Убойная секретарша! - Янина Логвин

Женька погладила рукой свое плечо и на секунду опустила взгляд. Но снова подняла. Она так редко видела парня, но знала каждую черточку его лица.

– Я знаю, тебе было жалко нас, – продолжила тихо и взволнованно. – Ты приходил и всегда что-нибудь приносил. Пирожные, которые мы не могли себе купить, или учебники для меня. Придумывал причины, чтобы помочь. Ты стал нашей семьей, а потом пропал. И я не знаю, почему так вышло, что у Гели ты есть, а у меня тебя нет.

– Давай я принесу чай.

– Нет! Пожалуйста, Марьян, не надо! – Женька шагнула и коснулась запястья парня, и это прикосновение обожгло обоих. Но она тут же выставила руки, остановив его. – Не надо, – попросила, – иначе я не скажу, струшу, а я очень хочу тебе сказать! Даже если мы больше не увидимся, и я останусь в твоей памяти малолетней дурочкой.

– Женька, это не так!

– Мой первый поцелуй был ужасным. Я не видела тебя почти год, и наверняка ты даже не вспоминал обо мне. Эта мысль убивала, наверное, поэтому я решилась. А потом ревела и ненавидела тебя. Потому что ты где-то был, кого-то любил, и тебе не было до меня никакого дела. А потом в выпускном классе всё повторилось, и это снова был не ты. Сегодня девчонки позвали меня в клуб на вечеринку, и один парень сказал мне, что я давно ему нравлюсь…

Женька попробовала улыбнуться, глядя в зеленые глаза Марьяна, но не вышло. И было больно говорить, но молчать и вовсе невыносимо.

– Давно… – горько выдохнула она. – Что он знает о сроках, правда?.. Мы с ним знакомы всего пару месяцев, а тут вдруг внезапные чувства и предложение: «поехали ко мне, я дома один. У меня к тебе всё серьезно». И за руки хватает так, что не усомниться, еще как серьезно. «Ты уже делала это раньше, детка? Хочешь попробуем?»

Женька перевела дыхание и неловко одернула платье. Произнесла тише:

– Теперь я знаю, что шепчут парни на ухо, когда хотят переспать. Но дело не в этом, я просто ушла. А в том, что я вдруг поняла… что если бы согласилась с ним уйти, то сделала бы это назло тебе, даже если ты обо мне не помнишь…

– Я помню о тебе всегда, Женя. Каждый день.

– Тогда почему ты меня бросил?

Желваки на лице Марьяна дернулись, а губы сухо раскрылись.

– Женя, мало приятного в том, чтобы вдруг осознать, что тебя клинит на девчонке, которой едва исполнилось пятнадцать. Да так клинит, что слепнешь. Еще сопливой школьнице, когда ты сам уже закончил университет. А она словно ищет прикосновений, не понимая, с чем играет.

– Тебе было всего двадцать два!

– Уже двадцать два. И я много чего успел узнать и увидеть. А тебе только предстояло взрослеть. Заводить друзей, узнавать людей и искать себя. Да Ангелина бы меня убила, если бы поняла, что я хочу тебя уже тогда! Я бы потерял вас обеих…

Марьян натужно сглотнул, растянув воротник футболки.

– Помнишь, Женька, ты предложила мне дружить? Это меня добило.

Женя кивнула.

– Помню. Но я тоже это чувствовала, Марьян! Просто не знала, какими словами назвать. Наверное, тогда это прозвучало смешно, но ты нравился всем подружкам Гели. Я не могла до вас дотянуться по возрасту и очень боялась тебя потерять. Ты прав, я не могла предложить большего, и ты просто ушел.

– Ты была такая юная и наивная, а я хотел всё. Это было бы жестоко по отношению к тебе, Жень. Я бы тебя сломал своей любовью, и никто бы не защитил.

Женька качнула головой, но сказать ничего не смогла. Только губы задрожали и в глазах встала пелена.

– Я знаю, что смазливый, но это просто факт. Ты могла влюбиться, а повзрослев, понять, что ошиблась. Тебе еще столько всего предстояло, я не мог у тебя отнять право на ошибки. Я уже тогда знал…

– Что знал, Марьян?

– Что люблю тебя, и если получу, уже не отпущу. Я бы и дольше ждал… или остался один.

Парень подошел к девушке и коснулся ладонью ее щеки у виска. Провел пальцами по шее, плечу, очень внимательно рассматривая, и вдруг, закрыв глаза, прижал к себе. Женька расплакалась. Стукнула в крепкое плечо парня кулачком.

– Я тебя ненавижу, Суббота!

– Есть за что.

– Я тебя…

Но договорить не вышло, Марьян нашел губы девушки и накрыл своими. Жадно припал к Женьке, крепче прижимая к себе.

Этот поцелуй не был похож на прошлые. Он был настоящим, волшебным, от которого трепетало сердце и сжималась душа. И папа, решивший невовремя заглянуть в спальню к сыну, чтобы спросить номер такси, получил от жены подзатыльник, а в прихожей, когда прикрыл дверь, еще один.

– Ку-уда? Совсем ум отшибло, Сашка! Там Марик с девушкой!

– Ну, Катюш, я ж не знал, – виновато пролепетал мужчина. – Ты сказала, что сестра младшая. Я думал, ей лет тринадцать…

– Не знал он! Балда! Выросла уже девочка!.. И если мы сейчас быстро не соберемся и не исчезнем, то не видать нам свадьбы и внуков. Понял?

– Ага! Я мигом!

– И не греми чемоданом! Я только губы накрашу и выходим!.. Ой, Сань, она такая хорошенькая…

– И зачем ей наш жук-отшельник понадобился?

– Вот еще раз так скажешь, и я с тобой разведусь!

Но двое в спальне этой суматохи не заметили. У Женьки кружилась голова и шумело в ушах, когда губы разъединились, а взгляды встретились.

Они снова долго смотрели друг на друга, а потом Марьян распустил волосы девушки, поцеловал её и сказал, очень сосредоточенно пропуская русые пряди сквозь пальцы.

– Женька, ты понимаешь, что не будет встреч? Ты просто будешь со мной. С этой минуты и навсегда.

– Я хочу быть с тобой!

– Я терпеть не могу вечеринки. Твоя сестра говорит, что в моем теле живет старый зануда. И знаешь, она права, но я попробую что-то исправить.

– Гелечка никогда в тебе не ошибалась, и я тоже знаю, с кем хочу быть и с кем взрослеть. Путешествовать, строить планы и с кем просыпаться. Не нужно ничего исправлять, Марьян. Я не хочу больше ошибаться и набираться опыта. Зачем это мне, когда все другие – не ты? Всегда будут не ты!

Женька улыбнулась и счастливо обняла парня. Привстав на носочки, поцеловала его в щеку, в губы, в нос. Заявила уверенно, заставив Марьяна рассмеяться:

– Я тебя никому не отдам, Суббота! И никуда не уйду! Я так по тебе скучала!

– Женька, неужели