Я тебе обещаю - Лекси Аксельсон

Только бы он, мать его, не умер.

С другой стороны снова раздаются выстрелы. Я невольно закрываю лицо руками и ещё сильнее вжимаюсь в капот машины.

Только не ещё одна толпа этих ублюдков.

Их слишком много.

Я хватаюсь за телефон, собираясь вызвать нашу команду и адмирала. От выброса адреналина и шока пальцы дрожат так сильно, что я раз за разом промахиваюсь мимо цифр пароля и вынужден начинать заново.

Но тут знакомый голос разрывает морозную ночную тишину.

— Pinche cabron13, ты там живой?

Спецоператор Техас.

Ковбой из Южного Техаса.

— Чёрт возьми, никогда ещё не был так рад, что меня назвали cabrón, — кричу в ответ, невольно ухмыляясь. Выглядываю сквозь окна машины и вижу Лопеса: он сидит в своем пикапе в паре метров от Жнеца, целясь из пистолета в людей, которых только что подстрелил.

Ублюдок спас мне жизнь.

Я совсем забыл, что он собирался приехать, хотя я и просил его этого не делать.

— Не мог же я пропустить, как Жнец снова тебя отметелит. Такое шоу покруче любого боя ММА, — отшучивается он, а я приваливаюсь к дверце машины. Напряжение, натянутое до предела в каждой мышце, понемногу отпускает. С губ срывается короткий смешок.

— Пошел ты, — фыркаю.

Я даже не заметил, что истекаю кровью, пока на форму не начали падать алые капли. Касаюсь лба и понимаю, что меня посекло осколками стекла.

Твою мать. После такого мне понадобится отпуск на месяц, не меньше, чтобы лицо зажило. Сколько ещё оно может выдержать?

— Жнец жив? — кричу я, всё ещё укрываясь за машиной.

А вдруг здесь есть ещё эти ублюдки?

— Не знаю, брат. Мне всё это очень не нравится. Какого чёрта нас никто не предупредил? У неё же, блядь, стоит лучшая система безопасности? И где она? Где Ари?

— Эти ублюдки забрали ее! Затащили в фургон. Я не смог до нее добраться, — стону от боли, глядя на свои окровавленные руки. — Я подвел ее, — бормочу, зная, что Лопес меня не услышит. Она у них... как я и боялся.

Нахуй адмирала.

Эта мысль приходит одной из первых. Почему не сработала система безопасности?

Откуда они узнали, где она живет?

— Я сообщу нашим.

* * *

Похоже, больницы становятся частью моей новой реальности.

Я смотрю, как чёрный кофе льётся в бумажный стаканчик. Стою у поста медсестёр в коридоре. Они разрешили мне воспользоваться кофемашиной. Сейчас около пяти утра, и состояние Жнеца стабильно.

Этот ублюдок будто бессмертен. Я уже всерьёз думаю, чем он так угодил Богу, что снова и снова выскальзывает из лап смерти. Хотя ничего святого в нём отродясь не было.

— Как Жнец?

За спиной раздаётся низкий, тяжёлый голос, и я едва не роняю стаканчик прямо посреди коридора. После перестрелки нервы натянуты как струна, поэтому голос Химеры вызывает реакцию развернуться и заехать ему в челюсть.

Я оборачиваюсь к самому новому члену нашей команды.

От этого типа у меня мурашки по коже. Если я думал, что внутри Дэнни таится тьма, то этот тип просто источает яд; его аура стирает грани того, что он считает морально допустимым... если у него вообще есть мораль.

— Твою мать, Химера. Не подкрадывайся ко мне так, придурок, — цежу сквозь зубы, сверля его взглядом. Я вообще не слышал, как он подошёл. Этот ублюдок двигается совершенно бесшумно. Даже шагов не слышно. — Стабилен. Это все, что я знаю. Пуля прошла навылет через верхнюю часть груди. Операция не требуется. Когда он начал приходить в себя в машине скорой, его накачали успокоительным. Он там устроил настоящий ад для парамедиков, — объясняю я, отпивая обжигающий кофе и придерживая губами пластиковый край стаканчика. — Адмирал Рейвенмор уже едет сюда.

Химера смотрит на меня сквозь чёрную маску скучающим, совершенно невозмутимым взглядом.

— Нужно найти девушку. Иначе мы все трупы. — Химера медленно моргает, прислоняясь к стене. Он лезет в карман и достаёт ту самую пулю, которую постоянно вертит в руках. Перекатывая её между пальцами, отводит взгляд и смотрит на свою ладонь. — И я сейчас не о наших врагах. Нас прикончит Жнец. — Затем он смотрит мне прямо в глаза, и у меня всё холодеет внутри.

Я прекрасно понимаю, о чём он говорит. Когда Жнец узнает, что Ари пропала, а мы до сих пор её не нашли, начнётся настоящая бойня. Прошло всего несколько часов, а кажется, будто прошла целая жизнь.

Никаких зацепок. Они словно растворились в воздухе. Рукер и Лопес сидят в палате Дэнни, ждут, когда он очнется.

Зик объяснил, что они с командой провели предварительное расследование сбоя системы безопасности. И пришли к выводу, что ее взломал Омар.

Не только у нас есть невероятные ресурсы и технологии.

Они тоже отлично экипированы.

Я люблю Ари. До сих пор, чёрт возьми, люблю её до безумия. Но больше никогда не переступлю черту. Со временем эта дыра в груди, оставшаяся после её отказа, затянется. Но я — не тот, кто ей нужен дело. Она предельно ясно дала это понять, и её слова полоснули куда больнее, чем я готов был признать.

У нас с Ари всегда будут особенные отношения, и какая-то часть меня, наверное, всегда будет ждать её. Но сейчас я отпускаю её.

— Девушку зовут Ари Альварес, — резко поправляю я его и отворачиваюсь. — И мы её найдём.

Пока иду по коридору, связываюсь с полицейским, который приставлен к матери Ари. До тех пор, пока мы не разберёмся с этой ситуацией, местная полиция держит её под защитой.

Чем ближе я подхожу к палате Жнеца, тем отчётливее слышу крики и какой-то приглушённый шум.

Я отрываю взгляд от больничного пола и через стеклянные двери заглядываю в палату интенсивной терапии, где его держат. Вокруг него суетятся Рукер и Лопес. Они пытаются его успокоить, пока он натягивает ту самую форму, в которой был в момент ранения. Больничная рубашка сорвана и валяется разорванная в клочья на полу.

Рукер пытается образумить его, но Дэнни больше нет, им завладел Мрачный Жнец. Когда до него в полной мере доходит, что Ари пропала, он опрокидывает больничную койку, и та с грохотом валится на пол.

Из пулевого ранения на груди сочится кровь.

Катетер выдернут из руки, и кровь ручьём течёт по предплечью, пока он орёт Рукеру прямо в лицо.

— Я в порядке! — рычит он, и я понимаю, что пора вмешаться.

Быстро толкаю дверь.

В палату врывается больничная охрана, явно