Злой лжец - Фейт Саммерс

Прежде чем он успевает сделать следующий вдох, Массимо вонзает ему нож в бедро. Лукас кричит, и этот звук пронзает меня насквозь. Он смотрит на Массимо, словно не может поверить в то, что он только что сделал. Я тоже не могу, и у меня такое чувство, что его пытки только начались.

Лукас хнычет, и очевидно, что он не знает, насколько безжалостными могут быть эти ребята. Он, должно быть, думает о том, какими они были детьми. До этого еще годы.

Это касается и меня.

Я отпускаю руку Доминика и шагаю вперед. Я делаю шаг за шагом и направляюсь к моему дорогому дяде, и я не останавливаюсь, пока не оказываюсь прямо рядом с ним.

Я не знаю, что на меня нашло, но я поднимаю руку и бью его по лицу так сильно, что его тело сотрясается. Еще один удар, и кровь хлещет из его носа. Схватив его за лицо, я впиваюсь ногтями в его щеки, и он бьется в цепях.

— Твои слова ничего не значат для меня. Как ты смеешь говорить со мной? — рычу я. — Как ты смеешь смотреть на меня? Ты ублюдок. Это конец твоего пути, Лукас.

Я отпускаю его лицо, и страх, который наполняет его глаза, заставляет меня торжествовать.

Я отступаю, и Доминик хватает меня.

— Мне нужны ответы, — говорю я ему, и он кивает.

— Тогда давай выпьем, — говорит он и смотрит на Массимо.

— Почему были убиты Уильям и его жена? — спрашивает Массимо Лукаса.

— Думаешь, я тебе что-нибудь скажу? — выплевывает Лукас.

— Кори. — Массимо поворачивается к Кори. — Кажется, наш гость не совсем понимает, что его пытают. Давай перейдем на следующий уровень.

Щелчком пальцев Кори нажимает кнопку на приборной панели, и следующее, что я помню, — это как по телу Лукаса проходит электрический разряд.

Я думала, как они заставят его говорить. Увидев это, я думаю, он будет молить о смерти задолго до того, как они с ним закончат.

Тело Лукаса продолжает содрогаться после шока. Он кричит, и слезы текут по его щекам, смешиваясь с кровью.

— Еще раз, — говорит Массимо. — Почему были убиты Уильям и его жена?

— Иди на хуй.

Массимо снова щелкает пальцами, и через тело Лукаса пролетает еще один разряд электричества.

Один и тот же сценарий повторяется дважды, и я почти верю, что Лукас умрет.

— Пожалуйста… отпустите меня. Не убивайте меня, — умоляет он, меняя тон.

Никто не отвечает. В комнате наступает тишина, которая посылает ледяные щупальца страха по моему позвоночнику. Я сжимаю кулаки по бокам и упираюсь ногами в землю, когда понимаю, что наблюдаю эту сцену пыток уже больше десяти минут, и она не повлияла на меня. Я не знаю, что это говорит обо мне или что изменилось в моем сердце, но все, на чем я сосредоточена, — это узнать правду. Я так сильно хочу узнать правду, что это ответ на то, как далеко я готова зайти, чтобы ее получить.

— Еще раз, почему умерли Уильям и его жена? — спрашивает Массимо, игнорируя мольбу о пощаде.

Лукас поднимает голову и смотрит на него. Его борьба закончилась.

— Уильям… — начинает он, и мое дыхание замирает. Он собирается заговорить. — Уильям узнал, что я делаю с его женой. Он хотел уйти с работы, которую мы делали, и он знал, что единственный выход — разоблачить нас. Он проник в мой офис и сделал копии файлов. Они были у него на чипе. Это бы стоило мне работы и всего, над чем я работал.

— Рад видеть, что мы на правильном пути. Что это была за работа? — Массимо бросил на него опасный взгляд.

— Торговля людьми. Уильяму нужны были деньги для погашения долга.

Я закрываю глаза и заставляю себя не кричать. Так это была правда. Торговля людьми. Вот во что ввязался папа. Не могу поверить, что мы говорим об одном и том же человеке.

— Что вы делали с его женой? — требует Массимо.

— Я сказал ей, что она может помочь оплатить долги, продав свое тело. Тобиас положил на нее глаз.

— Это был не только он, правда! — кричу я. Он не рассказывает историю правильно. Я не хочу, чтобы он что-то упустил. — Ты тоже. Это все было чушью, чтобы ты мог добраться до нее. Ты был влюблен в нее. Все это было из-за нее и того, что ты сделал, когда она не могла тебя любить. Вот почему ты пришел за мной.

По моей щеке течет слеза, и Доминик обнимает меня.

— Это правда, Лукас Риччи? — спрашивает Массимо.

— Да. Это правда.

Конечно, это было правдой. То наказание, которое он мне дал, было и для мамы. Она знала, что он делает со мной, и никто из нас не мог это остановить. Я часто заставала ее плачущей в ранние часы утра после того, как он уходил. Я знала, что она плачет из-за меня. Плачет, потому что не может меня защитить.

— Что дальше? Что ты сделал дальше? — Массимо задает вопрос так, будто уже разобрался. Поскольку я еще не разобралась, я ловлю каждое чертово слово.

— Я рассказал боссу, что сделал Уильям, но я так и не сказал ему, что мне удалось украсть у него чип. Мужчины пошли, чтобы забрать чип и убить его, его жену и его ребенка.

Вот он. Ответ. Дядя Лукас спланировал все это событие, которое разорвало мой мир на части. Он все это подстроил.

— Это был ты… — бормочу я, и он смотрит на меня. Возможно, он впервые за двадцать лет смотрит на меня и напоминает что-то близкое к человеку.

— Замечательно. А теперь скажи мне, кто такой Ричард Фенмуар. Твой босс. Я знаю, что он Кинг, и ты работаешь на него. Скажи мне, кто он на самом деле.

По ошеломленному выражению лица Лукаса я вижу, что он не ожидал этого вопроса. Он выглядит, если возможно, хуже всего, просто услышав это.

— Нет… Я не могу тебе этого сказать. Пожалуйста, я не могу, — умоляет Лукас.

— Скажи мне, — кричит Массимо. — Скажи мне, черт возьми, или я порежу тебя и разорву на части. Все эти долгие годы ты был на заднем плане, дергая за ниточки и позволяя нашим врагам прийти за нами. Мой отец мертв. Это заканчивается здесь, Лукас Риччи.

— Пожалуйста, пощадите меня. Пожалуйста. Он убьет меня, если я вам скажу. Вот почему я не мог позволить Уильяму забрать файлы и разоблачить нас. Он собирался разоблачить и