Двойной шантаж - Линетт Тиган

— Твой босс жив только потому, что это мой рычаг давления на тебя, — он говорит прямо, совершенно не скрывая своих мотивов. — Вижу по твоей реакции, что ты готова на всё… — совершенно точно Марат считывает мои эмоции страха и ужаса в долгой тишине, пока я проклинаю себя, что подпустила Тимура к себе слишком близко.

Нет, мне не жалко себя — я бы спокойно прожила без секса и мужского внимания еще несколько лет или искала случайную близость на одну ночь… Но я глупо поверила в чудо, что моя жизнь может быть нормальной, что я сама могу быть рядом с таким мужчиной, как Тимур. Теперь этот замечательный мужчина может пострадать из-за меня.

— Давай ещё раз, Пташка. Ты согласна сегодня обсудить помолвку и назначить дату?

Несмотря ни на что, я стараясь взять себя в руки и забыть о спокойной жизни, к которой я так легко и быстро приспособилась.

— Да, — я сдаюсь тихо, ощущая, как на мои плечи падает бетонная плита.

Марат уходит, а я с разрывающимся в груди сердцем смотрю на свою тумбу, на которой стоят таблетки. Отчетливо понимаю только одно… Я не могу. Я не могу этого сделать — убить ребенка и совсем не важно, что я всё ещё сомневаюсь в своей беременности. Моя рука не поднимется. Я — не убийца.

Мне нужно сбежать.

Глава 16. Сделка с криминалом

Тимур:

Дамир сидит напряженно, отбивает сумасшедший ритм пальцами по рулю и неотрывно смотрит вперед. Я не могу найти себе места, еложу по сидению и постоянно оглядываюсь. Мой желудок выворачивает наизнанку от острого волнения — не каждый день у меня назначена встреча с главой криминального Клана, от решения которого зависит жизнь моей женщины.

— Перестань нервничать. Если он сам назначил встречу, значит заинтересован в нашем предложении, — Дамир неодобрительно на меня смотрит, когда я фыркаю.

— Он — меня не волнует, — напряженно выдыхаю. — С каждой минутой мне кажется, что я больше никогда не увижу Вику.

— Увидишь, — убеждает меня мой друг, совершенно беспочвенно.

— Это ты увидишь Ольгу, которая сидит в твоём доме с кучей охраны! — огрызаюсь я, прикрывая глаза от осознания своей беспомощности. — Извини, нервы ни к черту, — выдохнул я злость, замечая растерянность Дамира.

— Несмотря на то, что она сидит сейчас под защитой, Оля такая же для меня недостижимая, как для тебя сейчас Вика, — признание друга заставляет меня переключиться и удивленно вскинуть брови.

— Кажется, в прошлый наш разговор ты желал больше никогда её не видеть, — вспоминаю я наш телефонный разговор, когда Дамир собирался в Берлин.

Мой друг смотрит на меня с болью в глазах и хмурится, поджимая губы.

— Я желал, чтобы Оля исчезла из моей жизни, — подтверждает мои слова Дамир, но я замечаю, как ему самому тяжело дается эта правда. — К сожалению, она исполнила моё желание.

— Она достойна того, чтобы ты поступился своим принципам. Пока она рядом с тобой — у тебя есть шанс исправить свои промахи. Не совершай мои ошибки. Когда я выставил Вику за дверь, это обернулось катастрофой.

Дамир отворачивается, что-то обдумывая в своей голове.

— Я разбил ей сердце намеренно, а ты хотел защитить свою женщину. У меня шансов по нулям, — невесело усмехается. — Но ты прав в одном… — он несколько предвкушающее облизнулся, — я её так просто не отпущу и из дома не выпущу.

— Узнаю своего друга, — довольно хмыкаю, понимая, что Ольге не останется вариантов, только один — забыть и простить. Дамир не говорит, что между ними происходит, но уверен, что совсем скоро всё наладится. Да, он упрямый баран, так что, если его цель извиниться — сцепит зубы и сделает всё возможное и даже невозможное.

А я бы не сделал ничего невозможного без помощи Дамира. У меня нет никакого влияния на людей в мире криминала, я даже не понимаю, как с ними можно связаться и чего-то добиться. А Дамир смог, и несмотря на то, что для них он всего лишь своя пешка, вышел на главу клана и добился встречи.

Человек, который отнял у меня Вику — непростой и, видимо, ни за какие блага не готов отпустить её. Дамир и сам высказал предположение, что между ними существует особая связь, иначе девушку сразу бы убили без разбирательств.

До сих не могу поверить, что она была в этой среде криминального общения и когда-то была приближенной в главе Клана. Хотя, Вика довольно верткая и смышленая девушка, и приспособиться к любой среде. Чего только стоит её досье, которое я перечитываю едва ли не каждые пару часов, желая найти хотя бы одну зацепку… Кому я вру? Я часами смотрю на фотографии, молясь всевышнему, чтобы она была жива и здорова.

Я боюсь, что никогда не увижу её. Я боюсь, что последнее её воспоминания обо мне — ссора, в которой я выставляю её за дверь. Я боюсь, что у меня никогда не будет возможности прикоснуться к ней и почувствовать тепло, которое всегда появляется, когда она рядом.

Наверное, я трус. Сегодня, когда умывался, заметил поседевшие волоски на висках, после очередной бессонной ночи. Успокоительные совсем не помогают, ведь мой единственный антидепрессант — Виктория.

Дергаюсь, когда замечаю тонированные иномарки, которые одна за одной заезжают на поле за городом. Дамир хватает меня за локоть, не давая возможности выйти мне из машины.

— Сначала они, — объясняет Дамир, увидев на моём лице замешательство.

Машины останавливаются ключом. Из них выходят люди в достаточно свободной одежде, но с оружием. Каждый из них заряжен буквально до зубов, и я даже отсюда вижу, что настроены они недоброжелательно. Через минуту открывается дверь центральной машины и выходит мужчина, останавливаясь у капота машины.

Хозяин — видно по повадкам и властным жестам.

В наше направление двигаются двое людей, и мы с Дамиром осторожно выходим. Как он и говорил — без лишних и резких движений. Нас обыскивают с головы до ног, и только когда они убедились в нашей беззащитности, подталкивают дулом автомата в спину.

От напряжения, видимо, я с некоторой апатией наблюдаю за обстановкой. Такое ощущение, что я совсем не в своем теле и наблюдаю всё со стороны, как в кинотеатре. Дуло автомата упирается мне между лопаток, но я даже не вздрагиваю, а думаю о Вике. Сколько раз на неё направляли дуло? Это ощущение ни с чем не сравнимо.

— Дамир, — глава Клана подходит к нам