Смерть ей к лицу - Ани Марика

Хозер резковато встаёт и сминает губы в голодном поцелуе. Сразу же толкается языком, и это совершенно не похоже на поцелуй. Скорее он клеймит меня. Вгрызается, рычит, жадно, напористо. Будто от этого поцелуя зависит его жизнь. Жёсткая хватка поднимает и прижимает к твёрдому телу, заставляя прогнуться, обвить торс ногами.

В груди просто растекается лава, и я полностью сдаюсь его напору. Сейчас мне нравится его власть надо мной. Его сила и подавляющая энергетика обволакивают меня. Горячие ладони и твёрдые губы просто творят что-то невероятное с моим телом. Я горю и желаю его, бесстыдно потираясь словно похотливая кошка.

– Не-ее-т, – хнычу, когда Хозер, отстранившись, укладывает на кровать.

– Я здесь, – шепчет муж, целуя в подбородок, царапая зубами горло и лаская шею языком, – я всегда буду рядом с тобой, маленькая.

Скребу короткими ногтями по плечам и спине, желая накрыть им себя. Ощутить тяжесть мужского тела. Ощутить его в себе. Я очень распалена, а мужчина всё ещё одет. Его губы вгрызаются теперь в чувствительную вершинку, причиняя удовольствие на грани боли.

– Хочу, – выдыхаю, ёрзая. И, охнув, выгибаюсь.

– Чего? – коварно улыбается негодник, выпустив из плена зубов сосок.

– Тебя…

– Уверена? – уточняет этот слишком правильный дракон. – Назад дороги не будет.

– А этой дороги у меня и не было, – усмехаюсь, запутываясь пальцами в волосах.

– Согласен, – хмыкает, кривя губы в торжествующей и предвкушающей улыбке, от которой пальцы на ногах сжимаются. И снова кусает за тугую вершинку, подбрасывая меня в пучину порочного удовольствия.

– Ах-х-х! – вскрикиваю и весь мир исчезает в жарком сиянии нашей общей страсти.

Его поцелуи будто жалят оголенные нервные окончания. Голодные, жадные и грубоватые. Он клеймит и оставляет засосы. Гладит, касаясь в самых чувствительных точках. Я задыхаюсь в водовороте его ласк, выгибаюсь в сильных руках, полностью раскрываюсь и трепещу.

Хозер не торопится, он насыщается мной, вдыхает запах моего возбуждения, водит носом по разгорячённой коже, целует, покусывает и порыкивает.

– Хозе-еер, – жалобно тяну, не выдержав накала. Низ живота болезненно тянет и сводит с ума.

Муж падает на локти и одним мощным толчком заполняет меня. Оглушая, ослепляя и вознося. Хватаю ртом воздух, словно рыба, выброшенная на берег. Гортанно застонав, распахиваю веки, попадаю в плен узких драконьих зрачков.

– Моя Вика, – тихо рычит Хозер, еле сдерживаясь.

– Твоя, – соглашаюсь с надрывом. Слишком всё на грани, я чувствую его слишком остро, всеми фибрами души и тела.

Муж с рыком толкается вновь, медленные движения убыстряются. Он ловит мои руки и переплетает наши пальцы. Прижимает к подушке и, нависнув, вколачивается. Глубоко. Сильно. Мощно.

– Не выдержу больше, – всхлипываю, воздуха катастрофически не хватает, я вся горю.

– Отпусти себя, – урчит дракон, – дай своё удовольствие.

Хозер закрывает рот поцелуем, запускает язык. Задыхаюсь и кричу от неумолимо обрушившегося освобождения. Это что-то за гранью. Меня выгибает в сильных руках и трясёт. Я умираю в агонии сокрушительного наслаждения. Я рассыпаюсь в его объятьях, и Хозер с рыком приходит к своему финалу.

Глава 43

– Ты не рассказываешь прошлое, понимаю. Но меня гложет один-единственный вопрос: почему ты улетел с островов? Почему не попросил помощи. Я ведь видела твоего брата, и он нанял Элора, чтобы тебя найти, – пробормотала, вырисовывая узоры на гладкой груди мужа. Мы лежим, переплетенные, голые и безумно счастливые. Хозер дремлет, закинув одну руку за голову, а второй прижимает меня и щекочет спину.

– Гордость не позволяла. Мой брат Картус, глава клана чёрных драконов, заключил сделку с императором Воздушных островов. И я должен был жениться на дочери правителя, чтобы у клана было больше власти в руках. Я не противился этому браку, но хотел развеяться. И отправился во Внешний мир, – решил открыться Хозер. Привстала немного, разглядывая расслабленные черты лица мужа. Он улыбнулся и, перекатившись, уронил меня. Вскрикнула и рассмеялась, обнимая его за шею, – и я не жалею ни о чём. Не жалею, что встретил Торвику, что нагрубил ей и попал под магию. Что дал нерушимую клятву и был её игрушкой около полугода. Единственное, о чём я жалею, это то, что не поверил тебе сразу же. И это снедает меня изо дня в день.

– Всё ведь обошлось, Хозер, – пробормотала, целуя в подбородок. – Возможно, если бы не бросил, я бы никогда не встретила Азера или Элора с Шаеганом. Ты сам просил отпустить прошлое, помнишь?

Дракон усмехнулся и закрыл рот поцелуем. Крепче оплела его, царапая ноготками кожу, притягивая ближе.

– И что теперь сделает Картус? – напряглась, отстранив мужа. Хозер непонимающе нахмурился. – Ты нарушил все его планы, не женился на дочери императора.

– Женился на сестре императоров, – усмехнулся дракон, поиграв бровями.

– Дурак! – рассмеялась, хлопнув мужчину по плечу. – Вряд ли мои как бы братья дадут твоему брату желаемое.

– Не волнуйся, Картус уже придумал новый план получить больше власти.

– Интересно: какой? – проворчала, закатив глаза. Никогда не понимала, зачем власть имущим нужно еще больше этой власти?

– Не просто же так он отдал остров Элору, – загадочно мурлыкнул Хозер, зарываясь носом в шею и щекоча горячим дыханием чувствительную кожу.

– То есть… – дыхание перехватило, закусила губу и глаза прикрыла, – Эл теперь работает на Картуса?

– С Картусом, – поправил он, лизнув жилку. – Хватит болтать, жена.

– Ещё один тиранище, – хихикнула, выгибаясь от умелых ласк.

Утро получилось очень сладким. Мы