Проклятые судьбы - Сюзанна Валенти

и Полярный Гребень Кестрианских герцогов, были проверены, чтобы обнаружить в них сохраняющуюся силу огня Феникса. Чаша, которой, как считается, более трех тысяч лет, все еще мерцает пламенем Феникса, когда наполняется водой, а Полярный Гребень, как полагают, защищает ее владельца от ментального вторжения. Эти предметы также практически не износились за все года своего существования. И после тщательного тестирования считаются неразрушимыми.

— О-о-о, — проворковала София. — Как работает магия?

— Здесь ничего не сказано. — Я надулась, переворачивая страницу.

— Подожди, что это? — Тори перевернула страницу обратно, ткнув на небольшую аннотацию, которая, должно быть, была написана предыдущим владельцем. Я прищурилась, поднося страницу ближе, чтобы попытаться прочитать каракули, написанные от руки.

— Тепло со звездной пылью. Проникать. Ковать. Круто, — прошептала я и взволнованно посмотрела вверх.

— Это инструкции, — сказал Диего с благоговейным видом.

— Ну, кто бы это ни написал, он не получит награду «Инструкции года», — сказала Тори. — Кому вообще нужна неразрушимая чашка?

— Хорошая мысль, — сказал Диего. — Мне бы не помешали какие-нибудь неразрушимые ботинки, если ты хочешь сделать что-нибудь из этого? — Он указал на свои черные ботинки, с которых свисали подошвы.

— Клянусь звездами, Диего, — засмеялась София, опускаясь на колени, чтобы наложить на них фиксирующее заклинание, чтобы они были как новенькие. — Почему бы тебе просто не купить новые?

— Спасибо. — Он просиял, когда она поднялась на ноги. — Мои родители не……ну, я думаю, может быть, они забыли отправить деньги на мой счет в этом месяце. И последний…

Тайлер внезапно набросился на Софию сзади, небрежно поцеловав ее в щеку и обняв за плечи.

— Я только что видел, как ты отсасывала своему бывшему, София?

София ткнула его локтем в живот, и он захрипел сквозь зубы.

— Я починила его ботинки, идиот.

— Хорошо, но если тебе нравится дурачиться с Диего, может быть, мы втроем как-нибудь повеселимся? — предложил Тайлер, и мои губы приоткрылись, что было ничем по сравнению с тем, как сильно отвисла челюсть Диего.

— Не будь ослом, Тайлер. — София закатила глаза. — Если мы собираемся сделать это снова, давай постараемся не впутывать в это моего бывшего. Без обид, Диего.

— Без обид, — сказал Диего, его щеки стали свекольными, когда он отвел взгляд от них двоих.

— Подожди. Снова? — Тори расспрашивала Софию с ухмылкой на лице, и я не могла удержаться от смеха.

София хихикнула, махнув рукой, когда Тайлер засунул язык за щеку.

— Это дело Пегасов, — невинно объяснила София.

— Мы все еще работаем над главным жеребцом в нашем табуне, — сказал Тайлер, как будто это прояснило ситуацию. — Как только я выиграю, София захочет быть полностью моей. Но в то же время… — Он пожал плечами. — Жеребцы должны делать то, что они должны делать.

— И что именно? — Тори скрестила руки на груди, не позволяя им уйти безнаказанными.

Щеки Софии начали двигаться по тому же пути, что и у Диего, когда она снова игриво толкнула Тайлера.

— Не стесняйся, это просто обычай нашего Ордена, — поддразнил Тайлер, его кожа начала мерцать. — Мне очень нравится работать, чтобы произвести на вас впечатление. Скажи им.

— Ну… — София заправила прядь светлых волос за ухо. — В стаде, которое мы сформировали, я могу летать быстрее всех, и мой рог намного больше и блестящий, чем даже у Лизелль, и, по-видимому, это означает, что я очень плодовита, так что… парни прямо сейчас соперничают за мое внимание.

— И я наравне с Брутом и гребаным Давросом, — сказал Тайлер, пожимая плечами.

— Но вы же пара? Тебя это не беспокоит? — Я спросила его.

— Нет, — сказал Тайлер. — Я планирую надрать всем им задницы и стать Домом.

— Домом? — нахмурилась я.

— Главный самец, — гордо сказал он, а затем уткнулся носом в Софию. — Как ты думаешь, детка, я когда-нибудь буду править стадом?

— Хм, ну, я думаю, что сейчас я так хорошо справляюсь сама, что, возможно, нашему стаду не нужен Дом, — поддразнила она. — Хотя из тебя мог бы получиться хороший напарник.

— Мне вроде как нравится быть твоим сабом, — прошептал он ей на ухо, как будто мы не стояли прямо там.

— София, ты на восемьдесят процентов более извращенна, чем я бы о тебе подумала, — засмеялась Тори.

Она снова хихикнула, махнув рукой, чтобы отпустить ее, но теперь она никого не обманывала.

— Чоп — чоп — в класс, давай! — позвала профессор Зенит, входя внутрь, и мы начали входить в здание вслед за ней.

Мы поднялись на большом лифте в обсерваторию на верхнем этаже, и я посмотрела на сверкающую звездную карту над нами. Мы заняли места в конце зала, как обычно. Зенит всегда пыталась усадить нас на странные стулья, расставленные в передней части зала специально для нас, но, поскольку Тори была Несчастлива, она не настаивала на этом. Она просто рыдала всякий раз, когда видела Тори вблизи, и отводила ее в дальний конец комнаты, как будто оказывала ей величайшую любезность. В каком-то смысле так оно и было. Но рыдания были неуместны.

Когда все расселись по своим местам, все взгляды упали на Зенит, когда она положила руки на подиум в центре обсерватории. Ее плечи вздрагивали, а голова была наклонена. Я бросила хмурый взгляд на Тори как раз перед тем, как Зенит громко фыркнула, а затем перевела взгляд на звезды над нами.

— Сегодня мы будем обсуждать… — Она глубоко вздохнула, как будто пыталась сдержать свои эмоции. — Брачные узы, — тяжело выдохнула она, и все взгляды в комнате устремились на Тори, заставив ее неловко поерзать на стуле и вызвав защитное рычание из моего горла.

— На наших предыдущих занятиях мы обсуждали такие узы, как Союзники Туманности, Астральные Противники и… и… — ее голос дрогнул, и она издала жалобный всхлип, который эхом разнесся по комнате. Я взглянул на Тори, закатив глаза, и она на самом деле ответила мне веселой улыбкой.

— Психованная, — одними губами произнесла я.

— Чокнутая задница, — согласилась она.

— Элизианские пары! — взвыла Зенит. — И к-конечно, мы все знаем самые у-ужасные последствия о-отказа от такой с-связи сейчас б-больше, чем когда-либо. — Она громко высморкалась в носовой платок, и