Коварная одержимость - С. Массери

– Ты определенно еще не в полной мере ее возненавидела, – говорит он и снова шлепает меня по попе.

Через мгновение он отдает мне маску, и я провожу пальцем по ее гладкой белой поверхности. Она уже не кажется такой пугающей, когда я держу ее в руках или прижимаю к лицу, глядя сквозь прорези для глаз.

– Ты опустишь меня на землю?

– Нет.

– Почему? – спрашиваю я с улыбкой.

– Потому что я собираюсь отнести тебя в свою комнату и заняться с тобой сексом. Я не хочу, чтобы ты снова убежала, – фыркает он. – Ты была прекрасной добычей.

– Я споткнулась, – ворчу я.

– На проволоке, которую я натянул поперек дорожки.

– Ты серьезно? – спрашиваю я, поджимая губы и пытаясь понять, не шутит ли он. – Не может быть.

– Ты не любишь бегать, – говорит он. – Я подумал, что в конечном итоге ты попытаешься вернуться, но заблудиться в темноте хуже, чем бежать в ней.

Черт побери.

– Ладно, – фыркаю я. – Забирай меня, пещерный человек. Но ты должен мне как минимум два оргазма.

– Да, мэм, – говорит он, сжимая мою ягодицу.

Глава 40

Аспен

– Это ты взяла мою толстовку с надписью «Краун-Пойнт»? – спрашиваю я Талию, входя в ее комнату и глядя на стопку белья.

– Кажется, нет, – отвечает она, отрываясь от учебника и хмурясь. – Ты не можешь ее найти?

Я качаю головой, но не могу перестать смотреть на стопку белья. Она напоминает мне о том, что недавно я потеряла еще кое-что: любимый лосьон, губную помаду, которой я пользовалась всего несколько раз, и мои лучшие черные джинсы.

– Может быть, ты оставила ее у Стила? – предполагает она.

Хотя сегодня суббота, Талия не отдыхает. Она сидит на кровати, скрестив ноги, с учебником в руках. Рядом с ней лежат тетради, маркеры и открытый ноутбук.

Насколько я помню, она говорила, что собирается сделать домашнюю работу до игры. Это разумно, ведь если «Ястребы» победят, мы, конечно, это отметим. А такие вечеринки обычно заканчиваются двумя «П» – перепихоном и похмельем.

– Возможно, – медленно отвечаю я, качая головой.

Не помню, чтобы я приносила эту толстовку к Стилу, но, возможно, он сам взял ее, думая, что она сможет убедить меня остаться подольше. Эта мысль кажется мне приятной, хотя и неразумной, – а также очень хорошо характеризует Стила.

– Мой дядя все еще живет здесь? – спрашиваю я, и Талия качает головой.

– Он оставил для тебя записку на кухонном столе. Прости, но я прочитала ее. Сегодня утром ему пришлось вернуться в Чикаго, но он обязательно с тобой свяжется.

Странно.

Я волнуюсь и переминаюсь с ноги на ногу. Внезапно я забеспокоилась о том, что его поспешный отъезд может быть связан с моим отцом. Возможно, в Чикаго произошел какой-то инцидент, который потребовал немедленного вмешательства моего дяди.

Мой желудок сжимается.

– Хочешь присоединиться? – спрашивает Талия и указывает на свободное место на своей кровати.

– Я собираюсь пообедать со Стилом, – качаю я головой. – Мы идем на настоящее свидание.

– Он способен на рыцарские поступки? – удивляется Талия.

– О, тише, – говорю я и возвращаюсь в свою комнату.

Мне нужно найти, что надеть, ведь моя толстовка с надписью «Краун-Пойнт» чудесным образом не появилась. Вместо нее я надеваю черный свитер. Расчесываю волосы и оставляю их свободно лежать на плечах. Дополняю образ блестящими черными кожаными легинсами и несколькими золотыми украшениями. Так я выгляжу более собранной, чем чувствую себя на самом деле.

Когда я крашу ресницы тушью, ко мне подходит Стил. Я даже не удивляюсь тому, как он смог войти, ведь он не уважает чужие границы, и, кажется, ему не свойственно стучать. Он нежно целует меня в макушку, а затем плюхается на кровать. Я смотрю на его одежду: темные серые брюки, светлая голубая рубашка на пуговицах и спортивная куртка, расстегнутая нараспашку. Он выглядит очень сексуально, но я стараюсь не думать об этом.

Завершив макияж, я поворачиваюсь к нему лицом и упираю руки в бока, а на кончике моего языка вертится вопрос о толстовке.

– Когда ты пользуешься губной помадой, я могу думать только о том, как она размажется по моему члену, – говорит он.

– Сначала ты должен меня покормить, – закатываю я глаза.

– Хорошо, я тебя накормлю. – Он встает, и на его лице появляется хитрое выражение. – Иди сюда.

– Стил. – Меня охватывает дрожь.

– Аспен, – в ответ обращается он. – Ты хочешь заняться этим здесь или под столом в ресторане?

Я удивляюсь и не могу сдержать эмоции.

– Непослушная, – выдыхает он и, нарушив мое личное пространство, обнимает меня за шею.

От прикосновения его пальцев по моей коже бегут мурашки. Он наклоняется и накрывает мои губы своими, а затем без предупреждения проникает языком в мой рот. Мне нравятся его страстные поцелуи с открытыми губами, но он дарит их мне только тогда, когда мне удается его удивить. Спустя мгновение он отпускает меня и запускает руки в мои волосы. Теперь на его губах осталась моя помада, и я уверена, что следы помады есть и на моем лице.

– Подправь помаду, милая, – говорит он грубым, низким голосом, и это меня заводит.

Мы направляемся в один из самых модных ресторанов Краун-Пойнта. Он находится на мысе, откуда открывается потрясающий вид на озеро. Кстати, именно благодаря этому месту город и получил свое название – Краун-Пойнт. Сегодня погода радует: стало теплее и яснее, чем обычно. В последние недели было прохладно, но сейчас солнце светит ярко, и куртки можно оставить дома. По сравнению с прошлой неделей погода просто отличная. В ресторане много окон, из которых открывается потрясающий вид на озеро, а наш столик находится как раз напротив одного из них. Белые скатерти стелются до самого пола. На столе стоят бокалы для вина и воды, а также два набора ножей и вилок.

– Это уже чересчур, – бормочу я, но Стил пожимает плечами.

– Папа часто водил меня в подобные места, после…

Я жду, но, кажется, он закончил свою речь.

– После чего? – спрашиваю я, подавшись вперед.

– После того, как ушла мама… – Он опускает взгляд, изучая меню.

– Папа никогда не готовил, поэтому нам приходилось либо куда-то идти, либо оставаться без еды. Заведения быстрого питания его не устраивали.

Удивительно, но я впервые слышу, чтобы он говорил о своей матери.

– Где она сейчас?

Он поднимает на меня взгляд, и в его темных глазах я вижу отражение его чувств: страдания, боли и гнева. Но в следующее мгновение все исчезает, будто ничего и не было.

– Если хочешь, я могу познакомить вас завтра.

Я удивленно открываю