Подари мне небо - Айлин Грин

– Точка принятия решения.

– Взлетаем, – я поднял нос самолёта в воздух, ощущая, как из-под ног уходит земля, как ревут двигатели. Словно физически ощущая, как замерли в салоне самолёта люди в ожидании, когда он наберёт нужную высоту.

– Шасси убрать, – скомандовал я Алексу.

– Шасси убраны.

Всё. Ясное голубое небо, полный штиль и шикарный мягкий взлёт. Поднимаясь всё выше и выше, оставляя под собой мир, который так долго не отпускал меня на волю, я чувствовал безграничное счастье. Наконец-то я снова дома.

– Марк, – раздался голос справа от меня.

Я повернул голову и увидел Кейт. Откуда она здесь? Я несколько раз моргнул, но видение не отступало.

– Кейт? – на всякий случай спросил я.

– А кого ты хотел увидеть?

– Откуда ты здесь?

– Я с тобой тут с самого начала, Марк. Ты же сам пригласил меня в кабину пилотов, чтобы я увидела взлёт во всей красе.

– Понравилось? – я чувствовал себя глупо, задавая этот вопрос. Я не помнил, чтобы мы договаривались с Кейт о том, что она будет со мной в кабине пилота. И почему она молчала раньше?

– Ещё как, – восторженно отозвалась она, – это невероятное зрелище. Ты был прав. Ты всегда был прав. Сидеть здесь и видеть мир из этой кабины – это что-то за гранью реальности.

– Стоп, а где Ханна?

– Она осталась с Томом.

Я всё ещё ничего не понимал…

– Марк Вольфманн, вы меня слышите? – доносился голос откуда-то сверху, и я с трудом открыл глаза. Самолёта больше не было. Не было Кейт и Алекса. Не было неба над головой.

– Марк, ты меня слышишь? – раздался второй голос, который был мне знаком.

Я посмотрел на Марию и кивнул.

Это был лишь сон. Самолёт, который был так близко, снова улетел без меня. А я лежу на больничной койке и вновь не в силах отделить реальность от сновидений.

– Как ты себя чувствуешь?

– Нормально, – хрипло сказал я. – Операция уже закончилась? Где я? Где Кейт?

– Не всё сразу. Всё в порядке, она здесь, в больнице. Операция закончилась несколько часов назад, мы перевели тебя в палату интенсивной терапии для наблюдения. – голос Марии звучал очень устало.

Словно в тумане я слушал её речь, не в силах сконцентрироваться на её словах. Меня снова клонило в сон, и я почувствовал, как отключаюсь от реальности в надежде снова вернуться в самолёт на высоту сорок тысяч футов.

***

После операции прошло чуть больше суток, и они казались вечностью. До меня донесли информацию, что она прошла успешно, но о том, буду ли я ходить, никто не заикнулся. Неведение убивало меня ещё больше, чем убивала надежда. Ко мне по очереди приходили то Кейт, то Том, приезжала даже сестра, с которой я смог помириться лишь недавно, простив ей её ложь, которая в итоге стала спасительной. Её идея с запиской была не так уж плоха, если вернуться в прошлое и посмотреть на эту ситуацию другими глазами.

– Ну как ты? – спросила Мария, входя в палату. – Ты готов?

– К чему? – спросил я.– К чему ещё мне готовиться? Я уже устал тут лежать и ничего не делать.

– Можно подумать до операции ты был очень активен, – усмехнулась она, – сейчас я проведу некоторые манипуляции с твоими ногами, ты должен будешь отвечать на вопросы и говорить, что ты чувствуешь.

– Если чувствую, – заметил я.

– Оставь свой пессимизм в прошлом, – попросила Мария, – и сосредоточься на хорошем.

Я тут же подумал о том, что дома меня ждут любимая жена и дочь, вспомнил о том, что у Тома практически закончилось судебное дело, с него сняли вину, а Мария, у которой уже появился небольшой животик, бросила все свои дела, чтобы помочь мне. Как мне хочется встать на ноги и подойти к каждому из них, чтобы поблагодарить за помощь. За то, что столько времени они были рядом, боролись за своё будущее, но не забывали про моё. Я вспомнил, как Кейт и Мария говорили, что успех операции зависит не только от рук врачей, но и от собственного настроя. Я сосредоточился на ощущениях, пытаясь почувствовать только ноги, вспомнить, каково это…

– Попробуй, пожалуйста, пошевелить ногами, – попросила Мария, улыбаясь.

Дверь в палату распахнулась, и вошли Кейт с Ханной на руках, а позади – Том.

– А если не получится, то мы тебе поможем, – улыбнулись они и посмотрели на меня в ожидании.

Конец