Тьма в его сердце - Селина Аллен

Натали рассмеялась.

– Брата слишком много.

Кайл подошел ко мне, и обхватив мое плечо, прижал к себе.

– Знаешь, у меня уже есть сестра, но я не против завести еще одну, как насчет поселиться со мной, м?

– Не мечтай, – оттолкнула я его, но он не отстал.

К нам подошел Блейк, испепеляя Кайла взглядом.

Увидев друга, Кайл отпрянул от меня, но лица его не покидала издевательская усмешка.

– Можете не беспокоиться за нее, она останется в хозяйской спальне, – раздался грозный голос Блейка.

– В твоей? – удивленно спросила Одри.

О. Если хозяйская спальня принадлежит Блейку, то дом… Тоже принадлежит ему.

Глава 27

Джоанна

Блейк не шутил о ночевке в его комнате. Правда, когда он упомянул об этом, я решила, что мы будем спать на маленькой кровати друг напротив друга. Но все оказалось несколько иначе.

Это была не хозяйская спальня, это было хозяйское крыло. Небольшая гостиная с камином была оформлена в темных оттенках, по центру стояли диван и два кресла, еще небольшой книжный шкаф из темного дерева.

Камин был отделан красноватым гранитом, между ним и диваном был небольшой столик.

Ванная комната была с видом на горы, и именно эта комната понравилась мне больше всего.

Ну и спальня, с огромной кроватью в минималистическом стиле, шкафом из темного дерева и зеркалом в полный рост.

К сожалению, на той самой кровати королевских размеров я спала одна. Блейк очень по-джентельменски предоставил мне свою спальню, а сам спал за стенкой в гостиной.

Когда я постаралась исправить ситуацию и намекнуть, что хозяину не стоит спать на неудобном маленьком диване, Блейк лишь пожал плечами. «У этого дивана матрац такой же ортопедический, как и у кровати, их изготавливала одна фирма, так что за мою спину можешь не беспокоиться», – сказал он.

Была еще одна комната, Блейк не показывал мне ее, но я все же сунула туда свой любопытный нос.

Эта комната отличалась от всех тех, что были расположены в хозяйском крыле. Она была светлой и солнечной. Казалось, что ее обставлял совсем другой человек.

Я заметила дамское трюмо и поняла, что комната женская. На прикроватной тумбочке стоял стеклянный шар, внутри вода, искусственный снег и композиция в виде гор.

Я рассматривала этот шар долго, каждую пику и возвышенность зимних скал. Казалось, что я даже вижу альпинистов, но все это было лишь игрой моего воображения и уставшего мозга.

– Сюда нельзя заходить, – услышала я суровый голос Блейка, и вздрогнула, чуть не выронив шар из рук.

Я обернулась, мужчина стоял в проходе, опершись о дверной косяк плечом, руки сложены на груди, а брови нахмурены, впрочем, как всегда.

На нем были черные спортивные штаны и серая футболка.

– Дверь была открыта, – ответила я, все еще держа шар в руках.

Чья же это комната. Его матери? Елена вроде ее зовут.

– Здесь никакая дверь не закрывается, – холодно сказал он.

Я с вызовом в глазах взглянула на него. Блейк недоволен, не нужно быть гадалкой, чтобы понять это.

– Если ты не хочешь, чтобы сюда заходили, то следует запирать дверь, – бросила я, возвращая шар на свое место.

Я подошла к нему ближе и заметила на комоде фотографии, одна была повернута ко мне лицевой стороной, на ней Блейк обнимал какую-то девушку.

Чья это комната? Его бывшей девушки что ли?

Что он скрывает от меня и почему мне нельзя заходить сюда?

Если у его бывшей есть в доме целая комната, то наверное она была важна для него. Почему же Блейк ни разу не упоминал о ней?

– А может это тебе не следует шастать, где вздумается, – сказал он, раздраженно сверкнув глазами.

Я невесело усмехнулась.

– Шастать значит?

Скрестив руки на груди, я отвела взгляд, не буду смотреть на него, пошел он в задницу.

– Больше не буду, – бросила я и прошла мимо него, задевая Блейка плечом.

Он тяжело вздохнул и остановил меня, осторожно взяв за руку.

– Стой. Прости, я вспылил, – покачал головой он.

Его плечи были напряжены, сам Блейк выглядел уставшим, неудивительно, ведь мы несколько часов назад только прилетели, и время уже позднее.

Мне безумно хотелось расспросить его об этой девушке, но я не стала этого делать. Спрошу в другой раз, чувству, что сегодня он мне ничего не расскажет.

– Все нормально, мне не следовало, как ты выразился «шастать», – спокойно сказала я, пожимая плечами.

Он улыбнулся усталой маленькой улыбкой, затем поцеловал меня. Это было больше похоже на простое касание, чем на полноценный поцелуй, но я плавилась и превращалась в пластилин от этих ленивых поцелуев.

– Шастай, если хочешь, – сказал он, отстраняясь, в глазах его появилась полная покорность и поражение. Интересно, что значило это поражение?

***

Я проснулась только к обеду, горный чистый воздух творил что-то невообразимое со мной.

Однако мне не удалось застать Блейка, его не было ни в одной комнате хозяйского крыла, даже парфюмом его не пахло, ушел он давно.

Первым делом я решила написать Фелиции, чтобы узнать, доставили ли вчера Дороти лилии, которые я заказала в честь ее восемьдесят пятого дня рождения.

Быстро приняв душ, и сделав легкий макияж, я стянула волосы в тугой пучок, и решила отправиться на поиски Блейка, ну и еды.

Так как я не умела кататься на лыжах, мои планы на день состояли из обеда, прогулки, ну и возможно вечером я смогу поплавать в горячем бассейне на заднем дворе дома Джефферсона.

Прекрасные планы.

Я резко захлопнула дверь и практически налетела на Майю. Девушка схватилась за сердце и испуганно уставилась на меня.

– Ты до ужаса напугала меня, Джоанна, – сказала она.

– Прости, – поспешила исправить ситуацию я.

Майя вздохнула и коротко улыбнулась мне.

– Доброе утро.

– Доброе.

Светлые волосы она заплела в тугую косу, макияж на ее лице отсутствовал полностью. Майя была одета в лыжный костюм белого цвета, значит она собиралась кататься.

– Как спалось? – решила спросить она.

– Только что думала о горном воздухе, который творит чудеса с моим сном, – довольно улыбнулась я.

Майя заправила выбившуюся прядь волос за ухо и зашагала в сторону лестницы, жестом приглашая меня пройтись с ней.

– Джим говорит, что это самовнушение, но я заметила, что когда мы в Аспене, я сплю больше положенных восьми часов и встаю более отдохнувшая.

Я кивнула.

– Возможно, само ощущение отдыха дает мозгу сигнал о том, что можно поспать подольше, – предположила я.

– Думаю, срабатывает комбинация нескольких факторов, – ответила Майя.

Она ступила на первую ступеньку, и я последовала