Бесконечный октябрь - Алексей Анатольевич Стравинский

— Видимо, теперь ему станет совсем скучно. Больше ведь никто не потянет его на всякие авантюрные приключения по борьбе с нечистыми силами, — последние два слова он произнес на легком смехе. — Вот к чему привело всё это. Забавно. Жаль, что ни сынок, ни его папаша и понятия не имели, что на самом деле значат эти слова. Будь бы всё иначе — я мог бы поиграться с ними немного дольше.

— Не льсти себе. Ты всего лишь дефект природы, — отрезала Яника.

С его лица в один миг исчезло искреннее злорадство. Ему определенно не понравилось услышанное.

— Дефект природы? Пожалуй, ты права, но, видишь ли, будь бы я при жизни хорошим мальчиком, не стал бы я таким вовсе. И не было бы меня здесь с вами уже очень давно.

— Было бы очень хорошо, но не расстраивайся сильно. Мы предоставим тебе такую возможность, хочется тебе этого или нет, — Яника берет Гвида его же собственным оружием. Другого оправдания её поведению у меня нет.

— Верните мне книгу, и я пообещаю вам и всем вашим близким легкую и быструю смерть.

— Боюсь, что ты больше никогда её не увидишь, — на тот раз заговорил я.

На лице незваного гостя начала появляться агрессия. Кажется, что нам удалось раскачать его изнутри. Надеюсь, что это выльется в нашу пользу.

Вероятно, что он хотел продолжить разговор, но к нам вернулась моя мама. Его лицо вновь облачилось в лицемерную маску радости и счастья.

— Какая же радость-то! — продолжила мама. Она направилась к плите. — Сейчас будем пить чай! Возражения не принимаются!

— Никаких возражений и быть не может! Я вам помогу! — подскочила Яника.

— Нет, что ты, девочка моя. Отдыхай! Я сама всё сделаю.

— Ну что вы! Я совсем не устала! Позвольте! — Яника взяла из рук мамы чашки. — Мне совсем не трудно! Да и когда я последний раз могла поухаживать за всеми вами? Присаживайтесь!

Мама посмотрела на Янику одобрительным и довольным взглядом.

— Хорошо, Яника. Тогда я тем временем нарежу пирог! Как кстати я его приготовила!

— Славно! А я как раз рассказывал Аксею о том, как вкусно у вас пахнет. Я даже был готов спорить, что у вас на кухне есть свежая выпечка.

Я сделал невозмутимое лицо.

— Ну, вероятно Аксей хотел вас разыграть! Он чувствует запах моих пирогов за километр. Как только я его испеку — он всегда первый на кухне!

— Как это мило! — фальшиво улыбнулся в ответ Гвид, но мама этого не почувствовала.

Яника подошла к столу с чашками. Гвид нежно принял из её рук горячий чай.

— Благодарю, — сказал он, легко приклонил голову.

— На здоровье, — брякнула Яника через плечо.

Она поставила остальные чашки на их законные места и вновь уселась за стол.

— А вот и пирог! — мама поставила на стол блюдо с выпечкой. — Угощайтесь!

— С превеликим удовольствием! — протянул каждую букву Гвид.

Попробовал кусок пирога, Гвид закрыл глаза, и одобрительно закивав головой.

— Как вкусно, как же вкусно, — послышалось сквозь его чавканье.

Отложил пирог в сторону, он попробовал чай.

— Какой приятный букет! Неужели чай собственного сбора?

— Ох, как вы догадались? — удивилась мама.

— Крайне необычный для обычного чая вкус, — задумчиво сказал Гвид.

— Вам нравится?

— Ещё и как! Прекрасный чай! — бодро ответил он маме.

— Ох, как я рада!

— В таком случае я приготовлю ещё! — не менее бодро произнесла Яника.

У меня скоро случиться помутнения рассудка. Яника и Гвид ведут себя так, будто они очень хорошие давнишние друзья. Я знаю, зачем и почему каждый из них это делает, но, тем не менее, мой разум не может так легко принять всё происходящее. Я стараюсь поменьше говорить, дабы не терять от того концентрацию и внимание на других вещах.

— Давайте я положу вам ещё пирога, — не дожидаясь ответа, мама отправилась за его очередной порцией.

Гвид в очередной раз перевел свой взгляд на меня. Сейчас он явно блаженствует от хода игры. Всё идет так, как ему и нужно. Пора что-то предпринимать. Нужно попытаться выпроводить маму. Любопытно посмотреть, как в таком случае поведет себя Гвид. Допустит ли он это или же нет? Как бы там ни было, время вновь не на нашей стороне. В планах Гвида в игре есть финишная прямая, а за ней черта, которая всё ближе и ближе и нам нужно начать действовать раньше, чем это сделает он. Нельзя допустить первого шага с его стороны.

— Подержи, пожалуйста, — Яника внезапно повернулась к Гвиду и буквально сунула ему в руку вилку, второй конец которой она почему-то держала через прихватку.

Мир вокруг замер! Яника продемонстрировала своё превосходство над всеми собравшимися сегодня в этом доме. Я буквально проснулся ото сна. Впервые за все эти долгие, холодные, темные и мрачные дня я почувствовал переполняющую меня уверенность! Яника, какая же ты молодец! Как хитро и аккуратно ты всё провернула!

Я услышал шипение. Я знал, что это звук горящей кожи, но я не сразу понял, как это могло случиться с Гвидом, который, как и мы, практически неуязвим. Я мигом осознал каждое движение, каждое слово Яники на кухне. Она подлила Гвиду в чай именно тот отвар, который лишил его и нас вместе с ним всех его сил и защитных механизмов. Она специально злила его для того, чтобы он потерял бдительность, и она смогла провернуть затеянное незаметно для его глаз. После этого она решила проверить, начало ли действовать снадобье методом горячего железа в его руке. Сама она взялась за вилку через прихватку только для того, чтобы не показать Гвиду то, что она может чувствовать боль. Лишь убедившись в том, что Гвиду так же горячо, как и ей, она успокоилась.

Кажется, что до самого Гвида всё дошло в последнюю очередь. Он определенно шокирован! На его лице отчетливо читается паника! Он просто шокирован! Все его планы и амбиции рухнули по щелчку пальцем.

Время начало набирать прежнюю скорость. Мама повернулась к Гвиду, пытаясь ему помочь. В этот миг я бросаюсь на него через весь стол. Яника оттаскивает маму в сторону, дабы обезопасить её от мерзавца. Я схватил его за те же самые длинные волосы, которые подвели его и в этот раз. Он закричал. Новоиспеченное чувство боли поприветствовала его в очередной раз. Краем глаза я увидел уходящих из кухни маму и Янику. Теперь-то я знаю, что делать. Я залажу сверху на неприятеля и начинаю щедро посыпать его ударами. Он только и