Арабская принцесса - Таня Валько

Хамид шутит, но, взглянув на жену, не может больше ее критиковать. Женщина выглядит как тень и олицетворение всех несчастий. Лицо у нее осунулось, под ее красивыми глазами легли тени.

– Пойдем, вместе напишем заявление. Я помогу тебе.

– Какой ты добрый и понимающий! – Марыся тихонько хнычет.

– Нечего расстраиваться, котик. Теперь нужно действовать, наверняка еще все прояснится и хорошо закончится. А деньги в жизни не самое главное и счастья не приносят.

Хамид улыбается, прижимая расстроенную жену к груди.

Супруги сидят до поздней ночи, стараясь изложить в заявлении все как можно лучше и доходчивее. Им не хочется также, чтобы Марыся, ответственная соучредительница, выглядела полной дурой, ведь она отдала все документы, карточки, коды своей партнерше. Они напирают на доверие и правоту обманутой женщины, а не на наивность и легковерие. Они используют много традиционных оборотов из Корана – и заявление, законченное в два часа ночи, выглядит прекрасно.

– Мириам, просыпайся!

Чуть свет Хамид тянет спящую жену за руку.

– Снова что-то творится в нашем королевстве, – быстро сообщает он, таща заспанную жену в комнату с телевизором.

– Где это горит? – Марыся, глядя на экран, молниеносно приходит в себя.

– Взорвали нефтепроводы и нефтехранилища во многих местах в восточной провинции. Горят большие площади под Эль-Катифом и Дубаем. Упоминали о менее мощных взрывах у трассы, ведущей к Бахрейну. Так сообщает Аль-Джазира^[77], а ты же знаешь, что это наиболее объективный и независимый арабский канал. На наших местных каналах в новостях, конечно, тишина.

Хамид вздыхает, недовольный цензурой, которая ограничивает доступ к информации обычным саудовским гражданам, у которых нет спутниковой антенны или Интернета.

– Кто это сделал?

– Скорее всего, «Аль-Каида» из Йемена, но зачем бы они сюда перлись? Снова какая-то месть? – размышляет он вслух и приходит к единственному разумному выводу. – Мне лично кажется, что это похоже на местную работу. Кто-то в Саудовской Аравии хочет ослабить власть, чтобы потом легче было взять ее в свои руки. Однако на этот раз акция спланирована на высоком уровне.

Хамид искренне беспокоится. Любая революция – это разрушительная сила, а перемены, к сожалению, не всегда к лучшему.

– Может, и эту страну охватит арабская весна? – Марыся просто дрожит от воспоминания о революции в Ливии. – Это было бы страшно! Саудовская Аравия ведь единственный центр стабильности в этом регионе!

– Я забронирую для нас билеты, чтобы мы в любую минуту могли их выкупить.

Хамид принимает быстрое решение. Он не хочет подвергать свою семью новым испытаниям.

– А что с мамой, Лукашем, Дарьей и Адашиком? – любящая дочь и сестра просто подскакивает от мысли, что ее близкие должны будут здесь остаться.

– Ну, мы же их не оставим, – успокаивает муж.

– Я позвоню маме!

– Не делай этого, а то если она запаникует, будет плохо. У тебя где-нибудь записаны их номера паспортов?

– Нет. Зачем они мне?

– Тогда я свяжусь с Лукашем. Нужно также обменять сколько-нибудь риалов на доллары. Это как можно быстрее. Сегодня каждый, у кого есть мозг, побежит в банк.

– Может, соберем пару вещей, так, на всякий случай?

Марысе уже совсем не хочется идти на занятия. Весь ее безопасный и стабильный мир снова в руинах.

– Прежде всего отправляйся в банк, а потом выбери, что нужно, и упакуй максимально в три чемодана. Чтобы не было так, как в последний раз в Польше.

– Окей. Звони, когда узнаешь о чем-нибудь новеньком и если нужно немедленно бежать. У меня уже есть опыт, я знаю, что медлить нельзя. Иногда пять миную меняют всю жизнь.

Каждый из супругов бежит в своем направлении.

* * *

Когда Марыся возвращается домой после посещения банка, где милая служащая обещала уже завтра получить согласие получить информацию о счете ее фирмы, девушка сразу отправляется в комнату с телевизором.

Только в бегущей строке внизу экрана появляется упоминание о том, что пожар на нефтехранилищах в Саудовской Аравии не был настолько силен, как выглядел, и практически уже потушен. Он возник в результате аварии, во всяком случае медиа стараются убедить в этом тех зрителей, которым хочется расшифровать сообщения, написанные мелким шрифтом. В Интернете на эту тему вообще нет никакой информации. Ситуация в Саудовской Аравии замалчивается.

– Странно, правда? – Марыся по телефону в разговоре с Хамидом анализирует свои ощущения.

– Поговорим об этом дома, – голос мужчины холоден. – Нечего занимать линию.

Он дает ей понять, что может быть прослушка.

Ранним вечером, едва мужчина переступает порог дома, звонит его мобильный.

– Господин Хамид бен Ладен? – звучит вопрос службиста.

– Да.

– Через два часа вы должны быть во дворце шейха, – кто-то холодно информирует его, а у Хамида от ужаса пересыхает во рту. – Вы должны взять с собой все мобильные телефоны, «BlackBerry», iPad-ы, iPhone, компьютеры и лэптопы, а также все другие носители.

– Да, конечно.

Хамид не вдается в дискуссию, так как хорошо знает этих людей и понимает: когда отдаются приказы, нужно слушать и сидеть тихо.

– Кто это был? – обеспокоенная Марыся смотрит на бледное, покрытое каплями пота лицо мужа. – Что-то случилось?

– Скорее да. Все же Ламия нас сделала, – Хамиду только такая причина вызова приходит в голову.

– Wallahi! – выкрикивает в ужасе женщина, вскидывая руки и хватается за волосы.

– А я тоже подставил нас слегка, – добавляет ее муж с горькой улыбкой.

– Как это? Почему? Что ты сделал?

– Если мы были замешаны в политическом перевороте в Саудовской Аравии и у нас это не вышло, то, пожалуй, постарались бы отсюда сбежать, правда? – задает он риторический вопрос, потирая при этом бледный лоб. – Я сегодня забронировал билеты для всей нашей семьи и обменял миллион риалов на американские доллары. Эти мои кретинские, необдуманные действия могут стать последним гвоздем в наш гроб.

– А в чем нас обвиняют? Что с нами будет? Ведь мы ничего плохого не сделали!

– Теперь нужно это доказывать. Не нервничай, не отвечай на звонки, сиди спокойно и жди меня.

Хамид заканчивает говорить и через неполных пять минут, после того, как он разговаривал по телефону, к дому подъезжают два черных «форда эскалейд» с тонированными стеклами. Из первого выходят два представителя службы безопасности в белых тобах, платках на головах, пуленепробиваемых жилетах и автоматами на изготовку в руках. А из другого – парни из антитеррористических бригад в масках.