Очарованная - Бет Чиотта

Сказать, что он был озадачен, значит ничего не сказать. Все время между пылкой встречей, больницей и полицейским участком Мерфи с Лулу выясняли свои отношения.

— Что значит, ты не можешь этого сделать?

— Мы не можем, — пискнула Лулу сквозь слезы, которые снова в три ручья хлынули из ее глаз. — Я не могу поехать с тобой. Я не могу переехать жить к тебе.

— Объяснись, Лучана, в чем проблема?

— Во мне.

Этот диалог имел место четыре дня назад.

Каждая минута шла за год.

Мерфи сидел в пабе «У Чарли» и вертел в руках стакан. Это лучше, чем сидеть дома и горевать над своей участью. Он не мог войти в кухню без того, чтобы в памяти не возник образ Лулу, жонглирующей продуктами. Не мог слушать диски из коллекции мотаун, не слыша, как она подпевает, перевирая слова. Он был не в силах забыть ее, спящую в его постели. Уже три ночи кряду он спал на диване.

Спину ломило. Голова болела. Сердце истекало кровью, как сбитое на дороге животное.

— Привет. — Боги устроился на табурете рядом.

Мерфи вскинул бровь. На следующий же день после окончания операции Боги выбросил свой прикид парня из Южной Филадельфии, сменив его на темный костюм с галстуком, — ну прямо настоящий спецагент, ни дать ни взять. Правда, сегодня на нем были «ливайсы» и фланелевая рубашка с длинным рукавом — его стандартный осенний комплект… в нерабочее время. Хвостик смотрится неплохо. Это если ты рок-звезда или один из пацанов Фабио.

— Когда ты сбреешь эти свои гнусные усы и растительность под губой?

Боги поскреб подбородок.

— Вообще-то я подумываю отпустить бороду.

— Твоим это не понравится.

— Когда я в отпуске, им по фигу, как я выгляжу.

— Ты берешь отпуск? — Мерфи почти не сомневался, что имя брата в толковом словаре можно с полной уверенностью включить в статью «трудоголик».

Боги пожал плечами.

— Лучше уж добровольный отпуск, чем принудительный. — Он подал знак бармену. — Виски. Неразбавленное.

— То, что ты не вычислил психа, сыграло роль?

— Да, психиатр я хреновый.

Томас, самый лучший работник паба, принес виски. Боги хотел было заплатить, но Мерфи отмахнулся от его денег.

— За счет заведения.

— Смотри, брат, пожалеешь. — Боги опрокинул стакан и снова подвинул его Томасу. — Повторить.

Операция «Жестянка с леденцами» прошла успешно. При имеющихся в распоряжении ФБР уликах Поли с его подельниками светил немалый срок. Сумасшедший Сол, издевавшийся над женщинами, умер от полученной раны. Боги, он же Коломбо, устранил опасного маньяка и помешал распространению партии «экстази» на миллионы долларов. Специальный отряд ФБР, включая Боги, нанес сокрушительный удар по организации Фальконе.

И все же брат печалился об одном, что он не в силах был уладить. О Джульетте Марчелле. Узнав о его обмане, женщина бросилась во все тяжкие, стала искать утешения в доме Винсента Фальконе, пытаясь заглушить горе наркотиками и алкоголем. Боги не смог бы ей помочь, даже если б очень захотел, а он этого действительно хотел.

— Может, этот… так называемый отпуск пойдет тебе на пользу, — сказал Мерфи, чувствуя еле сдерживаемую досаду брата. — Человек может жить среди подонков лишь до тех пор, пока это окружение не начнет разрушать его сущность.

— Тебя это вроде не касается.

— В последнее время нет, — ответил Мерфи. — Я сплю довольно спокойно. — Он потер сведенные мышцы шеи. — Или по крайней мере это было так, пока в моей жизни присутствовала Лулу.

— А что случилось с принцессой?

— Если б я знал!

— Пробовал поговорить с ней? Мерфи ухмыльнулся.

— А ты как думаешь? — Он водил пальцем по краю своего стакана. — Сейчас она занята ремонтом дома. Больше всего пострадали их с Софи спальни. Она попросила у бабушки разрешения самой начать предварительные работы. Не хотела омрачать ей медовый месяц. Можешь себе представить? Вив, по словам Софи, от этой идеи была не в восторге. Хотела быть рядом со своими девочками. Но Лулу и слушать ничего не пожелала.

Боги улыбнулся:

— Упрямая девчонка!

— Не отвечает на мои звонки, — пожаловался Мерфи. — Все, что мне известно, известно от Софи. Я спросил ее, не знает ли она, почему Лулу меня сторонится. И она ответила утвердительно.

— Но секрета сестры не выдала. — Точно.

Боги отодвинул в сторону стакан, жестом попросив бармена снова его наполнить.

— У тебя на сей счет имеются хоть какие-то соображения?

— Наверное, это эпизод с Солом Фальконе ее подкосил.

— Ее можно понять. У парня были не все дома. Самый большой секрет семьи Фальконе. Его брат и дядя долгие годы скрывали так называемые «очищения» своего родственника. Как это я его вовремя не раскусил.

Мерфи пожал плечо брата.

— Не переживай по этому поводу, старик, выбрось из головы. Ты профессионал, но ты же не ясновидящий, чужие мысли читать не умеешь. — Мерфи покачал головой. Его мысли были целиком и полностью заняты Лулу. — Я почти уверен, что ее проблемы коренятся глубже. Это не просто потрясение от встречи с маньяком. Она сторонница мирных решений, а ей пришлось проткнуть ножницами человека. А потом ты убил этого придурка прямо у нее на глазах.

— Так ему и надо.

— Кто спорит? По-моему, дело в том, что она не может принять мой мир. Со всей этой атмосферой секретности. И безобразием.

Боги погладил усы.

— От чего бы ты смог отказаться ради этой женщины? Мерфи почувствовал, как защемило в груди. От чего бы он отказался?

— У тебя есть запас на черный день. У тебя есть «У Чарли». — Боги окинул взглядом битком набитый посетителями паб. — Ведь это местечко приносит кое-какой доход, правда?

— Верный и постоянно растущий. — Это было еще одним капиталовложением Мерфи. Если он и научился чему-нибудь у своего родного отца, так это заботиться о своем будущем. Поэтому назвать заведение именем папы было для него естественным.

— Ну так брось ты эту работу, свою команду. Учись по-другому получать свою долю адреналина.

— Мне не придется этому учиться. Я знаю, что меня заводит. — Кудрявый эльф, который бежит по жизни, щеголяя розовыми кроссовками и сумочкой «пудель». К сожалению, и кроссовки, и сумочка сгинули в пожаре.

— Ну и чего ты тогда сидишь, киснешь над своим разбавленным скотчем? С каких это пор ты уклоняешься от встречи лицом к лицу? Кто ты такой, и куда подевался мой брат?

Мерфи не избегал прямого разговора, встречи лицом к лицу. Он давал Лулу время прийти в себя. Хотя вынужден был признать, что его терпению пришел конец. Впервые за долгие дни Мерфи наконец улыбнулся.