#ЛюбовьНенависть - Анна Джейн

– Перестань, – тихо сказала я, понимая, что перестаю справляться с собственными желаниями.

– У вас ведь ничего не было? – спросил он.

– В смысле? Ты на что намекаешь?

– На то, что первым должен быть я.

– Что?! – На меня нахлынуло возмущение. Этот человек был моим личным генератором эмоций – спокойной рядом с ним, как с Владом, я оставаться не могла. – Ты что несешь?

– Мир, свет и правду, – изрек Даня. – А вообще, у меня серьезные планы. Я просто предупреждаю тебя.

– Мы столько времени не общались, а теперь у тебя планы?

– Опять ты за свое. Все меняется, верно?

– Я не могу поверить в это. Я не могу поверить тебе, – призналась я.

– Я докажу, – пообещал он. И вдруг невпопад проговорил, тихо и тепло: – Ты красивая.

А мне против воли снова захотелось поцеловать его, но уже не в щеку. Это был странный порыв, но такой сильный, что я замерла, неотрывно гладя в его лицо, на которое падали небрежные каштановые пряди. И он тоже замер, перехватив мой взгляд. Между нами звенела тишина. И беззвучно разбивались на осколки небеса – одно за другим. Нас тянуло друг к другу с немыслимой силой, о которой еще полчаса назад я и помыслить не могла, а по рукам пробегала слабая дрожь предвкушения. Я. Хочу. Поцеловать. Этого. Человека. И пусть потом хоть мир рухнет к нашим ногам.

– Даня, – прошептала я, чувствуя себя заколдованной принцессой. А чем иначе я могла объяснить странную тягу к этому человеку, который попортил мне так много крови?

– Что, солнце? – Его голос был хриплым.

Солнце… Меня никто и никогда так не называл.

Даня коснулся моих губ большим пальцем, провел по ним с какой-то отсроченной нежностью, дочертил невидимую линию на моей коже до кончика подбородка и снова склонился ко мне. Так, что наши губы едва соприкасались. Он не хотел давить, хотя с трудом сдерживался. Он снова давал мне выбор, целовать его или нет. Я сама должна была решить. Я, не он.

И я решила. Мои пальцы оказались в его волосах. Чуть помедлив, я притянула Даню к себе. И смело поцеловала. Это было не просто прикосновение губ к губам – мне нужен был не детский, наивный поцелуй, а поцелуй взрослый, обжигающе горячий, с обещанием чего-то большего. Это была моя попытка доказать ему, что я взрослая девочка. Что нет больше той маленькой Даши, которая ничего не понимала, даже саму себя. Что нет больше потерянных взглядов, мыслей о том, где и с кем он, переживаний, обид и ревности. Что есть я, Даша. Которая доверилась ему, выбрала его и хочет понять, на что он способен. Которая может заставить его сходить с ума. Которая требует любви.

Я целовала Даню без осторожности и боязни сделать что-то не так. Целовала его в горячие губы, ловя прерывистое дыхание и наслаждаясь каждым мгновением. Целовала с каким-то болезненным напором, требуя отдачи, и видела звезды – клянусь, я тут же упала во Вселенную, цепляясь за его плечи. А он беспорядочно гладил меня по спине, запускал пальцы в волосы, то пропуская сквозь них мои пряди, то слегка натягивая их, дотрагивался до моего лица, прижимал к себе. Я снова чувствовала слабый аромат хвои, как тогда, на выпускном. И снова была готова на все, не понимая, то ли он моя слабость, то ли моя сила.

Не знаю зачем, но вдруг я дотронулась губами до его шеи, оставляя влажный след, и чуть прикусила кожу, чувствуя, как напряглись его мышцы.

– Дашка, – услышала я его хриплый шепот, и желание быть с ним вспыхнуло во мне с новой силой. Прорвалось сквозь все заслоны, которые я ставила.

Он подхватил меня на руки и прижал к стене, снова завладевая моими губами, беря на себя инициативу, даря свое солнце… Мы оба не могли сдерживаться. Мы оба падали в нашу общую Вселенную. А она неслась вперед, рассекая космическое пространство и расширяясь.

…После взрыва Вселенная продолжает расширяться и охлаждаться. Она должна остывать, чтобы частицы материи группировались вместе. Образуются звезды, темная материя, планеты. Они собираются вместе, чтобы образовать галактики.

Возможно, с любовью может быть точно так же – чтобы образовалась Вселенная двух душ, чтобы создались истинные связи между сердцами, должен наступить период охлаждения между влюбленными.

Сердцебиение, дыхание, наслаждение – все стало общим. И безумие – тоже. А как иначе я могла назвать то, что с нами происходило? Поцелуй-безумие, поцелуй-катастрофа. Поцелуй, который украл мое сердце. Но это безумие длилось не больше минуты-двух. А потом я вдруг услышала, как открывается лифт, и отстранилась от Дани, подумав, что это могут быть родители: дверь в квартиру до сих пор была открыта. Однако это оказались не они, а наша соседка с собачкой. Она подозрительно посмотрела на нас – Даня все еще держал меня на руках, – поздоровалась и скрылась в своей квартире со словами:

– Ох, как же быстро растут дети… Еще вчера орали под окнами…

– Даша. – Даня хотел снова поцеловать меня, но я отвернулась, испугавшись того, что натворила.

– Ты что со мной делаешь? – тихо спросила я, пытаясь унять разгоряченное дыхание.

– А ты? – задал он встречный вопрос.

– Сама не знаю, как это вышло. Проставь меня, пожалуйста, на пол.

Он осторожно опустил меня, но одна его рука продолжала лежать у меня на талии – я чувствовала ее тепло сквозь тонкую ткань топика.

– Чувствуется моя школа, – заметил довольно Даня. – Хотя навык улучшился. Знаешь, от тебя срывает голову – и тогда, и сейчас.

– Я чувствую себя дешевкой, – вдруг призналась я. – Недавно целовалась с одним, теперь – с другим. Боже.

Мои ладони закрыли лицо. Но Даня убрал их.

– Все в порядке. Это называется выбор. Но если тебе будет легче – это я виноват, что допустил случившееся.

– Наш поцелуй?

– Ваш поцелуй. – Эти слова слетали с губ Дани с неохотой. – Я опоздал, да?

– Еще немного – и точно опоздал бы, – ответила я и убрала с его лба волосы. Я мечтала об этом жесте несколько лет. Глупая, конечно, мечта, но… она наконец осуществилась. Я могу касаться его волос.

– Когда ты так говоришь, я понимаю, что у меня все еще есть шанс. – В его глазах лучилась улыбка. А потом вдруг он глянул на наручные часы и нахмурился. – Черт. Мне пора.

– Куда? – удивилась я.

– На подработку. Не хочу уходить от тебя.

А мне не хотелось его отпускать.

– Что ж, если пора… А что за подработка?

– Девчонкам о такой не говорят – пацаны теряют баллы крутости в их глазах, – ухмыльнулся он и обнял меня на прощание, поцеловав в висок и уткнувшись носом в распущенные волосы. – Кстати, сколько лет этим духам? – задал Даня странный вопрос.

– Каким духам? – изумилась я.

– Клубничным, – отозвался Даня. – Не меняй их, они классные.