Поверь в мечту - Дебра Дайер

– Так точно, сэр. В конце концов, это ваш корабль. – Послышались удаляющиеся шаги.

– Я знала, что он спасет меня! – В голосе Тори звучало торжество.

– Вот как? Твой рыцарь здесь? – Губы Слеттера скривила недобрая усмешка. – Но ведь он тебя еще не спас! – Он провел рукой по ее груди, пачкая платье своей кровью. – Мне так интересно, что за тело прячется под этими одеждами.

По-прежнему удерживая ее руки, Слеттер прижал ее к столу, чтобы ей некуда было отступать, и впился алчным ртом в плотно сомкнутые губы Тори. Она не могла увернуться, не могла отодвинуться, чтобы хоть как-то избежать прикосновений, которые были ей отвратительны… И тогда она укусила его. Слеттер отдернул голову, провел рукой по губам и изумленно уставился на окровавленную ладонь.

– Сука! – Он окончательно обезумел.

Он отвесил Тори такую оплеуху, что у нее зазвенело в ушах и голова беспомощно мотнулась в сторону. Приподняв ее, он швырнул Тори на стол. От удара о дубовые доски у нее перехватило дыхание, в глазах потемнело. Слеттер наклонился к ней. Тело его было совсем близко… Собрав остатки сил, Тори ударила его коленом в пах. Застонав, он согнулся от боли. Тогда она рванулась прочь, соскользнула со стола и бросилась к двери. Но Слеттер, изрыгая проклятия, успел поймать ее за волосы. И через минуту, несмотря на отчаянную борьбу, она вновь оказалась на столе. Джек насмешливо прошипел:

– Ты все такая же недотрога – Принцесса Ледышка. Она с ужасом смотрела в его лицо – бледный, лишь на щеках лихорадочно горит румянец, ноздри раздуваются, в темных глазах плещется безумие. Понимая, что физически она слабее, Тори попыталась воззвать к тому, другому человеку, который жил в этом теле и когда-то был ее другом.

– Алан, – негромко позвала она. – Алан, ты ведь не хочешь этого!

– Алан? – Он сжал ее кисти одной рукой, освободив другую. – Этого ничтожества здесь нет.

Тори задохнулась от ужаса, увидев в его руке кинжал. Наслаждаясь ее страхом и беспомощностью, он поддел лезвием верхнюю пуговичку на платье, и она отлетела прочь. Потом вторая. Третья. Тори закусила губу. Он хочет, чтобы она кричала от ужаса, но она не сделает этого, не испугается, не будет молить о пощаде. Ледяное лезвие коснулось ее горла, и Тори судорожно вздохнула, по телу пробежала дрожь.

– Ты боишься! – В голосе Слеттера слышалось удовлетворение.

Взмах, удар – и лезвие кинжала вонзилось в стол в сантиметре от ее правого уха. Тори слышала, как пела, вибрируя, сталь.

– А теперь я покажу тебе, что это значит – быть с настоящим мужчиной…

Раздался звук удара, и корабль качнуло.

– Спенс, – прошептала Тори.

Новый толчок, и Слеттер не удержался на ногах. Тори вскочила и бросилась к двери. Слеттер поймал ее за руку, и в этот момент на дверь обрушился удар такой силы, что щеколда отлетела, доски треснули, и в дверном проеме возник Спенс. Лицо его исказилось от ярости, голова была забинтована, и кровь уже промочила повязку, но рука твердо сжимала револьвер. За спиной Кинкейда виднелись вооруженные люди.

Мгновенно Слеттер прикрылся Тори, как щитом, и крикнул:

– Стой, или я убью ее!

Спенс увидел, что револьвер уперся в тело его жены. Потом он перевел взгляд на ее лицо. В уголке разбитых губ запеклась кровь, на щеке отчетливо виднелся след пощечины, расстегнутое платье испачкано кровью. Но хуже всего были страх и мука, застывшие в ее огромных глазах. Ярость забурлила в крови, горячей волной заливая мозг.

