Навеки твоя Эмбер. Том 1 - Кэтлин Уинзор

Констебль небрежно козырнул ей, приняв за благородную даму, и объяснил:

— Прошу прощения, мэм, но эта девка только что украла буханку хлеба. Ты арестована именем короля! — закричал он девушке и потянулся через Эмбер, чтобы схватить юную воровку. А та втискивалась все глубже в угол и плотнее заворачивалась в одежду. Даже на расстоянии Эмбер чувствовала, как она дрожит.

Все воспоминания о Ньюгейте разом всплыли в памяти Эмбер, она распалилась и что есть силы ударила констебля по руке веером. — Что это вы распоясались, сэр? Уберите свои руки, эта девушка — моя служанка!

Констебль удивленно поглядел на нее:

— Как же так? Я не хотел бы называть леди лгуньей, но эта девица только что украла буханку, я сам видел.

Он рванулся в карету, ухватил девушку за щиколотку и потащил ее к себе. Снаружи стала собираться толпа зевак. Эмбер резко толкнула констебля ногой в грудь, и тот, как мешок, свалился на мостовую. Толпа радостно зашумела и засмеялась. Констебль ринулся обратно, но Эмбер наклонилась вперед и захлопнула дверь. " — Темпест, погоняй! — крикнула она, и карета помчалась по мостовой, оставив слугу закона подниматься с колен из жидкой грязи.

Секунду обе женщины молчали, девушка глядела на Эмбер с благодарностью, а Эмбер тяжело дышала от гнева и переживаний.

— О, мэм! — вскричала наконец незнакомка. — Я в вечном долгу перед вами! Если бы не вы, он посадил бы меня в Ньюгейт! Боже, я не заметила его, пока он не схватил меня, а потом я со всех ног побежала, но он догонял меня, старая жирная гнида! Как я вам благодарна! Миллион раз спасибо! Как это благородно, что такая дама, как вы, побеспокоилась о таком ничтожестве, как я. Ведь если бы меня бросили в Ньюгейт, вам-то что, даже зад бы не почесался…

Девушка тараторила все это звонким голосом, при этом у нее поминутно менялось выражение лица. Ей, вероятно, не исполнилось и семнадцати, свеженькая и симпатичная, с чистыми голубыми глазами, светлыми ресницами и золотистыми веснушками на вздернутом носике. Она сразу понравилась Эмбер.

— Эти проклятые констебли одного дня не могут прожить, чтобы не бросить за решетку пол дюжины честных граждан!

Девушка виновато опустила ресницы.

— Ну, если сказать честно, мэм, я все-таки украла ту буханку. Она здесь. — Девушка похлопала себя по плащу. — Но я ничего не могла с собой поделать, клянусь, не могла! Я так хотела есть!

— Ну тогда не стесняйся и ешь.

Без малейшего колебания та вытащила хлеб, отломила кусок и сунула в рот. Эмбер поглядела на нее с удивлением.

— Когда ты ела в последний раз?

Девушка проглотила кусок, откусила еще раз и ответила с полным ртом:

— Два дня назад, мэм.

— Господь всемогущий! На, возьми это и пообедай.

Эмбер вынула из маленькой бархатной сумочки несколько шиллингов и положила их на колени девушки. В этот момент они подъехали к театру, кучер сошел на мостовую и открыл перед Эмбер дверь кареты. Она подобрала юбки и собралась выходить, когда девушка наклонилась вперед и поглядела сквозь окошко с большим интересом.

— Вы что, мэм, собрались идти на спектакль?

— Я актриса.

— В самом деле? — она была одновременно и обрадована и изумлена, что ее благодетельница занимается столь волнующим и грешным делом. Она сразу же вышла из кареты со своей стороны, обежала вокруг и сделала Эмбер низкий реверанс. — Благодарю вас, мэм. Вы были очень добры ко мне, и если я когда-нибудь смогу оказать вам услугу, пожалуйста, позовите меня. Я не забуду вашей доброты, уверяю вас. Меня зовут Нэн Бриттен, служанка, хотя сейчас и без места.

Эмбер с интересом взглянула на нее.

— Так ты служанка? А что случилось на послед нем месте работы?

Девушка потупилась.

— Меня выгнали, мэм, — она говорила теперь почти шепотом. — Хозяйка заявила, что я развращаю ее сыновей.

Она подняла глаза и добавила со всей серьезностью:

— Но это неправда, мэм! Клянусь всеми святыми, неправда! Дело обстояло как раз наоборот!

Эмбер рассмеялась.

— Ну, мой сын еще слишком мал, его не совратишь. Вообще-то, я сама ищу служанку, и если ты согласна подождать в карете, конечно, пообедав сначала, то мы еще поговорим об этом.

Эмбер наняла Нэн Бриттен за четыре фунта в год, включая ее одежду, проживание и питание. За три-четыре дня женщины подружились, Эмбер поняла, что Нэн — ее первая женщина-подруга, а Нэн выполняла всякую работу быстро и хорошо, будь то чистка серебряных кружек или укладка волос Эмбер, когда та собиралась отправиться за покупками в Чейндж или сопровождать Рекеа в Сгфинг Гарденз.

Нэн всегда казалась энергичной, живой и неизменно в хорошем настроении, и когда она полностью освоилась со своим новым положением, эти ее качества не изменились. У Нэн и Эмбер оказалось много общего, и им было о чем поговорить. Они обменивались многочисленными женскими секретами. Нэн узнала почти все, что требовалось, о своей хозяйке (кроме, конечно, того, что та побывала в Ньюгейте и в Уйатфрайерз), а Эмбер услышала историю злоключений Нэн и о ее службе в семье, где было четыре красивых парня — сыновья хозяйки. Нэн уволили, когда один из них решил, что влюбился в Нэн, и сообщил своим ошарашенным родителям, что собирается жениться на ней.

Когда Рекса не было дома, Нэн спала в его постели, в другие дни — на сундуке. Как было принято, Нэн прислуживала хозяину так же, как и хозяйке, поэтому она часто помогала Рексу одеваться и раздеваться и привыкла видеть его голым. Вскоре она заявила, что Рекс Морган — самый прекрасный джентльмен из всех, что она видела, она стала союзницей Рекса и уговаривала Эмбер выйти за него замуж.

— Ах, капитан Морган любит вас, мэм! — говаривала она по утрам, расчесывая волосы Эмбер. — Он самый красивый мужчина и самый добрый! Честное слово, он для любой леди был бы прекрасным мужем!

Сначала Эмбер смеялась над такими уверениями и дразнила Нэн, что, мол, она сама влюбилась в него, потом ей стали совсем неинтересны эти советы.

— Да, капитан Морган достаточно хорош, — ответила она как-то раз, — но он ведь всего лишь офицер королевской гвардии.

— Как, вам этого мало? — Нэн была возмущена такой неверностью. — Кто же вам подойдет, мэм, может быть, сам король?

Эмбер улыбнулась на это саркастическое замечание, высокомерно вскинув брови. Она одевалась, чтобы ехать в театр, и, разговаривая, надевала перчатки.

— А почему бы и нет? — ответила она. Нэн ахнула, и Эмбер повторила: — Да, почему бы и нет?

И она пошла к двери. Нэн так и осталась стоять, широко раскрыв глаза. Уже взявшись за дверную ручку, Эмбер неожиданно повернулась к Нэн и строго предупредила:

— Не советую хоть словечко передать капитану Моргану, поняла!