Игры мажоров. Совратить недотрогу - Юлия Михайловна Герман

– Моленина! – сжал он челюсти, впиваясь в меня тяжелым потемневшим взглядом. – Точнее, Агеева! Хватит пиздеть! Ты уже три года в разводе!

– И что с того? Разве это делает нас как-то ближе? – я готова была отдать все что угодно, лишь бы максимально дистанцироваться от него. А еще лучше больше никогда не видеть.

Державин сжал плотно челюсти и заиграл желваками, отворачиваясь от меня и смотря прямо перед собой.

– Я просто хочу поговорить. Спокойно. Без истерик, – взяв себя в руки, сел вполоборота ко мне. – Если так бурно реагируешь, значит, не все отболело? – смотрел пристально, отслеживая мои реакции.

– Не льсти себе, – фыркнула, отвернувшись к окну и восстанавливая дыхание.

– Почему ты сбежала, даже не попрощавшись? – спросил он, а меня накрыло паникой.

Я не хотела снова погружаться в это. Не хотела вспоминать, как убивала в себе все чувства к блондину и училась жить заново

– А ты не понимаешь? – заглянула в голубые глаза, непроизвольно вспоминая, что чувствовала после вскрывшегося кошмара.

– Не понимаю, почему ты даже не захотела выслушать меня тогда.

– Петь, – с языка сорвалось то самое имя, что заставляло мое сердце сбиваться с ритма. – Зачем ворошить былое?

– Для меня это важно, Нат, – давил блондин. – Просто ответь.

– Я на тебя даже смотреть не могла, – не отводила глаза в сторону, взяв эмоции под контроль. – Ты разрушил мне жизнь. Думаешь, мне было дело до твоих слов? Ты сделал максимум, чтобы разрушить все между нами. Хотя там и разрушать было нечего. Ведь все оказалось фарсом.

– Ты же знаешь, что так было только поначалу. Все мои чувства по отношению к тебе были искренними.

– Это все уже не имеет значения, – старалась не реагировать на его слова и на его близость, на этот чертов запах, исходящий от него… Напоминала себе, что он все такой же и ничем не отливается от мажора восьмилетней давности, легко разрушившего мою жизнь.

Державин снова сжал челюсти, отворачиваясь к окну.

– Но замуж, Наташ… Сразу же. Я думал, ты не такая… – он поморщился, будто ему до сих пор больно.

– Мы оба заблуждались, – горько улыбнулась. – Ты на мой счет, я на твой.

Старалась держать себя в руках и ни за что не показать, что он до сих пор меня волнует. Пусть лучше окончательно у него развеется образ той Наташки, которую он так ловко обвел вокруг пальца.

– Я после тебя даже смотреть на других девушек не мог. Ты будто отравила меня собой. Все мысли о тебе… А ты замуж, – обхватил руками руль, сжимая до побелевших костяшек. – Знаешь, я же всю страну вверх дном перевернул. Думал, больнее не будет. Но как же я ошибался. Новость, что ты расписалась с другим, буквально раскрошила меня… Ты ведь сразу с ним… – шумно втянул воздух. – Не успела уехать, а уже с другим. А я еще думал, почему так быстро, а затем узнал, что ты с ним давно. За моей спиной…

– Мы оба немало сделали за спинами друг друга. Так к чему теперь все это? Жизнь продолжается. Ты живешь дальше, я живу дальше. А сейчас отвези меня домой.

– Только ответь на пару вопросов, и обещаю, сразу же выполню твою просьбу, – серьезно посмотрел на меня.

– Спрашивай, – незаметно вытерла вспотевшие ладони о джинсы.

– Почему у тебя до сих пор нет диплома и какого хера ты работаешь горничной, когда твой бывший муж гений программирования. И как так получилось, что ты не уехала с ним в Америку?

– На моих руках мама. Забыл? И это ответ на все твои вопросы. Никто не хочет жену с обременением, которая не принадлежит мужу двадцать четыре часа в сутки. А чужого, ты сам знаешь, мне не надо. Все, что он заработал, по праву принадлежит ему, я даже не претендовала, – то, как было между мной и Артемом на самом деле, блондин никогда не узнает.

– Последний вопрос, – мажор нахмурился, тяжело дыша. – Ты его любила?

– Зная меня, думаешь, я бы связала себя узами брака с нелюбимым человеком? – усмехнулась, а внутри меня разрывало от эмоций, что всколыхнула эта встреча.

– Значит, – шумно вдохнул. – Ты не любила меня?

– Получается так, Петь, – почувствовала, как ложь обожгла гортань. – Не любила.

Глава 79

Пётр

– Разблокируй двери, – проговорила Ната, когда я припарковался у нее во дворе.

– Хочешь сбежать? – горько усмехнулся, представляя, что сейчас она выпорхнет из моей машины и я снова не смогу смотреть на нее.

– Да… Ни к чему все это, Петь. Что было, то прошло, верно? – холодно посмотрела мне в глаза.

Ее равнодушие больше резануло по сердцу. Я бы все отдал, чтобы увидеть ту нежность, с которой она смотрела на меня раньше. Сколько раз я видел ее во сне, когда она ласково обхватывала мои щеки ладонями и шептала мое имя, а затем целовала так чувственно, что утром хотелось умереть от разочарования, что все это лишь сон.

– Спасибо, что подвез, – робко улыбнулась.

Не знал, чем еще задержать Наташу, что сделать, чтобы расшевелить ее.

– Ты обещал отпустить, – напомнила она. Сцепив зубы, я нажал на разблокировку дверей.

– Мы же можем остаться друзьями, Нат? – нагнулся, выглядывая из ее двери, когда Мотылек выпорхнула на улицу.

– Не думаю, – помотала она головой и побежала по мощеной дорожке, скрываясь внутри современного двора.

А я не мог никак успокоить бешено колотящееся сердце. Сжимал и разжимал руль, надеясь, что она вернется и перестанет быть такой холодной и неприступной, и просто поговорит со мной.

Черт! Я же ее когда на выходе из отеля увидел, думал, что умер и попал в рай. Не мог поверить, что вот она, из плоти и крови, и вовсе передо мной не мираж. Ведь не могло быть Натальи Молениной в стране. Она уехали вместе с мужем и мамой на ПМЖ в Америку. Тогда что она тут делала?

Узнать о ее семейном положении не составило труда. Раздобыл информацию о её разводе, и казалось, что во мне открылось второе дыхание. Решил, раз мы встретились, то это знак свыше. И этот шанс мы не упустим, у нас все должно получиться. Ведь нет вокруг ни моих друзей, ни бывших подружек, ни родителей.

Но передавая Нате приглашение, почему-то даже не думал, что она не просто не придет, а пришлет вместо себя другую девушку.

– А где Наташа? – смотрел на рыжую девицу и не понимал, что это за ирония.

– Ой, а это вы отправили Натке приглашение? – зарделась девушка. – Она