Стервы большого города - Кэндес Бушнелл

— Как фамилия тренера? — поинтересовалась женщина, преисполненная решимости помочь.

«Тренера?» — подумала Венди.

— Не знаю.

— Вы все можете узнать в офисе. Идите по этой дорожке. Контора за углом.

— Спасибо.

Венди обогнула конюшню, и тут ее чуть не сбил гольф-карт. В нем ехали две женщины в козырьках, прикрывающих глаза от солнца. Карт со скрежетом остановился, и женщина, сидевшая за рулем, высунула голову.

— Венди? Венди Хили?

— Да, — отозвалась Венди, подходя к ним.

— Я Нина. А это Черри. — Нина указала на свою спутницу. — Вы не помните нас? Наши дети ходят в школу Сент-Мэри-Элис вместе с вашими.

— Здра-а-авствуйте, — проговорила Венди, как будто только сейчас узнала их.

— Рада вас видеть. — Нина, высунувшись из карта, порывисто обняла Венди, словно вновь обретенную подругу. — Что вы здесь делаете?

— Моя дочь покупает пони…

— А кто ее тренер? — спросила Черри. В ушах у нее висели усыпанные крупными бриллиантами серьги. — Марк Уиттлес? Он лучший. Надо, чтобы при покупке вас сопровождал Марк…

— Я точно не знаю… Только что вернулась со съемок. Из Румынии, — добавила Венди, надеясь, что это все объяснит.

— Боже мой, какая у вас замечательная жизнь! — воскликнула Нина. — Мы с Черри всегда говорим, что это нам нужно было делать карьеру вместо мужей.

— Меньше труда, — согласилась Черри, а Нина, говорившая с легким южным акцентом, хрипло рассмеялась. Нина из тех женщин, решила Венди, которых нельзя, не любить, даже если тебя совсем не устраивает их образ жизни. — Дорогая, — Черри с удивлением смотрела на Венди, — а где ваш гольф-карт?

— Гольф-карт? Я не знала, что он нужен.

— Здесь все так далеко… Вы же не собирались идти пешком? — спросила пораженная Черри.

— Я не знаю точно, где они, — призналась Венди. — Я уезжала, а потом мой телефон…

— О, дорогая, не волнуйтесь из-за этого. Мы постоянно теряем наших мужей и детей! — воскликнула Нина, прерывая объяснения Венди.

— Так оно даже лучше, — добавила Черри. Эти слова вызвали новый взрыв смеха.

— Давайте сначала съездим на конюшню Марка, — предложила Нина. — Запрыгивайте. Мы подвезем вас.

Венди положила свои вещи в металлический контейнер сзади.

— Господи! — удивилась Черри. — Вы, часом, не из Румынии их привезли?

— Вообще-то да. — Венди забралась на заднее сиденье.

— Вы преданная мать, — заметила Черри. — Когда я возвращаюсь из Европы, муж и дети знают, что я три дня пролежу в кровати. Смена часовых поясов.

— Дорогая, да у тебя смена часовых поясов происходит и от подъема на гору Аспен.

Черри по-девчоночьи передернула плечами:

— Такая уж я нежная.

Венди улыбнулась, жалея, что не может разделить их веселья. Нина и Черри очень милые, но совсем другие. Своими трепещущими ноздрями (вероятно, результат исправления носа в начале восьмидесятых, подумала Венди; неприятно теперь узнавать определенные операции по специфическим ошибкам пластической хирургии) и высокими стройными фигурами они напоминали породистых скаковых лошадей. Эти женщины казались абсолютно беззаботными, да и какие у них заботы? У них богатые мужья, и даже если они разведутся, то получат достаточно денег, чтобы никогда не работать… На что, интересно, это похоже? Венди откинула голову назад. Видимо, бесконечно приятно. Неудивительно, что они такие славные. Наверное, в их жизни никогда ничего такого не происходит… И вспомнив о неотвратимой уже встрече с Шоном, Венди крепче вцепилась в бортик карта.

— Кстати, — сказала Нина, — ваш мальчик — Тайлер? — просто очарователен.

— Да, правда, — кивнула Венди. Теперь, когда она наконец поняла, что увидит детей, ее охватила радость.

— А ваш муж Шон такой приятный, — подхватила Черри. — Мы всегда говорим, как вам повезло с мужем, способным заменить мать. Каждый день он забирает детей из школы. Большинство мужчин говорят, что хотят это сделать, но дай им возможность, они оказываются абсолютно беспомощными.

— Мой так и не научился раскладывать прогулочную коляску, — заметила Нина.

— Мы считаем, что вы своего хорошо воспитали, — кивнула Черри. — И всегда гадаем, в чем же заключается ваш секрет.

Если бы они знали правду, с горечью подумала Венди.

— Ну, пожалуй, мне просто повезло, — рассеянно проговорила она.

— Мы приехали! — весело воскликнула Нина, указывая на выкрашенную белой краской конюшню с позеленевшей медной крышей. Перед входом находился огороженный круг, в нем были расставлены разноцветные препятствия. В центре круга каталась на светло-сером пони молодая женщина в черном шлеме наездника. В стороне стояли Шон и Магда, разговаривая с высоким молодым человеком с безупречными, как у киноактера, чертами лица, с другой стороны расположились Тайлер и Хлоя, их держала за руки няня Гвинет.

— Это Шон, — заметила Черри. — А это Марк! Отлично, значит, вы у Марка. Тогда не волнуйтесь, вы в надежных руках. — Она с улыбкой повернулась к Венди.

— Шон, дорогой! — позвала Нина. — Мы привезли вам подарок! Вашу жену!

Венди вышла из карта, и женщины, помахав руками в кольцах, укатили прочь.

Венди стояла — саквояж в одной руке, чемодан на колесиках в другой, — думая, что, наверное, похожа на беженку.

Семья смотрела на нее. Никто, видимо, не знал, что делать.

«Веди себя нормально», — приказала себе Венди. Но что значит — нормально? Она поставила саквояж и сделала приветственный жест:

— Здравствуйте…

— Мама! — театрально закричала Магда, как будто ее кто-то резал. На ней были коричневые брюки-стрейч с манжетами, на ногах маленькие сапожки на шнуровке. — Ты приехала!

Она неуклюже побежала к Венди, протянув руки. «А Магда полновата, — встревожилась Венди. Под белой блузкой угадывались животик и две маленькие, слабо различимые выпуклости грудей. — Я должна купить ей лифчик. Завтра же. — Венди чувствовала себя невыносимо виноватой. — Я ничего не скажу про ее вес — она сбросит его, девочка просто растет». Она раскинула руки и обняла дочь, уткнувшись носом в ее волосы, от которых пахло сладким потом, и подумала, что матери, наверное, могут определить своих детей по одному запаху.

— Я так счастлива видеть тебя! — воскликнула Магда.

И тогда Тайлер, словно решив, что это безопасно, понесся к Венди, разведя руки и выписывая круги, как аэроплан. Маленькая Хлоя начала стучать по краю ходунков, требуя, чтобы ее вынули.

— Вот и она. — Няня Гвинет подняла Хлою. — Вот твоя мама. Наконец-то. — И она улыбнулась Венди испытующе и встревоженно.

Венди посмотрела на Шона, желая убедиться, что он в полной мере оценивает значение данной сцены. Тот покорно улыбнулся, и Венди, отвернувшись, наклонилась к Тайлеру.