Сейчас или никогда - Элизабет Адлер

Со лба Гарри стекала тонкая струйка крови. Он потрогал рукой голову и обнаружил там довольно глубокую рану.

— Господи Иисусе! — всплеснула Мэл руками и подбежала к нему. — Он стрелял в тебя?

Гарри вытер кровь и еще раз облегченно вздохнул.

— Нет, в меня никто не стрелял, но мне показалось, что стреляли в тебя. — Он взял из ее рук ружье, щелкнул стволом и посмотрел внутрь. — Оно же не заряжено, Мэл.

Она кивнула, чувствуя себя полной идиоткой:

— Да, я знаю, но никак не могла отыскать пули в твоем шкафу.

— Не пули, а патроны, — с ехидной ухмылкой поправил ее Гарри и быстро отпрянул в сторону, когда она набросилась на него с кулаками. А потом изловчился, перехватил ее руки и с такой силой прижал к себе, что она чуть не задохнулась. — Мэл, если б ты знала, как я испугался! Мне показалось, что я потерял тебя. — Он уткнулся окровавленным лицом в ее волосы и поцеловал их. — Я уже подумал о самом ужасном, что только могло случиться. Представляешь, я оставил тебя одну в этом доме, поехал черт знает куда и зачем и позволил маньяку добраться до тебя. Это были самые жуткие минуты в моей жизни!

— Гарри, — опомнилась она и посмотрела ему в глаза, — ты можешь смеяться, но он действительно был у двери. Клянусь, Гарри, я слышала его шаги!

— Да, кто-то там действительно был, — задумчиво сказал он. — Я видел, как машина выезжала со двора.

Мэллори отодвинулась от него и оторопело захлопала глазами.

— Правда? Ты видел его? — У нее даже ноги подкосились от страха.

Гарри набрал номер местной полиции, быстро объяснил суть дела, попросил о содействии в поиске «инфинити», а потом связался с Россетти и отдал распоряжение сделать все возможное, чтобы задержать мерзавцев.

А Мэл все это время сидела в кресле и пыталась хоть немного успокоиться. Ноги ее по-прежнему дрожали, а перед глазами плыли темные круги. Только некоторое время спустя до нее дошло, что на самом деле пострадал Гарри, а она отделалась хоть и не легким, но все же только испугом.

— Он чуть было не убил тебя, — уныло прошептала она, глядя на окровавленное лицо Гарри.

Тот положил трубку, повернулся к ней и радостно улыбнулся:

— Ничего страшного, Мэл, успокойся, все уже позади. К сожалению, он погубил мою любимую машину. Сейчас эта груда бесполезного железа лежит в кювете. Думаю, что ее уже вряд ли удастся починить.

Мэл внимательно осмотрела рану на его голове и решила промыть ее и продезинфицировать.

— Гарри, рана настолько глубокая, что, по-моему, нужно обратиться к врачу. Без швов здесь не обойтись.

Он взял ее руку и прижал к груди.

— Мэл, это все пустяки. Если с тобой все в порядке, то со мной и подавно. Единственной жертвой сегодняшнего нападения стал мой «ягуар». Но я все равно найду тех подонков, которые чуть не протаранили его.

— Ты думаешь, это не тот убийца, которого ты ищешь? Он покачал головой:

— Мне кажется, что это не его стиль. Тот действует по-другому, не так грубо и никогда бы не стал нарываться на неприятности. Он сталкер, понимаешь, что я имею в виду? — Он посмотрел на нее и, не дождавшись ответа, пояснил: — Сталкер — это охотник, который долго выслеживает добычу, примеряется к ней, просчитывает каждый свой шаг и тщательно планирует нанесение последнего удара. Сталкер — это мастер своего дела, умный, коварный, хитрый и безмерно жестокий. Такой не станет рисковать собой ради сиюминутной выгоды и уж тем более выпендриваться ради дешевой популярности.

В эту минуту тишину разорвали громкие сирены полицейских машин. А еще через мгновение комната наполнилась людьми в полицейской форме. Они долго осматривали дом, потом направились к разбитой машине, а когда все в конце концов закончилось, отвезли Гарри и Мэл в местную поликлинику, где ему тут же наложили швы, предварительно обрив почти половину головы, а Мэл угостили крепким кофе.

На обратном пути Гарри положил голову на спинку сиденья и сидел тихо с закрытыми глазами. Мэл видела, что его донимает ужасная боль, и ей хотелось хоть как-то облегчить его страдания, но она не знала как. Когда они подъехали к дому, два полицейских остались охранять его, а Гарри и Мэл пожелали им спокойной ночи и отправились отдыхать.

Прежде чем улечься спать, Гарри налил себе полстакана виски и выпил его одним глотком, решив, что это намного лучше, чем то болеутоляющее, которым его напичкали в поликлинике. День выдался не из легких, и вскоре он почувствовал, что едва держится на ногах. А самое ужасное заключалось в том, что он никак не мог понять, почему оставил Мэл одну в пустом доме и отправился черт знает куда, даже не позаботившись как следует о ее безопасности. Он не мог простить себе такой оплошности и решил, что впредь ничего подобного не допустит.

Эти мысли вертелись у него в голове вплоть до самого утра. Мэл лежала рядом и крепко спала, прижавшись к нему всем телом. Он даже спиной ощущал приятную округлость ее груди и размеренное тихое дыхание. При этом одну ногу она забросила на него, а рукой вцепилась в его плечо, словно опасаясь, что он может в любой момент ускользнуть от нее. Гарри улыбнулся и подумал, что, возможно, ради этого стоило пожертвовать своей машиной и получить рану на голове. Гарри осторожно повернулся к ней лицом и просунул под нее руку. Мэл мгновенно открыла глаза и удивленно уставилась на него, будто спрашивая, почему он проснулся так рано. — Похоже, мы поменялись с тобой ролями, — пошутил Гарри, крепко прижимая ее к себе. — Сейчас не я охраняю твой покой, а ты — мой. Представляешь картину: маленькая хрупкая женщина охраняет сон здорового и крепкого мужика? Ты не шути с этим, Мэл. Я же могу привыкнуть к этому, и тогда тебе придется расплачиваться за опрометчивый поступок.

— Значит, ты уже знаешь, что только женщины могут с таким вниманием и усердием заботиться о мужчинах? — не без ехидства спросила она, сладко потягиваясь. — И только заскорузлое мужское самолюбие заставляет вас думать иначе. Так что советую не расслабляться и не привыкать к подобной роскоши, мистер детектив. В противном случае тебе придется расстаться с имиджем сильного и непобедимого мачо, который только тем и занимается, что покоряет слабые женские сердца.

Гарри понравился этот эмоциональный и довольно остроумный диалог, и он весело рассмеялся, не обращая внимания на едкий тон Мэллори.

— Как мне нравится этот изумительный шелк, — сказал он, поглаживая рукой ее живот, — в отличие от твоих весьма язвительных упреков в адрес мужчин.