Вторая попытка для попаданки - Дарья Верескова

— Профессор Лазарус… разве посторонние не должны покинуть комнату? — осторожно, не слишком громко, спросила Люсиль, тревожными глазами глядя на Себастьяна Торна.

Профессор Лазарус безразлично взглянул на нашего командира и пожал плечами:

— Это его решение. Представители отряда по борьбе с тенями могут оставаться на защитах столько, сколько хотят, если считают, что это поможет им найти правильных кандидатов.

— Благодарю, профессор Лазарус, — произнёс Себастьян Торн низким голосом, и я поняла, что это были первые слова, которые я слышала от него после возвращения. — Самое трудное для меня впереди — нужно убедить ваших талантливых студентов, что служба у нас не менее перспективна, чем карьера в больших компаниях.

Себастьян Торн специально говорил подобное, чтобы сделать вид, что никто из студентов не работал на ликвидаторов, и что он здесь только с целью найти потенциальных кандидатов. Люсиль напряжённо замерла, понимая, что её ложь висит на ниточке. Стоит кому-то упомянуть, что она ликвидатор, как Торн опровергнет эту информацию.

— Приступим. Студенты, если вы хотите оспорить результаты, пожалуйста, подойдите к представителям администрации академии, — профессор Лазарус кивнул на двух женщин и одного мужчину, которые зашли после окончания защиты.

Люсиль тут же вскочила и рванула к одному из столов, по пути чуть не столкнувшись с Джаредом, который тоже решил оспорить свой результат. Я почувствовала, как начинаю волноваться: сердцебиение ускорилось, а руки вспотели от напряжения.

— Моя работа была украдена Айви Браун! — громко заявила Люсиль. Все взгляды вновь устремились на меня, а представитель администрации устало попросил:

— Пожалуйста, заполните форму, мисс Бэксли.

— Я требую присутствия своего законника, — неожиданно сказала она. — Он ждет за дверью.

Подобное требование не запрещалось, так как речь шла об интеллектуальной собственности, но редко кто заранее готовил законника. Я поняла, что Люсиль всё же придумала какой-то план «Б», и надеялась, что у меня достаточно доказательств.

Покрепче прижала к себе сумку с документами.

В комнату вернулся… законник Фуллагаров, и на моих губах появилась горькая улыбка. Макс не только морально уничтожил меня ради Люсиль, в день перед защитой, невольно начав мою травлю, но даже договорился с отцом и законником компании, чтобы защитить её. От меня.

Как же он старался ради Люсиль.

Законник, мистер Дафт отвёл Люсиль в сторону для продолжительной беседы. На его лице читалось сомнение, как будто он не верил ей, но был обязан выполнять свои служебные обязанности. В конце концов они подошли к представителю администрации и заполнили необходимые документы.

Мне стало немного легче. Важно, что Люсиль подала на меня письменную жалобу, иначе она всегда могла бы отрицать наличие конфликта и утверждать, что произошла ошибка.

— Всё. Мы можем теперь разобраться с этим? Я требую пересмотра решения по защите.

Мне было любопытно, как Люсиль собиралась доказывать, что артефакт принадлежит ей. У меня были знания о схеме и первичных исследованиях, которые я приводила, когда пыталась оспорить решение в той жизни. Люсиль же тогда заявила, что была слишком взволнована и не могла назвать точные исследоывания.

Главной моей проблемой тогда было то, что профессор Диксон не поддержал меня. Более того, его уроки со мной были удивительно похожи на уроки Люсиль с профессором Мэй, и это играло против меня. В результате у меня были только знания без каких-либо доказательств.

Но у Люсиль сейчас не было даже знаний. Только законник, услуги которого оплатил Макс или его отец.

— Не так быстро, мисс Бэксли. Это очень серьёзное обвинение, мы должны выяснить все обстоятельства до принятия решения. Пожалуйста, мисс Браун, профессор Мэй, профессор Диксон, подойдите, — неуверенно произнёс представитель администрации, и я, пытаясь изображать спокойствие, поднялась, держа в руках сумку с доказательствами.

Люсиль смотрела на профессора Диксона с надеждой, и я поняла, что он обещал ей помощь в случае неудачи. Обещал сказать что-то, оболгать меня?

Мой куратор практически не проявлял эмоций. С того момента, как я подошла к нему и оставила записку, он не проронил ни слова. Он понимал, что в любом случае, скорее всего, потеряет сегодня работу. Но у него был шанс спасти свою любимую Эстер, если он займет мою сторону.

Все в комнате следили за нашим разбирательством, как и в прошлый раз. На Джареда, который, похоже, писал целую поэму о несправедливости своего результата, никто не обращал внимания.

— Моя клиентка утверждает, что её артефакт был украден студенткой Айви Браун, — устало произнёс законник, явно не понимая, как доказать это утверждение. — Согласно пункту шестому протокола по защите прав на объекты интеллектуальной собственности, при наличии обоснованного сомнения, пересдача должна быть организована через неделю.

Вот бы мне такого законника в прошлой жизни…

— Хорошо… Я не буду скрывать, мистер Дафт, у меня сейчас нет никаких обоснованных сомнений, и я не вижу, чтобы кто-то из коллег сомневался. Мисс Бэксли, почему вы считаете, что мисс Браун украла ваш артефакт? «Локатор Магии» указал на него, и она ответила на все наши вопросы, проведя идеальную защиту, — профессор Лазарус, к счастью, был на моей стороне, а профессор Диксон, на которого явно рассчитывала Люсиль, молчал.

Нужно признать, если бы профессор Диксон и профессор Мэй оба поддержали слова Люсиль, у неё действительно был бы шанс вызвать «обоснованное сомнение», а законник вспомнил бы правильные законы. Далее, я не сомневаюсь, она нашла бы способ проникнуть в хранилище, влить свою магию в мой артефакт и даже как-то подготовить схему.

Но мой патент разрушал все её планы. Просто она об этом ещё не знала.

— Потому что я его изобрела! Весь год трудилась, проводила эксперименты, ночами не спала, я вложила в него всю душу…

Ночами она действительно не спала, но не потому что что-то изобретала. Краем глаза я заметила что наш разговор записывался представителем администрации, так как все что сейчас говорилось могло оказаться важным.

Идеально.

— В таком случае, Люсиль, ты сможешь процитировать предыдущие исследования в этой области? — улыбнулась я, но рыжую «подругу» это не смутило.

— Конечно! Я использовала разработки Гинтера и Хейла, — тут же уверенно ответила она.

— Да, их единственных я упомянула во время защиты. Но кроме их работ было ещё восемь других критических исследований, которые легли в основу этого артефакта. Сможешь ли ты назвать хотя бы часть из них? — сладко улыбнулась я, хотя внутри всё дрожало от гнева из-за её умения приспосабливаться. — Я могу назвать все восемь. Я даже могу подсказать