Прости за любовь - Анна Джолос

Поля: «Вы когда приедете?»

«Мы сейчас сразу в больницу, потом домой»

Поля: «Сонька меня пугает. Она очень тяжело переживает то, что происходит в семье, но не плачет. Не говорит ни с кем. Разве что с собакой возится»

«Бедная(»

Поля: «Вчера домой ехать отказалась. Дарина Александровна не стала её трогать»

«Соня сейчас с тобой?»

Поля: «Нет, в больницу с Миланой поехала к матери»

«Ясно»

Поля: «Как Марсель?»

Перевожу взгляд на парня. Он тоже что-то кому-то пишет. Судя по лицу, в этой переписке мало приятного.

«Держится»

Поля: «Был срыв за эти дни?»

«Признался, что достал какую-то дрянь, когда мы поругались. Но принимать не стал, выбросил»

Поля: «Молодец! Борется с зависимостью. Это о многом говорит.

«Он собирается лечиться в рехабе»

Поля: «Правильное решение. Поддержи его. Помоги ему не свернуть с намеченного пути»

«»

Убираю телефон, а пять минут спустя мы уже подъезжаем к больнице.

Заплатив таксисту, направляемся к зданию.

Пока идём, так и не разговариваем, но я решаю, что надо сделать первый шаг самой, ведь куда важнее дать ему понять, что интервью Ковалёвой не изменит ничего между нами.

Беру парня за руку и его пальцы сжимают мои в ответ. Осторожно, но крепко. Только тогда с облегчением выдыхаю.

Раздеваемся в гардеробе. Получаем номерки от ворчливой женщины с высокой причёской. Надеваем бахилы и халаты. Поднимаемся на нужный этаж и тут же навстречу парню бросаются девчонки.

Старшая из сестёр плачет, обхватив его шею руками. Младшая обнимает за талию и утыкается щекой в грудь.

От этой картинки ком встаёт в горле. А стоит мне увидеть маму Марселя, нарастающая тревога наполняет каждую клеточку.

Дарина Александровна сама на себя не похожа. Старается держаться, но в глазах такая бездонная пустота, что сердце моё, глядя в них, сжимается.

Если представить, это так страшно. Человек, которого ты любишь, находится между жизнью и смертью и ничего, ничего сделать ты не можешь.

— Сынок…

Он осторожно заключает в объятия её тоненькую фигурку. Гладит по спине. Целует макушку.

Такой маленькой рядом с ним сейчас она кажется…

— Тебе надо домой.

— Нет.

— Нужно поспать. Ты ведь днём и ночью в больнице, так нельзя, мам.

— Я его не оставлю, — отрицательно качает головой.

— Привет, — здоровается со мной младшая, неожиданно обняв.

— Здравствуй, Сонь.

— Ты сдержала слово. Он трезвый, — шепчет тихо, пока Марсель расспрашивает об операции.

— Да.

— Спасибо тебе.

— И тебе за Полю.

— Уговор есть уговор.

— Даш…

В холле появляется крёстный Марселя. По лицу тоже видно, что он совсем не спал за минувшие дни.

— Добрый вечер.

Кивает мне, переводит взгляд на парня, протягивая ему руку.

Тот медлит, но по итогу, всё же отвечает рукопожатием.

— Что тебе сказали врачи? — взволнованно спрашивает у него Дарина Александровна.

— Пошли они на хрен, врачи эти! — выпаливает сердито. — Найду других. Выйдем покурить, Малой?

— Выйдем. Но сначала я к нему, — произносит парень бесцветным голосом. — Куда идти, мам?

— Прямо в палату не пустят, дорогой.

— Пусть только попробуют запретить мне увидеться с моим отцом, — цедит сквозь зубы, направляясь к дверям.

Провожаю взглядом его широкую спину.

Жжёт за грудиной.

— Я с тобой.

— Нет, мам, — оборачивается. — Я сам хочу.

— Как скажешь, — не перечит она.

