Долг и страсть - Оливия Дрейк

Засунув садовые перчатки в карман платья, Лора окинула взглядом новое место захоронения. Могильный холм покрывала сочная зеленая трава. У основания надгробного камня она посадила белые лилии, пурпурные гладиолусы и желтые ландыши. На высокой мраморной стойке были выгравированы ангелы с нимбами и трогательные слова признательности.

В нависавших кронах дубов щебетали птицы. Легкий летний ветерок шевелил листву. Это тихое спокойное место по соседству с ухоженными могилами на прекрасном лондонском кладбище вносило некоторое успокоение в опечаленную душу Лоры. Тем не менее глаза ее увлажнились, когда она подумала о прошлом. Так много случилось за последние годы, и так много воспоминаний…

Ее талию обняла сильная рука, и в волосах запечатлелся нежный поцелуй.

– Вы хорошо потрудились, леди Копли. Это весьма достойный памятник.

Лора благодарно улыбнулась мужу. Алекс с рукой на черной перевязи выглядел таким высоким и красивым в своем темно-синем сюртуке, что ее сердце радостно затрепетало.

Четыре недели назад она серьезно опасалась за его жизнь. Пуля вошла в нижнюю часть спины под углом, прошла через грудь и на выходе застряла в плече. Долгое время он находился без сознания, но однажды утром очнулся и сел в постели.

С этого момента Алекс начал удивительно быстро восстанавливаться. И в последнее время даже пытался возобновить их интимные отношения, но Лора не позволяла ему излишне напрягаться. Они довольствовались лишь поцелуями, взаимными ласками и разговорами. Длительные беседы в постели еще больше сближали их. Муж много рассказывал о своей беспокойной юности, о жизни в течение тех десяти лет, когда они были разъединены, а также о своих мечтах создать большую счастливую, исполненную любви семью.

И Лора была готова осуществить его мечты.

– Я очень благодарна тебе за то, что ты устроил все это, – сказала она, положив голову ему на плечо. – Прах моего отца заслуживал более подходящего места, чем кладбище для бедняков. К тому же теперь папа похоронен под своим настоящим именем.

Держась за руки, они посмотрели на надгробный камень, на котором было выгравировано:

МАРТИН ФОЛКНЕР

ЛЮБЯЩИЙ МУЖ АЙЛИН

ЛЮБИМЫЙ ОТЕЦ ЛОРЫ

Алекс обнял здоровой рукой талию Лоры.

– Я глубоко заблуждался относительно него, – сказал он с тяжелым вздохом. – И не знаю, сможешь ли ты когда-нибудь простить меня.

Лора провела пальцем по шраму на его щеке.

– О, дорогой. Мы оба наделали много ошибок.

– При чем тут ты? – мрачно сказал он. – Вина за случившееся всецело лежит на мне.

– Вздор. Это Руперт Стэнхоуп-Джонс подложил серьги в письменный стол отца. А я была готова обвинить в этом Эвелин и лорда Хавершема.

– Едва ли это достойно порицания в большей степени, чем то, что я вынудил тебя и твоего отца бежать из страны, – настаивал Алекс. – Ты справедливо ненавидела меня, Лора. В прошлом я действительно ухаживал за тобой под фальшивым предлогом. Мне не следовало выполнять просьбу моей крестной матери.

Стараясь не задеть его раненую руку, Лора прижалась к мускулистому телу Алекса. Вид мучительной душевной боли, отражавшейся в его глазах, тронул ее до глубины души.

– Но я, независимо от обстоятельств, очень радовалась твоим ухаживаниям. По крайней мере сейчас ее милость счастлива, оттого что ей вернули бриллиант «Голубая луна». И она поступила весьма достойно, принеся мне свои извинения.

– Это я должен просить у тебя прощения всю оставшуюся жизнь, – заявил Алекс. – Я был слишком расчетливым…

– Ну, если королева смогла простить тебя за то, что ты сбежал во время ее коронации, то я тем более могу простить тебя, дорогой. Нам обоим пора оставить прошлое.

В качестве подтверждения своих слов Лора нежно поцеловала мужа. Ее пальцы погрузились в его шелковистые волосы, а губами она дала ему понять, как много он значил для нее. Алекс имел определенные недостатки, но в основном он был глубоко порядочным человеком, и поэтому она горячо любила его.

Некоторое время спустя Лора слегка отстранилась, с удовольствием наблюдая огонь страсти в его глазах. На губах мужа появилась дерзкая улыбка.

– Значит, теперь я не должен покупать тебе собственный дом, после того как ты родишь мне наследника?

Его рука скользнула между ними к ее все еще плоскому животу, где рос их будущий малыш. Нежность его прикосновения растрогала Лору. За исключением небольших приступов тошноты по утрам, в настоящее время она чувствовала себя достаточно бодрой и энергичной.

Улыбнувшись в ответ, Лора накрыла его пальцы своей ладонью.

– Я намерена разорвать этот глупый контракт, – заявила она. – Только мои опасения заставили меня потребовать это. Я думала, ты никогда не полюбишь меня.

В его темных глазах появился страстный блеск.

– Моя дорогая Лора, неужели ты не поняла, что я безрассудно влюбился в тебя с того момента, когда мы впервые встретились? Но если тебе нужны доказательства, как только мы вернемся домой, я с радостью продемонстрирую, как сильно люблю тебя.

Ресницы Лоры кокетливо затрепетали. Ей тоже ужасно хотелось выразить свою любовь этому упрямому, самонадеянному, потрясающему мужчине.

– Думаю, мне очень понравится это, милорд. Отныне и навсегда.

Сплетя руки, они двинулись вперед к ожидавшей их карете.