Тайное увлечение - Джейн Арчер

– Я прикасался к тебе, держал в объятиях, ласкал и целовал тебя, но мне всегда было этого мало. Сначала я решил, что физическое обладание тобой поможет погасить огонь, сжигавший меня с того момента, как я встретил тебя, но этого не случилось.

Рейвен не хотела прислушиваться к его признаниям. Она начала раздевать его, тихонько касаясь пальцами его разгоряченной кожи.

– Это приводило меня в замешательство, – продолжал Слейт, – не давало покоя, пока я не понял, что нас не просто влечет друг к другу физически. Мне нужно гораздо больше.

– Поцелуй меня, Слейт.

Он нежно коснулся ее губ, и от этого поцелуя у нее сжалось сердце.

Она неожиданно обмякла.

– Что случилось?

– Ничего. Просто прижми меня к себе покрепче.

Все же что-то произошло. Этот поцелуй напомнил ту нежную любовь, которую испытывали друг к другу она и Сэм. Любовь. Она вздрогнула, и Слейт прижал ее к себе, целуя ее волосы. Этого не может быть. Их со Слейтом связывало только вожделение, которое со временем наверняка пройдет. С Сэмом у них была любовь – любовь до конца жизни. Правда, в ней не было страсти – той, что она познала со Слейтом.

Но может быть, любовь и страсть сами по себе не могут быть полными, а должны дополнять друг друга? Может быть, для того, чтобы быть счастливой, ей нужно и то и другое? Она не может любить Слейта Слейтона. Или может?

Думать об этом не хотелось, особенно сейчас. Зачем ей сейчас знать правду?

– Люби меня, Слейт. Я хочу забыть все, кроме счастья быть рядом с тобой.

– Да, я буду любить тебя, но мне нужно от тебя гораздо больше. Я хочу, чтобы ты была со мной все время, делила со мной все, что бы с нами ни происходило. Ты сможешь быть моей без остатка?

– Я сейчас не хочу об этом думать. Позволь мне почувствовать наслаждение от нашей близости.

– Ты меня не слушаешь, а я говорю о том, что мне нужно больше, чем просто физическая близость с тобой. Я хочу жениться на тебе, хочу, чтобы ты разделила со мной мою жизнь, всю жизнь, а не только краткие моменты.

– А разве ты не говорил мне в Топике, что хочешь купить меня на одну ночь, а после этого каждый из нас пойдет своим путем?

– Я был дураком. Мы никогда не сможем разойтись, потому что испытываем друг к другу нечто большее, чем страсть. Ты и сама это чувствуешь, Рейвен.

– Нет, я этому не верю. Когда дело будет закончено, ты вернешься к своей прежней жизни преступника.

– Я уже говорил тебе, что откажусь от всего ради тебя, и я это сделаю. Когда же ты, наконец, мне поверишь?

– Как же я могу в это поверить?

– Попроси меня жениться на тебе.

Она оттолкнула его и повернулась спиной.

– Я тебя не хотела, Слейт. Я раньше никогда не чувствовала страсти, пока ты не разбудил ее во мне. Ты вторгся в мою жизнь и решил завладеть ею. Но я тебе этого не позволю. Ты всего-навсего слишком высокий техасский бандит, и я не могу и не собираюсь тебе подчиняться.

Он осторожно повернул ее к себе.

– Мы уже договорились, что я не слишком высокий, а теперь мы договоримся еще кое о чем.

Рейвен пробила дрожь. Она вдруг испугалась его, испугалась того, что она может почувствовать и узнать о самой себе. Но он начал осыпать нежными – такими невыносимо нежными – поцелуями ее лицо, что она, как всегда, растаяла.

Он раздел ее совсем и осторожно опустил на полку. Потом быстро разделся сам и лег рядом.

Почувствовав так близко его мускулистое тело, Рейвен тихо застонала. А когда он горячими губами стал водить по всему ее телу, в ней огнем вспыхнула страсть. Ей хотелось, чтобы в этом пламени сгорели все ее мысли. Чувствовать, а не думать – вот что она хотела. Но Слейт был так осторожен, так нежен, что возбуждал ее скорее как возлюбленный, а не как страстный любовник. Неужели Слейт ее любит? Возможно ли это? Неужели из-за любви к ней он решил изменить свою жизнь?

Рейвен раздвинула ноги, словно побуждая его войти в нее, но он продолжал свои любовные игры, заставляя ее сгорать от желания. Ее тело покрылось капельками пота.

– Слейт, пожалуйста, я больше не могу ждать.

– Я тоже хочу тебя, но ты должна понять, что я испытываю к тебе, и что ты испытываешь ко мне.

Она крепко обвила его руками и ногами, заставляя его завершить их полное слияние.

– Подожди, Рейвен. Я уже владею твоим телом. Теперь мне нужно твое доверие.

– Как я могу тебе доверять?

Он опустился на нее всем телом, но не вошел в нее. Она застонала, запустив пальцы ему в волосы.

– Не поступай так со мной. Я очень сильно тебя хочу.

– И я тебя. Но я пожертвую ради тебя всем, только бы ты доверяла мне. Ты мне веришь?

Вдруг туман в голове Рейвен стал рассеиваться. Она все так же отчаянно его хотела, но до нее стал доходить смысл его слов.

– Слейт, ты меня любишь?

– А ты мне доверяешь?

– Я не должна. Всё, чему меня когда-то учили, и чему я верила, говорит: не верь ему. Но ты был со мной, когда нас похитили, спас Сейди, и я все то время, что тебя знаю, всегда тебе доверяла. Да, возможно, я уже давно тебе доверяю, просто я этого не понимала.

– А я уже давно люблю тебя.

– Правда?

Она избегала говорить о своем несуществующем дяде. Она устала от лжи. Не важно, что думает о ней Слейт, чему верит, а чему – нет. Главное, что он любит ее. Только это имеет значение. И она действительно ему доверяет.

– Ты сомневаешься в том, что я люблю тебя?

– А ты никогда не вернешься к прежней жизни?

– Нет, если ты будешь рядом.

– Ах, Слейт! – У Рейвен словно гора свалилась с плеч. Слезы жгли ей глаза. Она улыбнулась дрожащими губами, – Я… я думаю, что тоже могу полюбить тебя.

– Думаешь?

– Ну, я не уверена.

– Сейчас я помогу тебе!

На этот раз их страсть показалась им чем-то новым и неизведанным, и когда они, одновременно достигнув экстаза, взглянули друг другу в глаза, это было вершиной того, что они чувствовали до сих пор.

В этот момент Рейвен поняла, что Слейт близок ей не только в момент их физического слияния. Теперь они были связаны какой-то невидимой и прочной нитью. Возможно, это была любовь, а может быть, она осознала, как много они значат друг для друга.

Впервые Рейвен подумала о Слейте как об отце своих будущих детей, Она представила себе крошечную копию Слейта. Мальчика или девочку, все равно. А потом она подумала о любви, и ей показалось, что ее сердце стало таким огромным, что могло бы вместить всю вселенную, но ей нужны были только Слейт и их дети.