Сидни Шелдон. После полуночи - Тилли Бэгшоу

– Похоже, это магическое место, – заметила Грейс.

– Так и есть. Вам бы там понравилось. Жизнь на природе, пейзажи, вид из Форт-Дофина – одно из чудес света, уверяю вас.

– Я могу еще кое-что сказать о Мадагаскаре, – добавил Ленни, насадив на вилку кусочек омара. – Это рай для мошенников. Никакого договора с Америкой об экстрадиции. Вы знали это, Мари?

– Впервые слышу, – вежливо ответила та.

– Что же, если Джон когда-нибудь ограбит банк, переедем туда, – заключила Кэролайн. – Но я жажду вкусить благ цивилизации. Кто за поездку в «Ле Кэв» после ужина?

Здание находилось в Антананариву, на крутой, вымощенной булыжником улице, которую словно подняли камень за камнем и перенесли сюда из Раматюэля. Каменные стены толщиной два фута и внушительные башни делали его похожим не на обычный дом, а на маленький замок. Убежище в буквальном смысле слова.

Ленни взглянул на Грейс:

– Думаешь, это?

Они пробыли на Мадагаскаре менее двух дней. Мари выполняла роль гида. Грейс успела влюбиться в остров. Они оба влюбились.

– Это.

Ленни вынул чековую книжку, выписал чек, прибавив десять процентов к запрошенной цене, и отдал Мари.

– Сегодня у нас знаменательная дата: ровно месяц, – улыбнулся он. – Поздравляю, Грейс.

Грейс была так счастлива, что стала танцевать.

Прямо на улице.

Они назвали дом «Le Cocon» – «Кокон». И планировали когда-нибудь поселиться здесь навсегда.

Джон Мерривейл неважно себя чувствовал. Доктор прописал антидепрессанты и месяц полного покоя.

– Возьми, – велел Ленни, сунув ему ключи от «Кокона». – Живи сколько захочешь. Там постоянно живет экономка, мадам Тереза. Она постирает и приготовит, но ты в основном будешь в одиночестве.

Джон был доволен, но счел идею непрактичной.

– Н-не могу же я так просто скрыться. Как насчет «Кворума»?

– С месяц мы вполне можем обойтись без тебя.

– Кэролайн никогда не согласится.

– Предоставь это мне.

Через шесть недель Джон вернулся в Нью-Йорк новым человеком. Показал Ленни и Грейс снимки, на которых он бродил по узким улицам Антананариву, расслаблялся в горячих источниках Антсирабе, шагал через дождевой лес в Раномафане.

Конечно, счастье длилось недолго: Кэролайн об этом позаботилась. Но Грейс никогда не забудет выражения детского изумления на лице Джона, когда тот говорил о Мадагаскаре. Он даже попросил Ленни продать ему «Кокон».

– Только назови свою цену.

– Прости, приятель, – улыбнулся Ленни. – Любой дом, кроме этого. Я велю прибить табличку с твоим именем на дверях гостевой спальни. Но дом не продается.

– Долго еще? – по-французски спросила Грейс у рыбаков.

– Около двух часов. Ну или около трех. Вы в порядке?

Увы, в порядке Грейс не была. Но надеялась быстро прийти в себя, как только доберется до места.

Сунув руку в рюкзак, с которым никогда не расставалась, она погладила пистолет Гэвина Уильямса, нежно, как ребенок – игрушечного мишку. Хотелось бы знать, сколько времени уйдет на то, чтобы отыскать Джона на острове. После ликвидации «Кворума» «Кокон» продали. Покупателем оказался Йен Биренс, голландский предприниматель.

Она начнет с него.