Исцели мое сердце - Александра Дорогова

Оливия рассказала новость о том, что остаётся жить с отцом. Оказывается, мать Лив собиралась вместе с новым мужем переехать в другую страну. Оливия наотрез отказалась уезжать, и судья учёл её желание остаться с папой. Матери пришлось смириться с этим решением, взяв обещание с дочери, что они часто будут созваниваться по видеосвязи. А вот отчим Лив не очень-то и расстроился.

Теперь у Оливии появился шанс свободно ходить в художественную школу. Правда, сейчас во всех заведениях поблизости свободных мест не было. Но Майкл обещал приобрести машину к концу лета, и если потребуется, будет возить её.

— Давай я поговорю со своими преподавателями. Может, они сделают для вас исключение? — предложила Белла.

— Спасибо, — улыбнулась Оливия.

Джессика поведала о знакомстве с двоюродной бабушкой. У подруги горели глаза от радости, когда она рассказывала о ней. Бабушка Лу оказалось доброй и милой. К их приезду женщина приготовила целый шведский стол. Мисс Тейлор расстроилась, узнав о смерти Уильяма. Она даже не успела сказать ему спасибо за воссоединение с племянниками.

— У неё такой классный дом. Настоящие хоромы, — сказала Джессика. — Она хочет, чтобы ты приехала в августе.

— Я? — удивилась Белла. — Но почему?

— Она ещё и спрашивает, — проворчала Джессика. — Ты не чужая нам. Твой папа воссоединил мою семью.

Белла улыбнулась.

— В первый день мама и бабушка Лу говорили всю ночь. Мама никогда столько не плакала.

— Джесс, я так рада за вас! — Белла обняла подругу.

Они так сидели, пока не принесли заказ Беллы. Девчонки обсудили всё что можно, и перешли к тому, для чего собрались. Оливия и Белла уже не раз замечали странности за дедушкой с бабушкой. Джессика тоже жаловалась на родителей. Она рассказала, что им что-то не даёт покоя. Выяснить, что именно, Джессике так и не удалось.

— В среду видела, как дедушка разговаривал на повышенных тонах с мужчиной, — сказала Оливия. — Я спросила его, кто он, но дедуля лишь фыркнул, обозвав того человека нехорошим русским словом.

— Мне Женя звонит каждый час и спрашивает, всё ли в порядке, — произнесла Белла. — Не понимаю, почему они вдруг всполошились и стали меня оберегать.

— Нам нужно всё выяснить, — заключила Джессика. — Попробую поговорить с папой, может, он расскажет.

Девушки понимали, что им нужен план, чтобы всё узнать. Они стали сопоставлять события последних дней, но в голову ничего не шло.

— Блин! — Джессика нечаянно пролила на себя кофе, оставив след на блузке.

Она начала торопливо затирать, но сделала ещё хуже. Джессика вздохнула, вышла из-за стола и направилась в дамскую комнату. Когда она вернулась, сообщила, что теперь с таким пятном не выйти на улицу. Белла сняла свой пиджак и протянула его подруге. Та благодарно приняла вещь.

— Ладно, мне пора, — сказала Белла. — У меня встреча с Заком, а потом я навещу Женю.

Евгения лежала в больнице. Каждый день Белла её навещала, ожидая появление сестрёнки на свет. Жене было уже тяжело передвигаться, но на прогулки она шла с удовольствием. Правда, в последние дни дожди нарушали все планы, и Белла, чтобы актриса не скучала, принесла «Войну и мир» — любимое Женино произведение. Белла тоже читала «от и до» несколько раз: один в переводе и два в оригинале. Читать про войну было тягостно, а вот любви Белле показалось в книге мало. Но всё-таки она считала, что русская классика — это великое наследие и русским повезло с ним.

Белла и Джессика вышли вместе. Оливия осталась ждать отца, чтобы вместе поехать выбирать квартиру. Майкл больше не желал злоупотреблять добротой Жени.

Подруги вместе вышли в безлюдный переулок. Путь через него был короче. Вечером без освещения здесь ходить было нежелательно, но сейчас был день, и ничто им не могло угрожать.

— В субботу у меня, — напомнила Джессика.

Белла кивнула и направилась в противоположную сторону. Она подошла к перекрёстку, остановилась, чтобы достать наушники, и поняла, что ключи от дома остались в пиджаке. Она улыбнулась и побежала обратно догонять Джессику, надеясь, что та ушла не очень далеко.

Выйдя за угол, обратно к переулку, Белла увидела страшную картину: двое крупных мужчин пытались затащить подругу в машину. Реакция Беллы была мгновенной. Она кинулась на одного из них с сумкой.

— А ты ещё кто?

— Некогда рассуждать. Хватай её тоже, пока никто не заметил. Потом решим, что с ней делать, — сказал другой.

Он схватил Беллу, и как она ни сопротивлялась, он был сильнее.

— Ну что ты с ней копаешься!

Мужчина, который был выше, резко подошёл к Белле и мгновенно приложил тряпку к носу. Прежде чем потерять сознание, Белла успела вытащить из волос заколку и бросить на землю.

— Что застрял? Быстрее, там кто-то идёт!

Беллу затолкнули в машину, а затем автомобиль скрылся с места.

* * *

Евгения стояла у окна и наблюдала за происходящим по ту сторону больницы. Тёплая июльская погода дарила будущим мамам время, чтобы немного прогуляться. А кого-то уже встречали счастливые отцы. Евгения слегка улыбнулась, понимая, что у неё такого не будет. Если кто и захочет встречать её, так это будут родители Уилла. Она была очень благодарна Марте и Дэниэлю за их поддержку и помощь. Они были хорошими людьми и даже заменяли родителей, по которым Женя скучала.

Иногда хотелось всё бросить и вернуться в Россию, но Женю останавливала одна лишь мысль о Белле. Забрать её с собой актриса не могла. Здесь семья, друзья. Здесь школа и будущий университет. Здесь кафе, где она проводит много времени, и мечта, к которой она стремилась. Здесь, в конце концов, похоронены Уильям и Мелинда. В России Беллу ничего не держало, а Женю здесь. Почти.

Она уже стала известной, её узнавали на улицах, за ней следили СМИ и писали статьи — чаще всего ложные. Но Евгения знала, что уже всем сердцем полюбила Нью-Йорк и людей, которые в нём живут. К тому же эта страна — родина отца будущего ребёнка.

— Тише, малышка. Не пугай мамочку, — произнесла Евгения, тихонько поглаживая живот. — Ещё рано.

Женя улыбнулась очередному пинку. В последнее время малышка была чересчур активной. Ложные схватки не понравились врачу, и он решил, что лучше понаблюдать за Женей, и её госпитализировали.

Палата, которую выделили для Евгении, была одноместной, со всеми