Маленькая Леди и принц - Эстер Браун

Тут мое настроение, немного посветлевшее благодаря кофе и лучшей подруге, снова пошло на спад. Габи это сразу заметила, ведь давно изучила меня как свои пять пальцев.

– А знаешь что? Давай обновим твой кабинет? – предложила она, указывая на стены. – Можем прямо сейчаспойти и взять карточки с образцами краски или обоев. Нельсон и Аарон управятся с этим заданием за единственный уик-энд. Новые цвета вокруг, новая жизнь.

Если бы все было так просто, подумала я, однако позволила подруге вывести себя из агентства, и мы отправились на Кингз-роуд.

Габи восторженно ахала, рассматривая в «Осборн и Литтл» волокнистые, пурпурные с золотом обои, когда у меня в сумке заиграл сотовый. Я подумала, звонит Джонатан, поэтому доставала телефон слегка дрожащими руками. Что ему отвечать, я еще не имела понятия, но мечтала вновь услышать его голос и ничего не могла с собой поделать.

– Наконец-то! Привет! – произнес вполне довольный, но с едва уловимыми нотками сочувствия голос. – На выходных твой телефон был все время отключен. Как поживаешь?

Это был Ники. Звонил из параллельного мира. Признаться честно, болтать с ним о пустяках, тем более в присутствии Габи, у меня не было особого желания, ведь я томилась в собственном мире, кишевшем проблемами.

– Гм, хорошо, спасибо,– ответила я, тщетно стараясь, чтобы голос звучал бодро. – Точнее, не то чтобы хорошо, но я пытаюсь не вешать нос. В общем – нормально.

– Ну и замечательно.

Говорил Ники так, что мне в голову поневоле полезли мысли о спальне. Трогала и его странная забота. Впрочем, легче мне не становилось.

– А у тебя как дела? – слегка дребезжащим голосом поинтересовалась я, мечтая сменить тему.

– Вполне неплохо. Целое воскресенье утешал Свинку, возил ее по магазинам. Это с ее вечеринки я сбежал в пятницу. День рождения был у нее. Тогда я не хотел тебе об этом говорить – ты бы отправила меня назад, сказала бы: того требуют правила. Я купил Свинке небольшой подарок, но после твоих рассуждений о женщинах и их ценах.

Он негромко засмеялся.

– Что за подарок?

– Дорожную сумку от «Гермес». Как оказалось, она пришлась очень кстати.

– Почему?

Габи направлялась ко мне, и по выражению ее лица я видела, что она пытается угадать, с кем я болтаю. Я жестом попросила ее подождать в сторонке. Бесполезно.

– Потому что туда уместились почти все ее манатки. Она уехала – мы расстались. В общем, этот подарок, да еще тот, что я вручил ей на день рождения, оказались прощальными.

– Ники, мне очень жаль! Наверное, все из-за меня? – сказала я, хотя вовсе не испытывала угрызений совести.

Имоджен с ее дурацкими нарощенными волосами, высокомерием и алчностью выводила меня

из себя. А Ники мог найти себе девушку более достойную.

– Да, из-за тебя,– подтвердил он. Я не видела его лица, поэтому не знала,шутит он или говорит всерьез. Уставившись на рисунок обоев, я стала внимательнее вслушиваться в его голос. – Ты так честно поступила со своим женихом,– продолжал Ники. – Вот и я подумал, подумал… Свинка не та женщина, с которой мне хотелось бы провести остаток жизни. Хоть и жаждет любым способом добраться до драгоценностей моей короны.

– Да, мне тоже показалось, что она… гм… что– то вроде карьеристки.

– Что-что?

– Ну, мечтает о твоей короне и драгоценностях.

– А, ну да. И это все, что ты можешь мне сказать? А я-то думал, услышу что-нибудь типа: «Молодец, Ники! Уверенно движешься к достижению цели!»

– Гм, молодец,– пробормотала я.

Габи теперь стояла так близко, что казалось, она тоже участвует в разговоре. Удивительно, что Ники не слышал ее дыхания.

– Какие у тебя планы в отношении меня? – спросил он. – Понимаю, сейчас ты, наверное, не хочешь загружаться делами. С другой стороны, работа отвлекает от любых невеселых мыслей.

– Гм„.да,– ответила я, ругая себя за то, что не нашла слов поумнее.

– Дед все трещит про этот акт, или как он там называется. Его подпишут или не подпишут примерно через месяц. А мне, ты прекрасно знаешь, сбиться с пути – раз плюнуть,– сказал Ники. – Может, на днях вместе поужинаем? Уверен, ужины входят в твои планы Правильно? Как ты сформулировала этот пункт?

– Ужин с девушкой не всегда должен влечь за собой интимную близость,– ответила я. – Истинный джентльмен умеет сдерживаться.

Габи выразила всем своим видом «что?!», но я притворилась, будто не заметила.

– Вполне согласен! И думаю, что в этом смысле непременно стоит попрактиковаться,– сказал Ники. – Нам обоим такой ужин пойдет на пользу. Назначь время. Я отменю все, что угодно.

От игривости в его голосе я покраснела с головы до пят.

– Я сейчас не в офисе. – Я старательно притворялась спокойной. – У меня под руками нет ежедневника…

Габи подняла глаза к потолку, достала из сумки блокнот и стала совать его мне. Я остановила ее строгим взглядом.

– Но я позвоню тебе во второй половине дня и скажу, когда мне удобно.

– Может, сегодня?

– Э-э…

– Только не ври, что Нелли уже приготовил отбивные или что-нибудь еще. Поужинай со мной.

– Завтра,– твердо сказала я.

– Прекрасно. Буду ждать встречи с большим нетерпением, – явно улыбаясь, произнес Ники, прежде чем положить трубку.

– Он определенно с тобой заигрывает,– отметила Габи, когда я, смущенная, убирала телефон в сумку.

– Да. – Я покачала головой. – Вернее, нет. То есть, по-моему, он такой со всеми подряд.

Габи снова закатила глаза.

– Дзинь!

– Только давай без «дзинь»,– сказала я, беря альбом с образцами обоев. – Мне и Нельсона вполне достаточно.

Если по правде, звонок Ники стал для меня чем– то вроде теплой ароматной ванны. Проблем не убавилось, но на душе сделалось приятнее. Оставалось лишь надеяться, что и следующая наша встреча не повлечет за собой нежелательных последствий.

Воодушевленная покупкой новой лампы и оживленной болтовней Габи, по возвращении в офис я почувствовала себя настолько лучше, что смогла принять Рональда Хэрриса. Он встречался с четырьмя женщинами, каждой из них наврал с три короба, не сделав для себя никаких пометок, поэтому теперь совсем запутался в паутине лжи, не знал, как выбраться из нее, и повесил нос. Шаг за шагом, мы воспроизвели часть его разговоров с подругами и пришли к выводу, что хотя бы двум из них он может предоставить более или менее разумные объяснения. Двум другим, как печально, но твердо заявила я, Рональд должен был отправить письма. Назвавшись лучшим в мире игроком в боулинг и искусным трубачом, он сам загнал себя в угол, иного выхода из которого я не видела.