Марсель смотрит на меня, а потом строго обращается ко всем присутствующим.

— Тату мою не обижайте! Ясно?

Глава 34

Полгода спустя

Май

Сет заканчиваю реверсом. Это удар по восходящему мячу, который пущен свечой.

Да, вот так!

Победа в полуфинале престижного чемпионата, проходящего на этот раз в Москве, за мной.

Сжимаю пальцы свободной руки в кулак.

Соперница от досады швыряет ракетку о корт. Непозволительная, на мой взгляд, выходка.

Что за неуважение к собственному инвентарю?

— Отлично, молодец!

Тренер хлопает меня по плечу и сдержанно улыбается.

Зрители аплодируют, но голос одного человека я слышу особенно чётко.

— Джугели — best of the best!

Улыбаюсь.

Что мой главный болельщик здесь, я почувствовала сразу. На каком-то необъяснимом интуитивном уровне.

Пью воду из бутылки. Забираю со скамейки полотенце. Вытираю пот. Бросаю свои вещи в сумку и, обменявшись с тренером ещё парой фраз, покидаю корт.

Сегодня без рукопожатия обойдёмся. Соперница в истерике. Ей не до меня. К тому же, я и сама очень тороплюсь.

С безумно колотящимся сердцем, шагаю по ступенькам наверх, еле сдерживаясь, чтобы не побежать.

Марсель спускается мне навстречу и в момент, когда обнимаем друг друга, время останавливается.

Всё вокруг исчезает. Люди, их голоса, общий шум.

Остаёмся только мы.

— Привет, — шепчу взволнованно и, прижимаясь к его плечу, прикрываю глаза. — Ты приехал на игру…

— Да. Соскучился по тебе, детка.

Горячие губы целуют висок. Его сильные руки сжимают меня в объятиях.

Я тоже очень тосковала по нему. Крайний раз мы виделись месяц назад в клинике. Потом я была вынуждена уехать сперва на один турнир, затем на другой.

— Идём отсюда.

Моя ладонь в его.

Продвигаемся вместе к выходу и конечно без встречи с журналистами не обходится. Эти же всегда тут как тут. Разумеется, сегодняшний день — не исключение.

— Тата — прекрасная игра! Марсель, как твоё самочувствие? Выглядишь отлично!

— Твоя реабилитация закончена?

— Планируешь снова заниматься музыкой?

— Проект «Город пепла» действительно заморожен навсегда? Не жаль фанатов?

— Марсель!

— Когда ты снова появишься на публике?

— Когда ждать интервью?

Наше терпение железобетонное. Просто молча продвигаемся к цели.

— Нам надо на парковку.

— Пройдём через эту зону, — тяну его за собой, зная, что посторонних сюда не пустят.

Кстати, о посторонних… За минувшие полгода я успела привыкнуть к представителям СМИ, не ведающим о таком понятии как личные границы.

Им дай волю, они к тебе и в машину заберутся, лишь бы получить ответы на интересующие их вопросы.

— Ты как?

— В порядке, а ты? — обеспокоенно на него смотрю, когда оказываемся в салоне поджидающего нас тонированного автомобиля.

— Нормально. Поехали, бро. Пока не налетели коршуны.

— Привет, Паш.

— Привет. Чё, выиграла?

— Ага.

— Выиграла? Да она просто разнесла соперницу! — с гордостью произносит Кучерявый.

— Красотка! Куда едем? Сразу к ребятам?

— Нет. Давай сначала домой заскочим. Думаю, Тата хочет принять душ и переодеться. Я же украл её прямо со стадиона, — обнимает меня, притягивая к своей груди.

— Окей. Да, алло.

Пока Паша общается с кем-то по телефону, мы внимательно разглядываем друг друга.

— Ты насовсем?

— Нет, завтра надо вернуться. А там уже останется пара недель до моей свободы.

Киваю.

Очень рада, что срок пребывания в стенах реабилитационного учреждения заканчивается. Хотя признаю: была какая-то особая романтика