Заговор невест - Лиза Хендрикс

– Только до конюшни и обратно, – поклялась Тара, нагнулась вперед и прошептала на ухо бабушке: – Для начала.

– А я слышал! – улыбнулся Брайен, но они уже подъехали к пабу, и пришлось отложить дискуссию на неопределенное время.

«Суд» снова заседал в пабе, и когда они открыли дверь, возбужденный гул, наполнявший зал, взорвался радостными криками. Десятки женщин ринулись вперед, чтобы поздравить Брайена и обнять Тару и Эйлис, пока они пробирались к почетным местам у центрального стола.

– Всем за счет заведения! – крикнула Мэри. – Но подождем с тостами до прихода Томми и Эйлин.

– Нам придется ждать не только их, – вмешался Брайен. – В загсе сказали, что есть и третья пара, но не захотели сообщить нам, кто они.

Его заявление вызвало шумное обсуждение в зале, но все разговоры смолкли, когда Эйлин распахнула дверь.

– А вот и мы! – весело воскликнула она.

– Там одни женщины, – запротестовал Томми за дверью. – Я туда не пойду. Это неестественно.

– Я наконец дождалась твоего предложения, – возразила Эйлин, – и собираюсь показать тебя женщинам, которые мне в этом помогли.

– Давай сюда, Томми! – закричал Брайен, перекрывая смех. – Если я могу это выдержать, то и ты сможешь.

Томми изо всех сил притворялся смущенным, но явно получал удовольствие, так же как Пег и миссис Макенрайт, которые вошли следом за парочкой и втолкнули их внутрь.

Когда они прошли в центр, Тара послала Брайену благодарную улыбку.

– Наверное, ты сказал ему правильные слова.

– Только то, что понял для себя самого, – ответил Брайен. Он ближе придвинул стул и обнял ее за плечи.

– А что ты понял?

– Что хорошая женщина заслуживает хорошего мужчину. – Он просунул большой палец под край ее пуловера и легонько провел по обнаженной коже живота. Его глаза лукаво блестели. – А так как ты лучше всех, то и заслуживаешь самого лучшего мужчину, то есть меня.

Она оттолкнула его руку.

– Ты такой же сексуально озабоченный, как Финн. Не успеешь оглянуться, как ты потребуешь, чтобы я называла тебя Брайен Храбрый.

Он склонил голову к плечу, обдумывая ее слова.

– Хорошая мысль.

В этот момент Мэри снова потребовала, чтобы третья пара назвалась.

– О чем это ты? – удивилась Эйлин.

Тара быстро объяснила насчет лицензии, а Мэри заявила, что не будет никаких тостов, пока последняя пара не признается.

Томми добавил:

– Поэтому говорите, а не то половина женщин деревни на вас разозлится.

Все рассмеялись, но никто не вышел вперед.

– Давайте! – крикнула Тара. – Не стесняйтесь. Мы все равно скоро узнаем.

Снова раздался смех.

– Ладно, – уступила Эйлин. – Мы вычислим методом исключения. Кого здесь нет? Дэниела и Луизы?

– Я здесь, – отозвалась Луиза из утла. – Одна, как ни грустно это признать, но с большими надеждами. Где Сиобейн?

– Здесь, – ответила Сиобейн, входя в паб. – Что тебе надо?

– Мы гадали» не собираешься ли ты замуж, – объяснила Эйлин.

– Только потому, что я опоздала? – спросила она и покраснела, когда все рассмеялись. – Господи, у меня даже нет дружка. За кого я могла бы выйти замуж?

Она села на стул рядом с Эйлис, но Тара успела заметить ее быстрый взгляд в сторону Финна.

Быстро перебрали оставшиеся пары, но ничего не выяснили.

– Ну ладно, – заявила Мэри. – Я не могу заставлять вас всех сидеть с пересохшими глотками. Выставлю еще один круг, когда появятся остальные, кто бы они ни были.

Она разливала пиво по бокалам, а Сиобейн, надев передник, разносила их.

Наконец шум стих, можно было нормально разговаривать, и Тара повернулась к Эйлин, чтобы расспросить о подробностях.

– Мы поженимся, как только лицензия начнет действовать, – закончила Эйлин свой рассказ о том, как Томми делал ей предложение. – Нам придется некоторое время пожить с мамой, конечно, но это не навсегда. Томми сегодня позвонил один охотник за талантами.

– Томми! Это прекрасно!

– Может быть. Он хочет, чтобы мы сделали пробную запись, просто чтобы выяснить, заинтересуется ли нами кто-нибудь. И это все благодаря вам, – сказал Томми.

– Я всего лишь сказала Финну, чтобы он направил на тебя камеру. Это ты – талант. Я так рада за вас обоих! – Тара по очереди обняла и поцеловала его и Эйлин и повернулась к Пег. – А вы наконец получите свою комнату для шитья.

– Только после того, как мы оборудуем в старом доме мастерскую, – возразил Томми.

– Ах, Томми! – застонала Пег.

– Мне же надо где-то работать над моими скрипками, правда? У Эйлин подходящего помещения нет, а у меня нет денег, чтобы арендовать мастерскую.

– Выметайся поскорее, Томас, и освободи своей бедной матери место для работы, – нахмурилась Эйлис.

– И куда же мне идти? – спросил он с вызовом.

– Ты можешь занять один из отсеков для упряжи в конюшне, – предложил Брайен. – Установи там оборудование, какое тебе нужно, а ренту за первый год я засчитаю в качестве свадебного подарка. А дальше что-нибудь придумаем.

– Это единственно разумный выход, – согласилась Тара, глядя, как краска смущения заливает лицо Томми. – Твоей маме понадобится место, чтобы шить нам подвенечные платья. Мы не хотим, чтобы в тюле застряли крошки от печенья.

Томми немного поразмышлял, но в конце концов кивнул в знак согласия.

– Спасибо, Брайен. Я начну прямо завтра, когда закончу с лошадьми.

Пег встала, подошла к Брайену, обняла его и ущипнула за щеку.

– Ты всегда был милым мальчиком.

Тара рассмеялась, увидев, что ее жених смутился. Сиобейн поставила пинту портера перед Брайеном,

– Ты совсем не такой плохой, Брайен.

– Ты просто душка, – согласилась Тара. Брайен подмигнул ей и похлопал по коленке.

– Брайен Великодушный? – Она ущипнула его за руку.

– Тара Уставшая-от-всего-этого.

– У всех стоят бокалы? – крикнула Мэри через пару минут.

Стены задрожали от общего «да», бокалы высоко поднялись в воздух.

– Тогда ладно. Как владелица этого заведения и поэтому пристав «Суда», я предлагаю тост за результаты нашей работы. За счастливых жениха и невесту – Тару и Брайена, Эйлин и Томми. Ваше здоровье!

– Эй, там! Погодите! – Порыв свежего воздуха пронес этот возглас через весь паб. – Вы не можете оставить нас в стороне от этого веселья.

Воцарилась тишина, и публика повернулась к открытой двери. Там стояли Крисси Кармоди и Рори Боланд, рука об руку, румяные, как пара спелых персиков.