В такой же футболке Влад, сын Сони и Димы.

— Я в школе всем сказал, что познакомился с Никитой Свиридовым, но мне никто не поверил. Когда дядя Никита в следующий раз приедет к нам в гости, я с ним сфотографируюсь.

Смеясь, взлохмачиваю Владу волосы на макушке. Бросаю взгляд на экран. Никита еще онлайн, слушает мое сообщение. Сердце начинает трепыхать.

— Начинается! — радостно объявляет Влад, подпрыгивая на стуле.

Снова смотрю на телефон, Никита был в сети «только что». Меньше, чем через минуту, футболисты выходят на поле. Звучат гимны России и Туниса, футболисты жмут друг другу руки, и начинается игра.

Я натянута как струна, ладони вспотели. Не могу притронуться ни к своему яблочному сидру, ни к чипсам, ни кольцам кальмара. Соня и Дима сидят напротив в расслабленных позах.