Очарованная - Бет Чиотта

Жан-Пьер сжал его плечо. У него был взгляд человека, умудренного жизнью.

— Я простил тебя в тот момент, как только ты вошел в мою комнату и я увидел твои измученные глаза, заяц. Дело не в неверности. Главное — это доверие и уважение к чувствам другого.

Руди кивнул:

— Ты не доверяешь мне. Понимаю.

Жан-Пьер печально улыбнулся.

— Как это может быть, что ты, такой тонкий психолог, когда это касается других людей, не понимаешь, что происходит с тобой? Это тебе не хватает доверия. Поверь в меня, в нашу любовь. Ты даже не позвонил мне, чтобы дать знать, что ты не валяешься где-нибудь мертвый на дороге. Ты предпочел избежать прямого разговора. — Голос и взгляд Жан-Пьера смягчились. — Это тебе не хватает решимости, чтобы разобраться во всем, что так тебя страшит. Наверное, тебе не стоит искать ответы на свои вопросы в книгах, лучше слушай свое сердце.

Руди пристально посмотрел на Жан-Пьера. У него в горле стояли слова, которые он так давно хотел ему сказать, но он по-прежнему оказался не в силах их выговорить. Он проклял свою неуверенность, и на глазах у него выступили слезы.

— Если вдруг на тебя снизойдет озарение, ты знаешь, где меня искать. — Жан-Пьер бросил поверх его головы взгляд на Афию, улыбнулся ей, помахал рукой и расцеловал Руди в обе щеки, пожимая ему руку. — Прощай, заяц.

Глядя вслед проходящему через контроль к выходу на посадку Жан-Пьеру, Руди пережил тысячу смертей.

— Нет, не «прощай», — прошептал он. — А до новой встречи.

— Ты уверена, что не хочешь, чтобы я отложила поездку? Лулу улыбнулась сестре:

— Уверена. — Зачем откладывать неизбежное? Она знала, что Софи все равно вырвется отсюда, это только вопрос времени. Сестра стремилась сделать карьеру и прославиться. А где искать успеха, как не в Голливуде? — Ты в любом случае уедешь в Лос-Анджелес, и мне спокойнее, когда Жан-Пьер с тобой рядом. Что, если друг сможет свести тебя с нужными людьми?

— Да, все зависит от того, с кем водишь знакомства. Лулу пожала плечами:

— Печально, но факт. Однако у тебя преимущество — ты молода, красива и талантлива.

Софи рассмеялась:

— Ты только что охарактеризовала три четверти женщин, посещающих голливудские кастинги.

— Да, но ты не похожа на других. — Лулу очень надеялась, что Соф скоро обретет счастье и душевный покой.

— Ты моя сестра. И судишь предвзято, но все равно спасибо. — Софи протянула руку и дернула Лулу за косичку. — Кстати, раз уж речь зашла о тех, кто не похож на других. Как ты? Обещай, что больше не будешь волноваться и забудешь сумасшедшего маньяка.

Лулу закатила глаза, пытаясь придать неприятному для нее разговору более легкое звучание.

— Которого? Софи ухмыльнулась:

— Сама знаешь. Которого ты ударила ножницами. Который приходит к тебе в ночных кошмарах.

Щеки Лулу вспыхнули.

— Это нелегко, я борюсь, и мне кажется, постепенно начинаю забывать об этом.

— Энтони сказал то же самое. Он клянет себя на чем свет стоит за то, что оказался слепым болваном. Лично я на седьмом небе от счастья, что он ничего не знал о наркотиках. Хорошо, что он наконец окончательно порвал со своей полоумной невестой. — Софи склонила голову. — Кстати, обещай мне, что наладишь отношения с Мерфи. Если бы кто-то смотрел на меня такими глазами, какими он смотрит на тебя…

— А Джо? — Лулу не могла думать о Мерфи. Только не сейчас, когда она прощается с другим близким ей человеком. Софи с Жан-Пьером переезжали в Калифорнию, Вив — во Флориду. Печаль Лулу была почти невыносима.

Софи выгнула бровь.

— А что?

— Ну, мне показалось, мне пришло в голову, что, возможно…

— Забудь об этом. Я буду счастлива, если никогда больше не увижу этого надменного нахала.

— Ну раз так, — отозвалась Лулу, которая все же осталась при своем мнении.

Софи устремила взгляд вдаль, провела языком по губам.

— Давай не будем тянуть волынку, Лу. Я терпеть не могу слезливых прощаний. — Она крепко обняла Лулу, поцеловала в щеку и поспешила на контроль. — Я тебе позвоню, когда доберусь.

Глаза застилали слезы. Лулу подняла руку и помахала удалявшейся Софи.

— Я люблю тебя.

— Я тебя тоже, тигренок.

Его голос стал для нее слаще меда, теплее солнечного света. По телу в предвкушении встречи пробежал трепет. Лулу обернулась и оказалась лицом к лицу с Мерфи. Ее сердце дало сбой, на секунду замерло, а потом сорвалось и безудержно понеслось вперед. Они не виделись всего четыре дня. А казалось, прошла вечность.

— Я подумал, что должен сказать тебе это громко вслух, еще раз, если слова «ты, и никакая другая» прозвучали для тебя слишком тихо.

Лулу, потеря в дар речи, схватилась за горло. Она почти перестала слышать шум аэропорта, а мельтешение окружающей жизни слилось в одно расплывчатое пятно. Лулу увидела в отдалении Руди, Джейка и Афию. Они помахали ей рукой, а затем, как хорошо сплоченное трио, вышли через главный вход, оставив ее наедине с принцессой Очарование и ее давшим трещину сказочным романом.

Мерфи держал в руках сверток, большую квадратную коробку, обернутую розовой в белый горошек бумагой с роскошным розово-пурпурным бантом.

— Я кое-что тебе купил.

Онемев, Лулу стояла и глупо таращила на него глаза, в то время как вихрь переполнявших ее эмоций кружился в ней со скоростью торнадо.

Мерфи взял ее под локоть и повел к ряду пустых кресел.

Лулу опустилась на одно из них, пока ноги не отказали ей совсем.

Мерфи устроился рядом, положил подарок ей на колени и с улыбкой стал наблюдать, как она возится с упаковкой.

Трясущимися руками Лулу сняла крышку и, не веря своим глазам, уставилась на содержимое.

— Сумочка «пудель».

— Очень сложно было найти такую. Софи подсказала мне отправиться в магазин игрушек.

Лулу, наморщив лоб, отвела глаза в сторону. Значит, Софи знала, что он придет?

— Мне следовало спросить у тебя размер твоей обуви. Лулу развернула подарок до конца. Розовые кроссовки.

— Вот их найти оказалось намного проще.

Другой купил бы шоколадные конфеты или розы. Бывший морской пехотинец, неустрашимый телохранитель обошел все магазины в поисках сумочки «пудель» и розовых кроссовок. Его забота так поразила Лулу, что она лишилась способности соображать что-либо и не могла вразумительно сформулировать свою мысль. Пожалуй, можно начать со спасибо. Но даже это слово наглухо застряло у нее в горле.

Мерфи завладел ее ладонью и погладил большим пальцем костяшки ее руки.

— Я люблю тебя, Лучана. И никогда не смогу тебя забыть. Я никогда и никого не любил так искренне и всем сердцем, как тебя.