Как укротить маркиза - Салли Маккензи

Глаза Анны расширились. Нэйту показалось, что она улыбнулась, но выражение ее лица так быстро стало серьезным, что он мог и ошибиться. Она отступила на шаг, чтобы он не мог до нее дотянуться.

Маркиз надеялся, что она скажет «да» и упадет в его объятия – после чего они оба рухнут на эту чудную кровать. Он боялся, что она ответит «нет» и отошлет его прочь.

Но Анна не сделала ни того, ни другого. Вместо этого она задала ему вопрос, на который Нэйт не готов был ответить:

– Почему?

Скажи, что ты любишь ее.

Но любил ли он ее? Отчего его заледеневшее сердце так болезненно таяло? От похоти, безрассудной страсти, желания завести семью? Это он тоже ощущал.

Нэйт прочистил горло.

– Я скомпрометировал вас.

Идиот!

Анна резко покачала головой.

– Нет, не скомпрометировал.

Но он решил настаивать, громоздя одну глупость на другую.

– Да. Я провел с тобой ночь, наедине, на постоялом дворе, в одной комнате.

Скажи ей, что ты любишь ее!

Она нужна мне. Я хочу ее. Но люблю ли я ее? Я не могу солгать.

– Не наедине. Помнишь, с нами были Стивен и Эдвард?

– Но слухи…

– Нет никаких слухов. – Глаза Анны сузились. Воздух между ними затрещал, но от раздражения и отчаянья, а не от сексуального желания, на которое Нэйт надеялся. – А даже если бы и были, это не важно. Я старая дева из Одинокого дома. Мне не нужен муж.

Она жестом обвела дом, но Нэйт смотрел только на кровать.

– Дом не сможет дать тебе того, что дам тебе я.

Анна фыркнула.

– Что ты имеешь в виду? Богатство и положение в обществе? Я не нуждаюсь в этом… и не хочу ничего подобного.

Нэйт верил ей. Но он мог дать ей страсть. Детей.

Но любовь? Могу ли я дать ей любовь?

Анна хотела любви.

Она была сильной и независимой. У нее было все, что ей нужно: Одинокий дом, отец, друзья, даже младшие братья.

Она сказала, что любит меня.

Ну конечно же, она это сказала. После того как он подарил ей первый в ее жизни оргазм. Это говорило ее тело, а не сердце.

– Что ж, хорошо. Тогда, полагаю, мне нечего больше сказать, верно? – Нэйт развернулся, чтобы уйти…

Кошка метнулась мимо него и встала на пороге.

– Поппи, пропусти маркиза.

Послышалась ли ему печаль в голосе Анны?

Она шагнула мимо, чтобы прогнать кошку с его дороги.

– Мрау! – Животное зашипело, выгибая спину. Хвост внезапно распушился.

– Ой!

Анна, испугавшись, сделала быстрый, неловкий шаг назад, наступила на подол своей юбки и утратила равновесие, столкнувшись с маркизом.

Руки Нэйта взлетели, чтобы поймать ее, но он не был готов удержать ее. Маркиз тоже упал, спиной назад. К счастью, их ждало мягкое приземление на край высокой кровати.

Хм-м. Очень мягкое приземление. Приятно округлые ягодицы Анны оказались поверх его органа.

– О! – Она наверняка заметила энтузиазм этого непокорного органа, поскольку попыталась встать.

Нэйт плотней прижал ее к себе. Прикосновение ее мягкой попки было очень, очень приятным…

Но, когда он так держал ее в саду Одинокого дома, она неверно его поняла. И Нэйт не хотел, чтобы Анна снова почувствовала себя использованной.

Он начал приподнимать ее, но она умудрилась вывернуться и обернуться, опираясь руками на его грудь.

Она оседлала его.

Господи, прошу, пошли мне немного самоконтроля!

Нэйт вжался в кровать, чтобы не дать своему органу возможности окунуться в тепло…

В тепло, которое могло растопить остатки льда в его сердце.

Нет.

Этот путь он мог позволить себе лишь в одном случае: если вести его будет любовь, а не похоть.