Единственная Миллиардера - Валерия Ангелос

– Мне опять хочется спать, – Лика закусывает нижнюю губы, напрягается и мотает головой. – Вот просто глаза слипаются. Тот препарат действует долго? Я думала, что уже все прошло.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Это стресс, – ловлю ее взгляд. – Не волнуйся. Сейчас ты понимаешь, что находишься в безопасности, поэтому пошел откат.

– Наверное, – рассеянно кивает.

Подаюсь ближе к ней, накрываю губами висок. Чувствую, как нервно стучит пульс. Шумно втягиваю воздух.

Лика вздрагивает.

– Глеб, следи за дорогой, – бормочет.

Вижу, что она успокаивается. И я тоже спокоен, когда она рядом. Пока едем в больницу, перед глазами мелькают кадры того, как я ее искал. Рычал. Зубами скрежетал. Задыхался от ярости. Едва контроль держал.

Дорогу от Воронцова до мачехи помню слабо.

Я гнал на предельной скорости. Жалел, что нельзя разорвать заумного уебка на куски. Сейчас – нельзя. Сегодня. Придет и его очередь.

Я вызвал своих лучших людей. Отдал нужные распоряжения. Место было легко вычислить. Хватило беглого взгляда на список собственности моей мачехи. А дальше оставались только технические вопросы.

Воронцов сказал, что те крутые спецы, которые помогли все это провернуть, сами готовы сдаться. Поняли, как далеко зашли и хотят исправить ситуацию. Но я не собирался никого брать в плен.

Мачеха делала вид, будто ей не страшно. Старалась как могла. Еще и права качать пыталась.

Блядь. Я никогда не сражался против женщин. Но тут был близок к тому, чтобы сделать исключение.

– Без меня ты ее не найдешь, – заявила она. – Дай мне гарантии безопасности. Мне и моим сыновьям. Тогда я скажу, где твоя… хм, невеста. Времени мало. Девушка там совсем одна.

Я даже ничего не стал отвечать. Не собирался тратить время на обсуждения. По ее взгляду сам убедился в том, что правильно вычислил секретный ход. А вообще, я уже знал. Я же заполучил план от архитекторов.

Эта гадина сильно ошиблась, когда решила, будто может меня шантажировать. Особенно через Лику.

Но я допускал, что такой план ей на ум пришел не просто так. Воронцов везде наследил. Ублюдок вполне мог подстроить и это, причем настолько ловко, что мачеха посчитала его идею своей собственной.

Надо проверить, знакомы ли они. Встречались? Общались? Хоть раз пересекались? Нужно добраться до правды.

А пока главное – освободить Лику.

Я приказал отвести мачеху к чертям. Двинулся в подземелье сам. Летел по гребаной лестнице и ступени под ногами не ощущал.

Быстрее. Еще быстрее. К ней. Внутри только одно – найти и защитить мою Лику.

Ворвался в комнату, а там пусто. Чуть не сдох от такой картины. Не понимал, как мог проебаться.

Куда она пропала? Где?

Озирался и охуевал от такого расклада.

Все сходилось четко. И слова Воронцова. И куча уебков, которых мы вокруг особняка поймали. И реакция моей мачехи, когда я без чужой помощи нашел тайный ход. Других вариантов не существовало.

Лика должна быть здесь.

И запах. Сука, ее запах. Никогда не перепутаю. Ни с кем. Запах тут повсюду. Смятое покрывало. Она точно была тут.

Блядь, почему сейчас ее нет?

И тут тихие шаги. Осторожные. Мягкие. Едва различимые. Кровь по моим вискам шуровала так, что я с трудом их слышал. Но черт, каждый из этих шагов отбивался глубоко внутри. Я уже дышать боялся. Боялся спугнуть. Развеять.

Тонкая фигурка показалась в дверном проеме.

И как я не заметил, что тут есть еще одна комната?

Моя девочка выскользнула оттуда. Посмотрела прямо в мои глаза. Глянула так, что нутро обожгло огнем.

– Лика! – выпалил и бросился к ней.

Как одержимый целовал. Обнимал. Прижимал. Только потом себя под контроль взял. Впереди еще много дел, которые надо решить.

Теперь уже легче пойдет. Но расслабляться рано.

Мы подъезжаем к больнице. Осмотр проходит быстро. Врач уже нас ждет. Сразу берут все необходимые анализы. Первые результаты получаем под конец визита.

– Ребенку ничего не угрожает, – говорит врач. – Часть тестов будет готова только к утру, но волноваться не о чем. Я уже вижу, угрозы нет.

Смотрю на Лику. Она выдыхает с облегчением. Ее глаза вспыхивают ярче, а губы складываются в спокойной улыбке.

Вижу, что больше не переживает.

Отлично. Можно отвезти Лику домой.

+++

Меньше всего тянет возвращаться к мачехе, но я должен сам озвучить ей приговор. Лично. Без посредников.

Пусть она четко понимает, за что ответит и как.

– Глеб? – вскакивает с кресла, едва увидев меня в комнате. – Наконец-то, ты пришел. Как бы не складывались наши отношения, предлагаю забыть про это досадное недоразумение и…

Блядь. Серьезно? Недоразумение? Прямо словечко в стиле Воронцова. Перед глазами сразу всплывает этот скользкий гад.

– Мы же все равно одна семья, – продолжает мачеха и развивает речь на тему того, как нужно дать шанс на сближение.

Пиздец.

– В точку, – усмехаюсь. – Мы семья, поэтому я готов на компромисс.

– Глеб, – она растягивает губы в фальшивой улыбке. – Обещаю, я смогу быть полезной. Я помогу тебе установить нужные связи. Это же новый мир. Ты едва ли знаком с порядками, принятыми в высшем обществе.

– Да, вы будете мне полезной. Здесь.

– Конечно, – кивает. – Предлагаю продолжить разговор в более непринужденной обстановке.

– А тут вам чем не нравится?

Когда мы с Ликой уехали, я приказал отправить мачеху туда, где она держала мою женщину.

– Боюсь, я не вполне…

– Вы останетесь здесь, – обрываю. – Привыкайте.

– Глеб, ты… подожди, в каком смысле – здесь?

– Ваш родовой особняк