Ветер перемен - Юлия Прохорова

Я cнова невольно рассмеялась.

– Когда я была в возрасте Ким, у нас была очень популярна игра «Резиночка». Нужно прыгать определенным образом. Вот так, – я показала самую простую схему. – С каждым раундом резинка поднимается. Хочешь попробовать? Первый раунд – самая минимальная высота резинки. Хотела научить детей.

Алекс встал с пледа и подошел ко мне.

– Принимаю вызов, – проговорил он и протянул мне руку. – На что играем?

– Если выиграю я, ты приготовишь мне пиццу. В прошлый раз я так её и не попробовала.

– Договорились. А если выиграю я?

– Не выиграешь, – я рассмеялась, пожимая ему руку. – В школе я была лучше всех в этой игре.

– Ты так уверена в своей победе и при этом просишь всего лишь пиццу? Я могу приготовить тебе её просто так. Хоть сегодня.

Мне хотелось столько всего ему сказать. Например, хочу, чтобы ты целовал меня! Хочу засыпать и просыпаться в твоих объятиях. Хочу стать для тебя единственной. Вот такими были мои желания. Но я не могла произнести их вслух.

– Ну же, Эми, чего бы тебе хотелось? – спросил он, подходя ко мне. Я отступила на шаг назад и уперлась спиной в дерево.

Встав совсем близко, Алекс поднял руку и положил её на ствол над моей головой. Задыхаясь от близости красавца и нестерпимого желания коснуться его, я нервно сглотнула.

– Хочу научиться тебя понимать, – проговорила я, глядя ему в глаза.

– Я и так раскрытая книга перед тобой.

– Да, но книга на иностранном языке.

– Мне казалось, последнее время мы говорим на одном языке, – он поднял руку и коснулся моего плеча. – Если что-то у тебя вызывает сомнение, ты можешь спросить меня.

Я с нежностью коснулась его руки чуть ниже локтя. Забавно. Когда-то такой же совет давала ему я.

– С момента, как ты вернулся из Майами, я словно читаю историю с бесконечными сносками. Вроде всё понятно по сюжету, но потом обязательно какой-то неожиданный поворот без объяснений.

– В таких запутанных историях всегда есть пояснения в конце главы.

Я смотрела ему в глаза и терялась над этими двусмысленными фразами. Он стоял так близко, едва ли не прижимаясь ко мне, провоцируя словами и взглядом, что лишь наличие детей поблизости удерживало меня в рамах приличия.

– Дай мне хоть одно, – проговорила я, теряясь в его взгляде. – Я ничего не понимаю. В моей голове миллионы вариантов развития сюжета, и в любом из них я могу ошибаться.

– Какой из них для тебя самый предпочтительный?

Тот, в котором ты женишься на мне.

Но вслух я проговорила другое:

– Например, в этой главе я должна победить в «резиночке», – я улыбнулась.

– Это мы ещё посмотрим. Если побеждаю я, ты, глядя мне в глаза, скажешь о том, что у тебя на сердце.

– Идёт.

Мне не страшно было согласиться на такие условия, потому что я была на сто процентов уверена в своей победе.

Первый раунд все десять схем мы прыгали без проблем, смеясь и бросая друг на друга озорные взгляды. Ким и Нейт тоже прыгали, давая нам в это время отдышаться. Нейт, правда, в силу возраста просто скакал как ему хочется, но мы подбадривали его, как самого активного игрока. Ким так понравилась эта игра, что она пообещала рассказать о ней подругам.

На третьем раунде, когда резинка была на уровне колен, задача прыгать схемы усложнилась. Алекс запыхался и устал, это было видно, хоть он и не признавался. На седьмой схеме он остановился, уперев руки в колени и глубоко дыша.

– Да, Алекс? Да, сдаюсь? – смеясь, проговорила я, глядя как он пытается отдышаться. – Может быть, ты более вынослив, зато я более гибкая. И могу делать это, пока ты не закричишь мне «да!».

– Ты сейчас про игру в резиночку, конечно же, – смеясь, уточнил он, глядя мне прямо в глаза.

– Конечно же, – подтвердила я, посмеиваясь в ответ. – Сдаешься?

Тяжело дыша, мы смотрели друг на друга, не отводя взгляда.

– Meledizione! 18 – едва слышно выдохнул он, улыбаясь и покачивая головой. А потом вдруг быстро подошел ко мне вплотную, и, неожиданно подхватив меня, перекинул себе через плечо.

– Алекс! – воскликнула я, понимая, что он куда-то меня несет. Дети смеялись, глядя на нас. И прежде чем я успела произнести что-то еще, он плюхнулся вместе со мной в бассейн.

На несколько секунд я ушла под воду, но очень быстро сильные руки Алекса вытащили меня на поверхность.

– Ты невыносим! – проговорила я, смеясь. – Если таким образом ты пытался отвлечь меня от победы…

Улыбнувшись, Алекс чуть подтолкнул меня вперед, и я оказалась зажата между ним и бортиком бассейна. По моему телу прошла волна возбуждения от его близости и я прервалась на полуслове. Во что бы мы ни играли, я всегда проигрывала в главном – в своих попытках держаться от него на расстоянии.

Подняв руку, он неожиданно нежно провел большим пальцем по моей нижней губе. Я, не сдержав порыва, обняла его за талию, а Алекс прижался ко мне плотнее, фактически прижав собой к стенке бортика. Лишь усилием воли я подавила в себе стон, абсолютно не понимая, что происходит, и что он сделает дальше.

– Как тебе такой поворот сюжета? – спросил он, глядя на меня. Его глаза мне улыбались. – Достаточно неожиданно?

– Без пояснений не разобраться, – я тоже улыбнулась. – Кажется, теперь всё станет еще запутаннее.

– Ho preso una cotta per te, Эми19, – наклонившись, Алекс прошептал мне на ухо, прижавшись своей щекой к моей. Его щетина приятно покалывала кожу. – Voglio che tu sia solo mia.20

– Ну вот, без словарика теперь тоже не обойтись, – выдохнула я, пораженная его близостью.

Отстранившись чуть от меня, но оставаясь всё равно достаточно близко, Алекс заглянул мне в глаза.

– Неужели ты так ничего и не поняла? – тихо спросил он, наклоняясь ко мне совсем близко. Я перестала дышать. – Я не люблю проигрывать, – добавил он, улыбнувшись, а затем чуть повернул голову, и его губы нежно коснулись моей щеки.

Я чуть провела рукой вверх по его спине, ощущая под мокрой тканью футболки крепкое натренированное тело.

– Придерживаюсь того же мнения, – проговорила я, а потом добавила по-русски: – Ещё секунда этого разговора и я поцелую тебя, Алекс. И будь что будет.

Он чуть отстранился от меня, сощурив взгляд и улыбнувшись. Отлично. Теперь я тоже буду говорить с ним на языке, которого он не знает.

– Бьёшь меня моим же оружием? – он пробежался