– Если ты причинишь ей вред, я разорву тебя на кусочки голыми руками! – хрипло прорычал Спенс.

Но Слеттер только рассмеялся и провел дулом револьвера по груди Тори.

– Ты нас прервал на самом интересном месте. Но может, так даже забавнее – ты будешь смотреть, а я буду наслаждаться твоей женой.

Он быстрым движением приставил оружие к голове Тори и рявкнул:

– Брось револьвер и прикажи всем выйти – или я выстрелю!

Спенс взглянул на него, увидел безумный взгляд, побелевшие на рукоятке пальцы и приказал:

– Уходите.

Его оружие с глухим стуком упало на красный ковер.

– Надо же, всего несколько дней назад я не хотел тебя убивать, хотя Оливия так просила! Я собирался прикрыть лавочку и заняться другим бизнесом в другом месте. Теперь я жалею, что отказал этой глупышке.

Спенс смотрел, как человек, похожий на. Алана, но не Алан, а кто-то иной – злой безумец – прижимает револьвер к щеке Тори и, смеясь, спрашивает:

– Ну что? Убить ее прямо сейчас?

– Отпусти ее! – Спенс шагнул вперед.

– Стоять!

Кинкейд замер, тяжело дыша. В висках стучало, сердце готово было разорвать грудь. Только бы ничего не случилось с Тори.

Корабль накренился, и люди задвигались, стараясь восстановить равновесие.

– Судно тонет, – сказал Спенс, стараясь говорить спокойно. – Тебе не выбраться. Отпусти Тори.

– Да? А ты схватишь меня, чтобы повесить! Но я не хочу качаться на веревке. И не хочу, чтобы ты смеялся надо мной! – И Слеттер направил револьвер на Кинкейда.

Тори, вскрикнув, рванулась к мужу, но Слеттер был готов к этому.

– Не в этот раз. – Он отшвырнул ее прочь и выстрелил. Но корабль опять накренился, и пуля вошла в стену в нескольких дюймах от головы Спенса.

В следующий миг Кинкейд прыгнул вперед, и мужчины покатились по полу, сцепившись в смертельной схватке, как два тигра.

Дверь распахнулась – на пороге стоял Бен, за ним его люди. Но никто и двинуться не успел, как прогремел выстрел. Тори прижала ладонь к губам. Сцепившись, Кинкейд и Слеттер лежали на полу.

– Спенс! – Тори бросилась вперед, схватила мужа за плечо. Кинкейд медленно, с трудом оторвал взгляд от улыбающегося лица своего врага. Глаза Слеттера постепенно тускнели, и от этого улыбка казалась еще более жуткой. Кинкейд с трудом поднялся на ноги. Тори, плача, обняла его.

Он закутал ее в свой пиджак и повлек к выходу:

– Пошли, милая, нам надо выбираться отсюда. Им и вправду стоило поторопиться. Корабль стонал, сотрясаясь в агонии. Слышно было, как ломаются доски и где-то шумит вода. Они поднялись на палубу, и Тори увидела пароход, который громко пыхтел и дымил рядом с бортом тонущего судна. Команда торопливо покидала корабль. Последним, как всегда, уходил капитан. Через несколько минут они были в каюте – замкнутое пространство, приглушенное пыхтение двигателя и теплые руки мужа, который бережно опустил ее на кровать, помогли Тори поверить, что она наконец в безопасности.

– Я знала, что ты придешь, – прошептала она.

– За тобой я явился бы даже в ад, – ответил он, ласково убирая с ее лба непослушные завитки. Потом наклонился и поцеловал в губы – осторожно, чтобы не причинить боль. Но Тори потянулась к нему, обвила руками за шею и прижалась крепко-крепко, словно боялась, что чья-то злая воля вновь разлучит их. Спенс вдохнул запах ее волос и понял, что это и есть счастье.