Рождество каждый день - Милли Джонсон

– Спасибо, Бен, – сказала Бридж, принимая от него две посылки. Большая – для Мэри, поменьше – для себя. Адрес, похоже, был написан одной и той же рукой. – Ты придешь выпить вина в пятницу?

– Увы, мне придется отказаться. – Бен вздохнул с заметным сожалением. – Я иду на пантомиму. Моя племянница – настоящий танцующий цветок, и это последний вечер выступлений. В другой раз.

– Хотела бы я, чтобы ты был моим дядей, – ответила ему Бридж, имея в виду именно это. – И, конечно, ты можешь рассчитывать на вино с дополнительными процентами в следующий раз, когда будешь свободен.

– Я свободен завтра. Китайский банкет у меня. Я плачу, – бросил он через плечо.

– У нас свидание, – сказала Бридж, и от имени Мэри тоже.

Куда бы он ни шел, он, казалось, оставлял за собой отпечаток улыбки, словно Чеширский кот, подумалось Мэри. Каким же благословением было то, что он так и не влюбился ни в кого, а значит, не испытывал осложнений, связанных с тоской по второй половинке, с которой мог бы провести свою жизнь.

– Интересно, от кого это, – задумалась Бридж, отпирая входную дверь.

– Понятия не имею, – ответила Мэри. Ее посылку перенаправили со старого адреса.

Они отнесли их на кухню, сели за чай со льдом и стали разворачивать.

В посылке Бридж лежала черная коробка. Когда она отклеила бумагу, то увидела выведенное белыми заглавными буквами название «Шанель».

– Что за черт? Кто мне это прислал?

Коробка Мэри была гораздо больше, белой, с черной окантовкой по краям, с черной надписью «Шанель» посередине.

Мэри и Бридж смотрели друг на друга в одинаковым выражением растерянности.

Бридж убрала крышку с коробки; внутри, завернутый в ткань, лежали шарф от «Шанель», который она узнала, и сложенная записка. Она прочитала ее вслух.

Моя дорогая Бридж

Мне очень жаль, но я вынужден сообщить тебе, что мой дорогой Чарли покинул нас. Он умер в тот день, когда мы все покинули Фигги Холлоу. Просто уснул и не проснулся. Как ты можешь себе представить, было очень много дел. Его похороны состоятся в церкви Таквитта, где мы поженились, 25 января в 11 утра, и я надеюсь, что ты сможешь присоединиться к нам. Какое-то время мы были семьей, шестеркой из Фигги Холлоу, не так ли? Что за счастливое Рождество у нас было! Самое лучшее.

Чарли настаивал, чтобы я подарил тебе этот шарф. Он сказал, что ты будешь выглядеть в нем прекрасно, как настоящая королева, которой ты и являешься. Он так хорошо разбирался в людях. Я постирал его, но брызнул на него его одеколоном для тебя.

Будет горько и приятно снова увидеть тебя 25-го числа. Я очень надеюсь, что ты сможешь прийти. Дресс-код: черный и потрясающий.

С любовью,

Робин (и Чарли) хх

Бридж благоговейно поднесла платок к носу. Ноты кедра и лаванды перенесли ее в гостиницу, где она сидела у огня, потягивая глинтвейновый сидр, ела пирожки с рубленым мясом и слушала на заднем плане болтовню радио Брайана. Она сложила платок и убрала его в коробку, не желая мочить его слезами.

– Он умер тогда, – произнесла Мэри с долгим протяжным вздохом. – Я надеялась, что он проживет еще долго.

Она вытерла глаза кусочком бумажного полотенца.

– Я рада, что он ушел спокойно, – сказала Бридж. – Правда. И, конечно же, я пойду на похороны. Я отвезу нас.

«Наш дорогой Чарли», – подумала она.

– Открой свою посылку, Мэри.

Показались море папиросной бумаги и прямоугольный черный пакет в ней с двойной буквой С на замке. Челюсть Мэри отвисла и не смогла подняться.

– Это великолепно! – восхитилась Бридж. – Каким же он был милым.

Мэри открыла сопроводительную записку, ее пальцы дрожали от волнения.

Моя дорогая Мэри

Мой дорогой Чарли уже покинул нас, но он настаивал на том, чтобы у тебя осталось это на память о нем. Он купил ее для своей матери, которая никогда ей не пользовалась, но ставила ее на туалетный столик и часто смотрела на нее, как на сокровище.

И именно поэтому сейчас сокровище переходит к другому сокровищу. Но есть условие: ты должна всегда носить ее со всей наглостью, на которую только способна, – Чарли очень настаивал на этом. Он полюбил тебя за то время, что знал, как и я.

Похороны Чарли состоятся в церкви Таквитта 25 января в 11 утра. Пожалуйста, постарайся прийти. Также – предупреждаю, – возможно, я скоро воспользуюсь своим рождественским подарком от тебя и позвоню тебе, так как мне очень нужен ободряющий голос друга. Твое присутствие 25-го числа – одна из немногих вещей, которых я буду ждать с нетерпением. Дресс-код: черный и гламурный.

С любовью,

Робин (и Чарли) хх

Она перевернула сумку и поняла, как, вероятно, чувствовала себя мать Чарли. Она могла бы с удовольствием поставить эту сумочку на туалетный столик и смотреть на нее часами. Должно быть, она стоит целое состояние.

– Я не могу принять ее, – сказала она. – Это слишком много.

– Нет, ты можешь, – твердо сказала Бридж. – Чарли хотел, чтобы ты получила ее и наслаждалась ей. Для него. Такую вещь не нужно прятать, наоборот, ты должна выставлять ее напоказ. Ведь он сам хотел подарить ее тебе. Я надену свой шарф на похороны, а ты должна взять свою сумку. Если это не вписывается в дресс-код, то ничто не впишется.

– Ты действительно думаешь, что я должна, Бридж? – спросила она.

– Абсолютно, – заявила Бридж.

Чарли был явно неравнодушен к Мэри. А кто нет? Бридж бы очень хотела в том же возрасте напоминать ее: признающую свою ценность, смелую и компетентную, но при этом сохраняющую мягкость.

– Тогда я оставлю ее.

Бридж подошла к холодильнику и достала бутылку шампанского. Она всегда держала там бутылку для подходящего случая. Когда-то давно она считала это признаком роскоши, и теперь она могла себе позволить.

Она разорвала фольгу, скрутила проволоку, накрыла грибообразную пробку чайным полотенцем, чтобы та не выстрелила и не разбила один из ее дорогущих стеклянных светильников.

– Мы поднимем тост за Чарли, – сказала она, взяв два фужера и наполняя их.

– За Чарли.

Они чокнулись, выпили и ощутили, как пузырьки побежали внутри них.

Бридж не отрывала глаз от Мэри, пока та пила; она изменилась даже за то короткое время, что пробыла здесь. Мэри сбрасывала прежнее «я», словно кожу. Завтра она собиралась проконсультироваться с парикмахером Бридж, Рассом. После этого они обе решили отправиться по магазинам. Мэри сказала, что ей нужна совершенно новая одежда, соответствующая ее новой жизни: она планировала купить что-то яркое, что вытащит ее из тени.