Посвященные в любовь... - Ирина Варс

Иван успел уловить момент, когда Полкан, очевидно, вспомнив былую лесную жизнь, собрался завыть, и дал жесткий приказ «Молчать!»

В отместку Полкан прошелся по спине и животу Атоса и Портоса и улегся в углу.

Иван присел возле него. Положил волку руку на голову: «Я знаю, дружище, по кому ты тоскуешь. Мне тоже деда не хватает. Но дома маленькие дети, они испугаются. Даю слово, по весне мы с тобой съездим по твоим родным местам. Вот там сможешь отвести душу. А сейчас давай мириться». И Полкан протянул ему лапу.

Это абсолютное счастье…

— Пап, прости, мы с Ванькой привезли Машу с детьми, — оправдывался по телефону Мика. Да. Их завтра должны были выписать. Но сделали это сегодня. Там из-за аварии целый район остался без отопления. Как назвали детей? Мика и Ник. Пап, не шучу. Машиных дедов звали Михаэль и Никаэль. И, конечно же, Ник в честь мамы Ивана Ники.

— Не волнуйся, пап. Родится у меня сын, назову его Римасом. Шучу! Я дурака не валяю. Я взрослый дядька, и у меня вполне может родиться сын. Назову Амиром. Все, пап. Детей купать надо. Хочу посмотреть. Да, очень хорошенькие. Похожи на своих родителей.

— Вань, отец прав. Надо бы всех оповестить, что ты забрал Машу с детьми.

* * *

Иван с Машей выкупали малышей. Детям явно понравилась эта процедура. Мика даже осмелился и слегка обмыл теплой водичкой своего тезку. Потом они с Иваном отнесли детей в кроватки.

— Вань, не поверишь, я сейчас поймал кайф. Какое же это чудо — дети. Они пахнут любовью. Это абсолютное счастье.

— Полностью с тобой согласен.

— Вань, ты что-то ищешь?

— Да. Перед тем, как ехать за Машей, я на столике оставил подарок — браслет змейка Bulgari.

— Ого! Может, все-таки в сейфе?

— Нет, я точно помню, что оставил коробочку именно здесь.

— Неужели Евгения Захаровна?

— Мик, ты спятил? Она с нами третий год. И ни разу ничего подобного не было.

— Ну и на старуху бывает проруха.

— Это Хрюрики!

— Папочка, — шепотом позвал его Нил. Можно нам зайти?

— Заходите. Я вас жду.

— Ждешь?! — округлились глаза у Саши. — Папочка, мы с Нилом… со мной и Нилом… — слезы хлынули из глаз у обоих.

— Мы совсем чуть-чуть открыли коробочку, а из нее что-то блестящее как выпрыгнет! — начал объяснять Нил. И под вашу кровать спряталось. Мы испугались и коробочку раздавили. Нечаянно. Вот, — протянул он то, что осталось от коробочки Bulgari. Мы не хотели. Просто одним глазком хотели посмотреть.

— Посмотрели? — придав голосу строгости, спросил Иван.

— Не успели. Оно же убежало… Папочка, а что там было?

— Это был мой подарок маме. Она мечтала о нем. Разве я не объяснял вам, что мои, мамины, даже Миечкины вещи, не говоря о чужих вещах, брать без спросу нельзя?

— Говорил, — совсем тихо прошептали оба. И вновь слезы брызнули из глаз.

— Папа, я один виноват, — вдруг сказал Нил. — Сашка меня отговаривал. А я не послушал. Я открыл коробочку, а оно оттуда выскочило.

— Кхм… Однако… С одной стороны, я рад, что ты нашел в себе мужество признаться, но с другой — ты взял то, что не имел права брать без разрешения.

— Папа, мы извлекли урок, — удивил Ивана Саша. — Так говорил дедушка Нил. Мы все поняли и больше так никогда делать не будем. Только… мамочка не получит подарок?

— Видимо, так. Видишь ли, Сашенька, я очень много работал, чтобы купить маме этот подарок. А теперь даже не знаю, что делать.

— Мы сейчас, папочка, — размазывая по лицу слезы, мальчишки помчались куда-то и притащили банковский холщевый мешочек для мелочи.

— Это что?

— Это наши деньги. Возьми их, папочка, и купи маме другой подарок.

— Откуда у вас ваши деньги? — Иван акцентировал слово «ваши». Разве вы работаете?

— Нет. Мы же еще маленькие. Нам просто так дедушка Рим и дедушка Стас, папАрс, папМик и папСаш их подбрасывают. Ну, то есть дарят. И Миечке тоже. У нее свой мешочек.

— Значит так, дорогие мои банкиры, мешочек я пока спрячу в сейф. А взрослым объясню, — гневно взглянул он в сторону Мики, — просто так детям деньги не стоит дарить, тем более таким маленьким.

— А как же подарок маме?

— Попробую найти то, что убежало. Куда, говорите, оно ускакало?

— Вот сюда, папочка. Только мы испугались и убежали.

Иван присел и, приподняв покрывало, сразу увидел браслет.

— Ух ты, какая красивая змейка! — воскликнули братья с облегчением.

— Мы сейчас! — умчались они куда-то. У нас есть коробочка.

— Папочка, смотри, какая хорошая маленькая коробочка. — Нил протянул Ивану коробочку из-под крема для обуви. — Только она немножечко пахнет. И в нее надо маленькую подушечку положить из той коробочки, — добавил Саша.

Иван и Мика повалились на пол. Оба хохотали в голос. Мика бил кулаками в пол и повторял: «17 тысяч евро в коробочке из-под французского крема для обуви Saphir — это «Оскар»! Хочу таких же шкодливых Хрюриков!

— Ваня, чем это вы тут занимаетесь? — вошла в спальню Маша и, увидев хохочущих мужа и Мику, добавила: «Дураки!»

— Машенька, я хотел сделать тебе подарок, но любопытные Хрюрики раскурочили его. Но зато предложили свой вариант упаковки браслета.

— Ваня, ты хочешь сказать, что купил мне браслет Bulgari serpenti viper? Ты сошел с ума!

— С ума, счастье мое, я сошел 5 лет назад. И очень счастлив, — сказал Иван, надевая на руку Маши знаменитый браслет. Теперь у тебя есть колечко и браслет. Тебе нравится?

— Спрашиваешь?! Он изумительный! И она так сексуально повела плечиком и изогнула руку с браслетом и взглянула на Ивана, что он едва не взвыл, как Полкан, от обжегшего его желания.

— Ужин готов! Жду вас на кухне.

— Мы тебе поможем, мамочка, — поспешили смыться мальчишки и Мия, чувствуя, что гроза миновала.

— Интересно, сколько насобирали Хрюрики в свой «волшебный» мешочек, — спросила Маша, когда после ужина дети поднялись в игровую комнату.

Ей тоже не понравилась затея с деньгами детям без согласования с родителями. Они с Ваней понимали, что к деньгам детей надо приучать и они должны понимать, что деньги зарабатываются трудом. Вообще, Ваня ей говорил, что сначала нужно детям рассказать историю денег. Потом объяснить, для чего они нужны и т. д.

— Денег, воробушек, они насобирали