Кровь, пламя и прощение - Кристина Девис

— Благодарю вас, аптекарь, — произнесла Нева, поднимая пузырёк в знак уважения.

Алевисиус наблюдал за ней, пока она нагревала пузырёк и подносила его к губам. Она нахмурилась, недовольная его вниманием, и перед глазами предстал яркий образ.

Алевисиус стоял над её распростёртым телом, подняв руки и произнося заклинание на языке, которого Нева никогда раньше не слышала. Змеиные щупальца его силы с электрическими разрядами обвились вокруг её запястий и лодыжек.

— Нева? — Таво щёлкнул пальцами перед её лицом. И она очнулась.

— Таво? — спросила она, покачиваясь от головокружения. — Что случилось?

— Твои глаза побелели, и ты просто… застыла? — немного вопросительно произнесла Мари.

— Я… я видела, как ты колдовал надо мной, — Нева впилась взглядом в Алевисиусу. — Что в этой настойке, аптекарь?

Нева швырнула в него пузырёк. Он потянулся за ним. Но стеклянный пузырек отскочил, ударился о её ногу и разбился о пол. Содержимое растеклось по половицам, и от жидкости повалил вонючий дым. Нева не сомневалась, что на её внутренности он подействовал бы так же сильно.

— Ах, ты… — Таво замахнулся.

Нева подняла руку, и белый огонь заплясал на её ладони, готовый преподать магу урок. Алевисиус потянулся к другому карману, Таво ударил. Он закричал, когда его кулак развернулся и сломал его же собственный нос. Кровь потекла по его лицу. Этого не должно было случиться.

Магия.

В последнюю секунду Нева отозвала свою силу и схватила Дюрана за руку, прежде чем он попытался вонзить клинок в живот Алевисиуса.

Ринальдо и Мари схватили Алевисиуса за руки.

— Должно быть, он сам себя заколдовал, — предположил Дебо. — Что будем с ним делать?

— Хватит с тебя фокусов, Ал. — Ринальдо вырвал трость у Алевисиуса и выбросил её за дверь.

— Это корабль Безумного Меррика, — сказал Баллард, пока Ринальдо и Мари связывали магу руки. — Он решит, что с ним делать.

— Вы не можете отдать мою судьбу в руки безумца, — выплюнул Алевисиус, брызгая слюной.

— На твоём месте я бы радовалась, — сказала ему Нева. Перед глазами до сих пор стоял образ её, оказавшейся в его власти.

Драконоборцы вытащили Алевисиуса на палубу и позвали Безумного Меррика. Капитан и Дженевра подошли с квартердека.

— В чём дело? — с любопытством спросила Дженевра, уперев руки в бока.

— Алевисиус пытался меня отравить, — выдавила Нева сквозь зубы.

— Это серьёзное обвинение, — задумчиво произнёс Безумный Меррик. — У вас есть доказательства?

— Они все это видели. — Нева указала на свою банду. Они хором подтвердили ее слова.

— Даже ты, Роберто? — спросил Безумный Меррик мужчину, в теле которого была Мари.

— Да, капитан, — хрипло ответила Мари.

Безумный Меррик и Дженевра переглянулись.

— Выставить доску, — крикнул Безумный Меррик. — Аптекарь идёт на прогулку.

Экипаж прервал свои дела, и двое мужчин, выполняя приказ капитана, вытащили доску за борт над водой.

— Не делай этого, Меррик. Пожалей старика. — Алевисиус попытался вырваться из хватки Ринальдо и Мари. — Это просто недоразумение. Я невиновен, клянусь.

На их глазах тело Алевисиуса сморщилось и высохло, превратившись в скелет, отдалённо напоминающий человека. Его борода поредела и стала растрёпанной. Кожа натянулась и свисала с костей. Горб выпирал под одеждой на спине. Связанные руки скрючились, как когти, и потянулись к трости, которую Ринальдо выбросил из каюты.

Трость покатилась по палубе прямо к Алевисиусу. Нева схватила её и выбросила за борт. Если ему нужна эта трость, Нева только рада избавиться от неё.

— Нет! — Алевисиус бросился вслед за тростью, его лицо исказила злоба. Мари и Ринальдо оттащили его назад. Слабость Алевисиуса исчезла. Горб уменьшился, и он стал выше и мускулистее.

— Да проклянут тебя боги. — прорычал Алевисиус.

— Они уже это сделали. — Нева скрестила руки на груди.

— Довольно! — выкрикнул Безумный Меррик. — Я не потерплю убийств на борту моего корабля, кроме как по моему приказу. Я приговариваю Алевисиуса к смерти в глубинах моря Тывсе. Иди, аптекарь! — Безумный Меррик взмахнул мечом.

— Осторожнее с клинком, — быстро предупредил Баллард. — Он защитился заклинанием.

— Неужели? — Дженевра вытащила из кармана маленький металлический шарик и подбросила его в руке. — Давайте это исправим.

Она подбросила шарик в воздух. Он вспыхнул и завис над палубой, ярко сияя и деактивируя все заклинания поблизости. На языке Нивы остался привкус никеля.

— Позвольте мне убить его, — потребовал Таво, одной рукой прижимая платок к носу, а в другой держа изогнутый меч.

— Вы совершаете ошибку! — закричал Алевисиус, когда Таво и пираты приблизились. — Не делайте этого, умоляю вас!

Нева призвала свою силу на поверхность. В её сознании промелькнул образ Эбенезера. Она не знала, что произойдёт с магом, чья душа привязана к этому миру, когда Море Тывсе поглотит его, но это была справедливая плата за то, что он собирался с ней сделать. Алевисиус попятился от неё. Он медленно ступил на доску, бормоча что-то, но слишком тихо, чтобы она могла разобрать слова. Вероятно, молился всем оставшимся богам, которых он ещё не успел оскорбить.

— Наверное, таких немного, — подумала Нева и подняла руку.

Алевисиус упал с доски. Снизу донёсся всплеск. Нева и остальные бросились к перилам. Пена бурлила внизу, пока «Танцующий кулик» рассекал воду.

Маг не вынырнул из пенистых глубин.

* * *

Глаз призывал её, как яркая звезда, мягко пульсирующая глубоко в сознании Невы. Сидя со скрещенными ногами на кровати Безумного Меррика, она сделала глубокий вдох, чтобы собраться с мыслями, и тут же об этом пожалела. Корабль качало из стороны в сторону. Она постоянно щипала себя, чтобы отвлечься от тошноты.

Она была благодарна за то, что осталась в живых после схватки с драконами, но она не знала, что ждёт её в будущем. Это лишь вопрос времени, когда ей придётся отказаться от своей силы и стать рабыней Тринижи. От этой мысли у неё скрутило живот.

Нева потянулась к Глазу, ощупывая его границы. Её сердце билось так громко, что в ушах стучало. Но ей нужна была зацепка.

Перед глазами мелькнула вспышка — пылающее поле битвы. Еще вспышка — армия штурмует город. Еще вспышка образов — Эмилианд и Ксандражи стоят лицом к лицу с тремя ведьмами вуду. Вокруг них мерцает электрическая магия, ветер треплет их одежду и волосы. Эмилианд и Ксандражи наносят удар по ведьмам, но их атака натыкается на невидимую стену. Ветер стихает, и вместе с ним стих исчезает и воздух. Ксандражи и Эмилианд пытаются сделать вдох, но не могут. Они задыхаются на суше.

Последовала еще одна вспышка образов — Тэтчер бросает набор игральных костей в коробку