Правило Диксона - Эль Кеннеди

О Боже.

Мы на улице. Тёплый летний ветерок окутывает нас, щекоча мои раскалённые щеки. Шейн проводит членом по моей попе, к месту, которое жаждет его. Я крепко кусаю губу, чтобы не закричать, когда кончик проникает внутрь меня. Шейн издает звук, к моему удовольствию. Задыхаясь.

— Будь тихим, или нам придётся остановиться, — дразню я.

Это заставляет его укусить меня за плечо. — Ты даже не представляешь, насколько это невероятно. Ты намочила мой член.

Он прав, я действительно намочила. Это первый раз, когда мы занимаемся сексом без презерватива, и я такая мокрая. Всё в этот момент меня заводит. Ночной воздух. То, что мы находимся на улице. Для прохожего может показаться, что мы просто стоим на балконе, с Шейном за мной. Возможно, любуемся звездами.

Только я знаю, что половина его члена застряла внутри меня.

Он отходит назад, пока только кончик его члена не остаётся у моего входа. Затем с таким же ленивым движением он снова продвигается вперёд, дюйм за дюймом. Он делает это один раз, дважды, дюжину раз. Это мучительно. Темп — чистое мучение. Я хочу просто прижать свою попу к нему и трахнуть его жёстко и грубо, но когда я пытаюсь оттолкнуться назад, он вонзает пальцы в мою левую ягодицу в знак протеста.

— Не двигайся. Просто стой здесь и принимай это.

Это должно меня разозлить, но нет. Я хочу принять это. Я хочу стоять здесь и позволить ему трахнуть меня. Быстро, медленно, как он хочет.

Его губы снова у моего уха. — Поверь, я смогу довести тебя до оргазма.

Я прикусываю внутреннюю сторону щеки. Мне трудно поддаться ему, потому что я знаю своё тело лучше, чем он. Я знаю, что мне нужно.

Но я ошибаюсь. Шейн тоже знает, что мне нужно. Он доказывает это, слегка подталкивая меня вперед, так что я оказываюсь прямо перед одной из вертикальных реек.

— Согни колени немного. Его руки всё ещё на моей попе. Его член всё ещё внутри меня.

Когда я делаю, что он говорит, он толкает меня вперед, и мой клитор касается рейки.

Я стону.

— Диана, — предупреждает он.

— Извини. — Я тяжело сглатываю.

О Боже. Теперь, каждый раз, когда он толкается, происходит лёгкое давление на мой клитор от рейки. Это переходит от мучения к чистому избиению. Моё сердце бьётся слишком быстро. Я даже не слышу свои мысли больше. Хотя это не имеет значения. В моей голове осталась только одна мысль, и это больше, больше, больше.

Он даёт мне это, отступая назад, а затем наполняя меня почти до предела, поворачивая бедра каждый раз. Я слышу, как его дыхание учащается. Он даже не касается меня руками. Его руки на перилах по обе стороны от моего тела, его пальцы рядом с моими сжатыми кулаками.

Мой клитор пульсирует. В следующий раз, когда он прижимается к перилам, я начинаю ощущать нетерпеливое жжение желания. Это самый дерзкий секс в моей жизни. Я хочу двигаться быстрее, но он попросил довериться ему, чтобы он довел меня до конца, и я подчиняюсь. И вскоре он начинает двигаться внутри меня длинными, глубокими толчками. Я чувствую, как оргазм вот-вот прорвётся на поверхность. Если он будет двигаться чуть быстрее, всего чуть-чуть быстрее...

— Привет.

Я замерзла. Шейн полностью остановился.

Внизу Дэйв и Марни идут по дорожке, держась за свои теннисные ракетки.

Сейчас? Сейчас они решили пойти играть в теннис?

Хорошо, корты освещены до полуночи, и они семья теннисистов, так что это не совсем нехарактерно. Но всё равно.

— Прекрасная ночь, да? — говорит голос Шейна с хриплым оттенком.

— Великолепная, — подтверждает Дэйв.

— Что вы вдвоем делаете? — весело спрашивает Марни.

Я занимаюсь сексом в данный момент, почти выкрикиваю я.

Я не могу решить, это самое неловкое, что со мной когда-либо происходило, или самое сексуальное. Моё дыхание учащается. Член Шейна погружен внутри меня. И эта пара стоит внизу, беседуя, как будто я не собираюсь получить оргазм перед ними.

— Диана и я спорили о том, является ли это поясом Ориона или случайным скоплением звезд. — Он указывает вверх. — Я думаю, что это случайное скопление. Она уверена, что это пояс Ориона.

Дэйв и Марни натягивают шеи к тёмному небу.

Я думала, что это уловка Шейна, чтобы дать ему возможность вытащить свой член, но он этого не делает. Он остаётся внутри меня. Его рука незаметно скользит по моей бедру. Я дрожу. Я мягко двигаюсь назад против него и слышу приглушённое проклятие.

— Нет, прости, Диана, это не пояс Ориона, — подтверждает Дэйв. — Ты проиграла.

Нет, думаю я, я выиграла. Потому что, черт возьми, это так хорошо.

— В любом случае, может быть, мы сможем сыграть в паре когда-нибудь, — говорит Марни с яркой улыбкой. Она держит свою теннисную ракетку.

— Да, конечно, — легко отвечает Шейн.

— Замечательно. В любом случае, наслаждайтесь остатком вечера, — говорит она, и затем они медленно уходит, слишком медленно для моего комфорта.

Когда они уходят, Шейн обвивает руками мою грудь и отводит нас назад в квартиру. На этот раз он закрывает дверь на балкон.

— Ты злодей, — обвиняю я. — Думаешь, они знали?

— О, они не имели ни малейшего представления. Они самая невежественная пара, которую я когда-либо встречал в жизни. Плюс, я не думаю, что они помнят, что такое секс. Я слышал, как Дэйв рассказывал Ральфу в спортзале, что у них мёртвая спальня.

— Ой, это печально.

Он выглядит так, будто пытается не рассмеяться. — Можем прекратить говорить о том, что у Дэйва и Марни нет сексуальной жизни, и сосредоточиться на том, что я сейчас внутри тебя?

— О, верно. Я забыла. — Я улыбаюсь невинно.

Это приводит к тому, что он шлёпает меня по попе. Он толкает меня к дивану и сгибает так, что я лежу попой на подлокотнике.

— Извини, детка. Это будет быстро.

— Это нормально, — говорю я и хватаюсь за одну из подушек дивана, когда он снова начинает меня трахать.