Тэлон - Кериен Коул

Тэлон: Нормально. Немного устал. Иногда мы постоянно ругаемся, когда слишком долго приходится находиться рядом. Без личного пространства бывает очень трудно, и не спрятаться нигде в идиотском автобусе. Поэтому я пишу.

Я: Понятно. Я очень по тебе скучала, думаю о тебе постоянно. И я нашла твою записку в мастерской, среди материалов для мыла. Очень мило!

Тэлон: И главное, каждое слово — чистейшая правда. Не переживай из-за мелочей. Просто в дороге я иногда капризничаю и вредничаю. Не бери в голову, на нас это никак не скажется. Понимаю, что это довольно непросто.

Я: Понимаешь, мне только нужно знать, что у нас с тобой все хорошо.

Тэлон: У нас с тобой все замечательно. Я никуда не пропаду, Мармеладка. Я всегда с тобой.

На глаза у меня наворачиваются неожиданные слезы и текут в два ручья по щекам. Иногда он так точно знает, что мне нужно сейчас услышать. Как же хорошо, когда рядом есть тот, кто способен понять, что именно творится у меня в душе.

Я: Знаешь, иногда ты удивляешь так, что страшно становится.

Тэлон: Я удивительный, я знаю

Я: Нет, серьезно. Ты как будто точно знаешь, что нужно моему сердцу. Точно! Рулевой моего сердца!

Тэлон: Черт! Хочу как-нибудь услышать это из твоих уст.

Я: Обещаю, если наденешь ту шляпу, я скажу все, что пожелаешь;)

Тэлон: Договорились. Я по тебе скучаю.

Я: Я тоже по тебе скучаю. Очень сильно.

Тэлон: Ты спишь в моей футболке?

Я: Каждую божью ночь!

Глава 29

АЗИЯ

Двадцать дней. Я вычеркиваю последний день из своего календаря, широко улыбаясь, как настоящий победитель. Мы справились. Мы пережили разлуку без ссор, обид и новых фотографий с девушками, способных вогнать меня в очередную ревно-истерику. Я нами горжусь.

Закрываю дневник и убираю его на привычное место в углу кухонного островка, а потом подхожу к шкафчикам, чтобы налить себе чашечку кофе. Направляясь к холодильнику за любимыми ароматизированными сливками, подскакиваю чуть ли не до потолка и взвизгиваю, непроизвольно размахивая руками, как безумный ниндзя.

Он стоит в дверном проеме в черной футболке с длинными рукавами и в потрепанном цилиндре, скрестив руки на груди. Под глазами у него размазанные следы от черной подводки, но, несмотря на в целом странноватый внешний вид, выглядит он невероятно сексуально.

— Боже мой! — взвизгиваю я, подбегаю к нему и бросаюсь на шею. — Почему ты не сказал, что доберешься так рано?

— Хотел сделать тебе сюрприз, — улыбается Тэлон, убирая волосы от моего лица и целуя в щеку. — И потом, мне хотелось просто посмотреть на тебя пару секунд. — Он пробегает взглядом по моему телу, а потом заглядывает в глаза. — Что ты там собиралась сказать мне в лицо? — прищуривается молодой человек, проводя пальцем по моей нижней губе.

Боже, держите меня! Обожаю, когда он так делает. Как зачарованная, не отвожу взгляд от его пытающих глаз. И сейчас не помню даже, как меня зовут, не говоря уже о том, чтобы вспомнить, что собиралась сказать ему. После некоторых размышлений в голове наконец мелькает догадка.

— Ты — рулевой моего сердца, — осторожно говорю я, и он на секунду закрывает глаза, прежде чем наклониться и поцеловать меня. Губы у него такие мягкие, и пахнет от него сладкой жевательной резинкой. Он обнимает меня за талию и крепко прижимает к себе, а я удовлетворенно вздыхаю, вбирая в себя его прикосновения, запах и тепло. Все мои чувства оживают, когда он рядом, все становится на свои места.

— Определенно, это лучшее, что мне доводилось слышать в жизни.

— Рада слышать. Я жутко по тебе скучала. Это были самые трудные двадцать дней в моей жизни.

— Нам нужно наверх. Немедленно.

Мы едва ли не наперегонки несемся в спальню, где он тут же опрокидывает меня на кровать, судорожно стаскиваем друг с друга одежду, жадно целуемся, и мне все мало его прикосновений, хочется прижиматься к нему каждой клеточкой тела. Я опускаю руки вниз и сжимаю в ладонях его мускулистую задницу. Хотя это не задница — это совершенство. Ему бы позировать для рекламы приседаний.

Тэлон отрывается от моих губ и начинает медленное, завораживающее путешествие вниз по моей шее, к груди. Зубами он слегка задевает чувствительную кожу сосков. Сначала один, а потом другой мой сосок исчезают у него во рту, а его рука уверенно опускается вниз и настойчивым движением раздвигает мои бедра. С моих губ срывается стон, как только он прикасается ко мне и проталкивает палец внутрь моих складочек, упираясь в ту самую точку, стимуляция которой вполне способна свести меня с ума. Я судорожно сжимаю бедра, мертвой хваткой удерживая на месте его руку, и бесстыдно трусь о нее.

Немного подразнив меня пальцами и языком, Тэлон ловко переворачивается и ложится на спину, так что я оказываюсь сверху.

— Садись на меня! — требует он. — Хочу видеть тебя всю.

Боже, этот голос! Одни только звуки его голоса заводят так, что внутри все трепещет.

Меня не нужно долго уговаривать. Я беру в руку его член, направляю точно по адресу и медленно опускаюсь на него. Тэлон со стоном выдыхает и, взявшись за мои бедра, притягивает меня к себе, проникая глубже.

— Черт! Как я по тебе скучал! — снова выдыхает он, проводя ладонями вверх по моему телу, к груди. — Сегодня ты главная. Контролируй процесс так, как тебе вздумается.

Понятия не имею, как нужно контролировать процесс, и тем более как контролировать чужой член.

Заметив мою неуверенность, он опять опускает руки вниз и берет меня за талию, легонько направляя вверх и снова вниз.

— Расслабься. Делай, как тебе больше нравится: глубже, быстрее или спокойнее. Я весь твой.

— Закрой глаза.

— Господи боже, Аз…

— Ну пожалуйста! — Не смогу ничего сделать, если он будет на меня смотреть. У меня и без того полно комплексов, а так еще и буду думать о том, как нелепо выгляжу.

— Ладно. Как хочешь, только не останавливайся, а не то я свихнусь! — сдается он, закрывая глаза, а я начинаю смеяться. Он такой милый!

— Прекрати хихикать и сейчас же начинай двигаться, или я займусь другим твоим местом, которое как раз не требует визуального контакта.

Ой-ей!

Тэлон, не открывая глаз, крепко сжимает в ладонях мои руки, и я начинаю наконец двигаться.

— Супер… не останавливайся, — шепчет он.

Его дыхание становится быстрее и легче по мере того, как я ускоряю темп и опускаюсь все глубже, из-за чего от резких